Постчеловек (СИ)
Возле площадки, в зоне безопасности, толпились люди, человек тридцать. Но все они были какие-то неестественные, ненастоящие. Глядя на них издалека, Костя все никак не мог сообразить, что с ними не так? И только когда картинка заметно приблизилась, наконец понял: они — другие!
В отличие от «нижних» жителей, которые носили обычную непримечательную одежду серых или черных расцветок, на мужчинах из высшего общества отлично — по фигуре — сидели строгие дорогие костюмы, а на дамах — элегантные вечерние платья. Но главное отличие от «черни» бросалось в глаза похлеще одежды — цвет кожи! На испуганных лицах элиты ровный слоем лежал потрясающий бронзовый загар. Такой вряд ли можно получить под искусственным солнышком нижних этажей!
По полосе вслед за коптером семенила парочка — аляповатый лысеющий мужчина злобно, как казалось, подгонял такую же пухлую женщину, которая с упорством муравья тащила за собой тяжелые чемоданы.
— Барахло свое пытаются спасти, — усмехнулся Понтифик. — А вон, смотрите, какая-то тетка целую авоську жемчуга к груди прижимает! И зачем он ей на том свете?
Яковлев хотел поинтересоваться, что значит «на том свете», ведь в его представлении преступники из правительства должны были предстать перед судом… но промолчал, решив, что Федор Ильич просто оговорился.
Пока троица разглядывала богачей, выстроившихся в очередь к коптеру и нетерпеливо переминающихся с ноги на ногу в ожидании начала посадки, бунтующая толпа, предсказуемо обнаружив на административном этаже лишь пустующие кабинеты, заторопилась выше. И не прошло и пяти минут, как особняки мелких чиновников не устояли под людским напором…
— А вот и мародерство началось, — презрительно пробормотал толстяк. — Хм, странно, я же в мультичип ничего подобного не закладывал… — И прильнул к клавиатуре.
А тем временем элита, получив «добро» на посадку, спешно погрузилась в коптер, который, к удивлению Кости, вместил всех — и чиновников, и их жен, и детей, и любовниц, и даже сотню-другую сумок и чемоданов с различным барахлом.
— Зачем они куда-то летят? — искренне удивился парень. — Ведь замерзнут же снаружи! Или этот… агрегат выдерживает сверхнизкие температуры?
Федор Ильич пожал плечами:
— Полагаю, выдерживает.
Бесшумно закрутились лопасти, и коптер плавно оторвался от заасфальтированной площадки. Поднявшись в воздух и набирая скорость и высоту, беспрепятственно полетел в сторону «выхода».
— Значит, все было зря? Мести не будет? — уточнил Костя.
— Будет, Константин, будет.
— Так, у меня отличные новости! — Олег из своего уголочка победно вскинул руки. — Телепорты починены.
— Ты так радуешься, словно починил не порталы, а свою жизнь! — хмыкнул Федор Ильич. — Впрочем, без них осуществление нашего плана стало бы чуть затруднительнее… Так что спасибо, Олег, ты молодец!
Олег заулыбался, довольный похвалой, и хотел что-то сказать, но не успел — в комнату ввалился Кондор.
— Федор Ильич, — замерев в дверях, молвил балаклавщик, — я правильно понимаю, что работа дверей-порталов полностью восстановлена? Можно приступать к моей части операции?
— Сейчас уточню, — ответил толстяк и повернулся к Олегу: — Дальше без меня справитесь?
— Обижаете!
— Уточнил — можно приступать, — переведя взгляд обратно на Кондора, усмехнулся Понтифик.
Масочник призывно махнул Косте рукой: «Идем!» и первым вышел из комнаты. Тот, напоследок чмокнув вдруг ставшую недовольной Кэтьку, шутя согнал девушку с колен и направился следом. Позади громко сопел Федор Ильич.
…Далеко троица не ушла — остановившись возле двери-портала, Кондор приступил к сканированию, задавая точку выхода. Костя и Понтифик терпеливо ожидали чуть в стороне.
Вскоре лампочка-датчик возле телепорта загорелась зеленым, приглашая людей войти.
— После вас! — проскрежетал механический голос Кондора, и мужчина посторонился, пропуская толстяка и парня вперед себя…
…Портал «выплюнул» троицу в подсобку, где царила вечная тьма, едва рассеиваемая яркой полоской света, что прорывалась снизу через дверную щель и кое-как озаряла помещение. За дверью слышались невнятные голоса.
Пока глаза Кости привыкали к темноте, а сам он размышлял о том, что незнакомые двери лучше не открывать, иначе это может кончиться гораздо хуже, чем знакомством с Понтификом, Кондор дернул ручку на себя. Дверь поддалась, и мини-комнатку залил яркий неоновый свет.
Яковлев прищурился, мельком разглядывая живописное наполнение подсобки — вокруг ютились швабры, ведра, стоял шкаф с чистящими средствами и принадлежностями… Впрочем, долго любоваться интерьером ему не дали — Федор Ильич подтолкнул его в спину: «Иди!»
Костя послушался и шагнул за порог… И тут же с удивлением понял, что снова вернулся в ненавистную лабораторию, в тот самый процедурный кабинет, откуда его совсем недавно дважды отправляли в параллельный мир!
На сей раз в кабинете было безлюдно. Если, конечно, не считать за людей Белякова и двух наемников Кондора с оружием в руках — Ястреба и Фрица. Ученый — потный, испуганный, красный — сидел на стуле и под тяжелыми взглядами надсмотрщиков, не сводящих с него глаз и дул пистолетов, морально агонизировал…
Вышедший перед Костей Кондор жестом велел солдатам удалиться.
— Т-ты? — заметив парня, удивился заикающийся Беляков. — Я т-тебя п-помню…
— Так, господин ученый, на зонте крученый, — оскалился замыкавший процессию Понтифик, — давай подсоединяй свою шарманку, будем сейчас молодежь в космос запускать!
— В к-какой к-космос?
— В параллельный! Подключай давай, не тупи.
Беляков встал и на трясущихся ногах приблизился к приборам. Под пристальным наблюдением со стороны Кондора принялся нажимать на них кнопки и рычажки.
Федор Ильич повернулся к Косте. Протянул тому сжатую в кулак ладонь:
— Возьми и вставь себе в чип-устройство.
— Что это?
— Модифицированный «Жора». Внешний, — не вдаваясь в подробности, пояснил Понтифик и улыбнулся: — Нужен… кое для чего.
— Для чего?
Толстяк на мгновение закатил глаза. В них читалось раздраженное: «Как мне надоело тебе все объяснять!»
— Для того чтобы я мог подключиться к твоему сознанию в параллельном мире.
— Зачем? Вы хотите… управлять мной, как марионеткой?
— Откуда такие мысли, Константин? — вроде как ужаснулся Федор Ильич. — Все намного проще — нам надо передать некую информацию, которую ты сам вряд ли запомнишь. Вот я и буду тебе ее начитывать, диктуя прямиком в голову. Тебе останется лишь все правильно повторить! Надеюсь, с этим-то справишься?
Костя кивнул.
…Пока Беляков посиневшими от страха пальцами подключал Яковлева к системе и готовил шприц, Федор Ильич присел рядом, на койку:
— А вот теперь, Константин, давай наконец-то поговорим о твоем задании! Как ты видел, эти чиновничьи гады свалили из города, и достать их обычными способами, увы, не получится. Нет у нас ни коптера, ни самолета, ни ракеты, ни даже дирижабля. Нету! — Толстяк наигранно вздохнул и неожиданно начал говорить про себя от третьего лица: — Но! Дядя Федя заранее обо всем позаботился! Он взломал базу данных правительства и, представляешь, узнал имена, фамилии, биометрические показатели и прочую информацию обо всех без исключения чиновниках, олигархах и прочей дряни! Теперь у него есть список всех, кто стоял за хворью, кто отдавал приказы, спонсировал… или был в курсе! Дядя Федя хорошо постарался, а еще ему надоело говорить о себе в третьем лице! Выглядит, будто он шизик!
— Так в чем состоит мое задание? — поторопил Костя. — Передача какой-то информации, это я понял…
— Константин, прояви логику и включи причинно-следственную связь! — пожурил его Понтифик и передразнил: — «Какой-то информации»! Ты должен будешь передать жнецам данные об элите!
— А-а-а, понял! — Костя шлепнул себя ладонью по лбу. — А зачем?
— Зачем, зачем… Ты же помнишь из рассказа нашего дорогого господина Белякова, что технология перемещения пришла из того мира? — спросил Федор Ильич, и Костя кивнул. — Так вот, мы хотим выдать жнецам данные всех наших э-э-э… злодеев. Всех, кто знал об этой технологии. Всех, кто был в курсе истинной цели перемещения наших граждан туда. И всех, кто виновен за недавнюю гибель сотен жнецов. Также мы пообещаем больше не пользоваться перемещениями и, в свою очередь, взамен хотим попросить об одной малю-ю-юсенькой услуге.