Дочка и отец-одиночка (СИ)
Попадаю в квартиру и ощущаю себя самой счастливой на свете. Тут все знакомое, каждая вещь, запах, освещение. Все на своих местах, мой привычный порядок, стабильность, которой мне так не хватало в последние сутки.
Снимаю туфли, аккуратно ставлю на полку и босиком по чистому полу иду сразу в ванную. Тут мои баночки с ароматным шампунем и кремами. Была бы я героиней какого-нибудь романтического фильма, обязательно бы расплакалась от счастья.
Принимаю ванну, заматываю волосы мягким полотенцем, завариваю ароматный чай и ставлю таймер на полчаса. Я посижу немного, отдохну. Мне очень нужно.
Мелодия уведомления касается моих ушей, когда полотенце падает на плечи с высохших волос.
- Все, теперь нужно заняться делами, - бормочу сама себе.
Привожу себя в порядок, возвращаюсь на кухню и с глупым смешком смотрю на холодильник. Он у нас нормальный, без цепей и замков, но как же это было забавно. Телефон только жаль.
Я надеваю платье – карандаш, длиной на пару сантиметров ниже колена, черное в белый горошек с круглым воротничком в цвет. К нему удобные лодочки и часы на тонком классическом ремешке из коричневой кожи. Их подарил мне Виталик ещё в начале наших отношений, и я очень дорожу ими.
Внизу меня уже ждет такси. Мчит прямиком к детскому дому.
Только я захожу в здание, как меня тут же встречает нянечка и сообщает, что директор не смогла до меня дозвониться.
- У меня сломался телефон. Что-то с Тосей? - беспокоюсь я.
- Пройдите, вам все расскажут, - просит няня одиноких деток.
Я прохожу по знакомому коридору к ещё более знакомому кабинету. Вежливо стучу, и вхожу, получив разрешение.
- Наконец-то, Полина Сергеевна! - вскидывает руками директор.
- Что с Тосей? - строго смотрю на женщину.
- Лучше бы спросили, что с нашими нервами, - ворчит она. - Тося наказана. Сидит в чулане…
- Да вы с ума сошли! Выпустите ее оттуда немедленно! - требую я.
- Нет, я этого демоненка оттуда не выпущу, пока она не поймет, что состригать волосы во время тихого часа у своей воспитательницы нельзя! Никогда нельзя. И сбегать потом с территории детского дома тоже нельзя. Мы ее с полицией и собаками искали, а она, засранка, сидела на дереве прямо за забором. Вы представляете? Пока мы уговаривали ее слезть, она торговалась и требовала звонка вам, а я до вас до звониться не могла, - хлопает она ладонями по столу.
- У меня сломался телефон, - повторяю я. - Немедленно выпустите Тосю из чулана. - Повторяю свое требование.
- Когда вы уже её заберете? - жалобно вздыхает директор. - Я очень хочу дожить до пенсии.
- Я нашла ее отца. Скоро мы все решим. Приведите ко мне малышку.
- Сейчас няне скажу.
Через десять минут в кабинет директора влетает маленький ураган и виснет на мне, крепко ухватившись за шею. Прижимаю Тосю к себе и слышу, как она сопит, пытаясь отдышаться.
- Они меня обижают, - жалуется малышка.
- Ты зачем воспитательнице волосы отрезала? - заглядываю ей в лицо.
- Я ее наказала, - важно заявляет Тося.
- Что? - открывает рот директор.
- За что? - уточняю я.
- Она Светочке Малининой тоже косу постригла. Сказала, слишком длинная, трудно заплетать каждый день. А Светочка горько-горько плакала на кровати рядом со мной. Я просто хотела, чтобы было справедливо, - дует щеки Тося.
- Но так ведь нельзя делать, - пытаюсь объяснить ей.
- Почему? Если мы себя плохо ведем, нас наказывают. Воспитательница тоже плохо поступила, и я ее наказала. Это… это… - она вспоминает слово.
- Справедливость, - помогаю на автомате, и получаю укоризненный взгляд от директора.
Ещё несколько минут я объясняю ребёнку, что она поступила неправильно, но Тося упирается, а потом берет и снова обнимает меня, на ухо спрашивая, заберу ли я ее сегодня.
Не заберу. Завтра я должна встретиться с Метелиным.
Ещё немного пообнимавшись с малышкой, а затем напомнив директору и няне, чтобы не смели запирать ребёнка в чулан, возвращаюсь домой. Виталик уже приехал. Мы вместе ужинаем, он узнает подробности о моей поездке и делает свои нелестные выводы по ситуации в целом.
После ужина встречаемся в спальне. Жених просит близости, и я подпускаю его к своему телу, думая все это время о том, как Тося сидела в чулане, и сколько бы она там просидела, если бы я не приехала сегодня.
Виталик засыпает, а я ещё долго лежу и пялюсь в потолок, не понимая, что я ощущаю после нашего секса. Не ради него ведь мы вместе. У нас есть много других точек пересечения.
А утро окончательно приносит баланс в мою жизнь. Все привычно, каждое действие от кофе до ухода Виталика на работу. Закрываю за ним дверь и звоню Метелину. Надо было вчера, но у меня на него не осталось сил.
- Доброе утро, Кирилл, - вежливо приветствую его.
- Сомнительное утверждение, но допустим. Госпожа Царапкина, - издевается он, - вы обещали позвонить мне вчера. Я ждал.
- Простите, - держу вежливый, деловой тон, - устала. Вы готовы заняться нашими делами?
- Черт, как сексуально это звучит, - мурчит в трубку этот «Тимошка».
- Прекрати, Кирилл, - вспоминаю, что мы вообще-то на «ты».
- Да ладно-ладно, не рычи, Царапкина. Что от меня нужно?
- Я пришлю адрес клиники смской. Тебе нужно быть там через два часа. Сдадим материал для теста ДНК, - поясняю ему.
- Окей, - раздражает он.
Я быстро собираюсь, беру с собой документы, биоматериал Тоси, и спускаюсь к машине.
Приезжаю в клинику минут за двадцать до назначенного времени, только вот и через двадцать минут после него, и через тридцать необязательный Кирилл Метелин не объявляется.
Я еле дозваниваюсь до него.
- Кирилл, ты где? - стараюсь быть сдержанной.
- Извини, - повторяет он мою недавнюю интонацию, - планы изменились. В клинику я не приеду. Я решил сначала познакомиться с дочерью.
Глава 10. Кирилл
Сбрасываю звонок от Царапкиной и плетусь в душ. Не могу сказать, что именно так хотел проснуться сегодня утром, но выбора не предоставили. Эта Полина такая смешная, всё про всех знает и пытается командовать. Не на того напала.
В душе прикрываю веки и позволяю себе расслабиться, наслаждаясь, как тонкие струйки воды врезаются в кожу. Невольно перед глазами появляется Царапкина в строгой юбке, облегающей бедра. Красивый переход к узкой талии и упругая грудь, вероятно, второго размера под тонкой блузкой. Красиво и завораживает настолько, что в паху появляется напряжение.
Этого ещё не хватало! Вздрагиваю всем телом и распахиваю веки.
«Вот вы какой, Кирилл Метелин!» - звенит в ушах раздражающий женский голос, я стискиваю зубы и выключаю воду. Вот же заноза в моей заднице.
Пока жду заказанный в номер кофе, вбиваю в телефонный навигатор адрес медцентра и звоню Рите, чтобы узнать про своего пассажира.
- Метелин, ты меня подставил! - жалуется соседка. - Он в клетке сидеть не хочет, воет как ненормальный!
Ну да, есть такое дело. Наверное, надо было предупредить, но где бы я тогда искал передержку.
- Может он просто голодный? - предполагаю я.
- Голодный? - возмущается Рита. - Да он сожрал все, до чего смог дотянуться. А что не влезло, просто понадкусывал!
- Оуу, сочувствую… Наверное, Миха заботится о твоей фигуре…
- Забирай своего заботливого нахрен! Ты со мной не расплатишься!
- Извини, не могу, - театрально вздыхаю. - Но как только вернусь, сразу к тебе. С подарком.
Не дожидаясь ответа, скидываю вызов и иду одеваться. Ритка зверюгу не бросит. Это она с виду такая дерзкая, а на самом деле добрая и пушистая. Но злоупотреблять ее добротой лучше не стоит.
Пью кофе и смотрю маршрут до медцентра. Метро сильно ускоряет передвижение, но все равно мне эта затея не нравится. От одной мысли о врачах и медицине в целом становится не по себе. С детства не люблю эти белые халаты, потому и не болею никогда. А если и болею, то проходит все само по себе. Ежегодный медосмотр вообще сущая пытка, но я нашел подход и почти все печати мне ставят автоматом.