Студент: Месть (СИ)

- Дарова, Славян! А чо твой бугай свинтил? – спрыгнул с загородки беседки Чиж и пожал мне руку. Был парень как обычно вальяжен и жиганист. Своими ленивыми повадками, напоминая кота. Одет он был в спортивный советский костюм, пуховик на распашку и кепку восьмиклинку серого цвета.
- Привет, Серега. Да у парня романтИк намечается, - хохотнул я.
- Ааа! С каратисткой? – кивнул он своим мыслям, – ничо такая. Я поспрошал, они с подругой студентки МФТИ нашего. Последний курс, даже странно, что с Пельменем не знакомы, - сплюнув, парень снова улыбнулся и достал из кармана деньги, – но это херня. Держи. Пять сотен рубликов. Честь по чести, – я забрал деньги и сунул в карман аляски:
  
- Чо, приезжал Юлькин ухажёр?
- Приезжал… Ага. Три раза, – фыркнул парень, – пешком приходил. Вот с таким фингалом под глазом, - парень двумя руками изобразил синяк размером с половину моей головы. Приукрашивал конечно, - отнял папочка по ходу тачку у сыночка, – Чиж был доволен случившимся, – ничо. Все в масть. Еще два рубалька настригу и будет у меня копейка. Четырехлетка всего! Вот, тогда я Юльку и покатаю как надо, – парень мечтательно прищурился.
- Так а чо ты, давай вложусь? – я достал деньги обратно и протянул парню, – буду иногда тоже пользоваться. Ты ж не против? А еще полторы штуки докину на выходные. Годится?
- Ты серьезно? – парень прижал деньги к груди и удивленно посмотрел на меня, аж кепка на затылок съехала, – да без базара, братан! Общая тачка будет. У тебя кстати права то есть?
- Вот, на выходные и получу, – хохотнул я, подумав о моем предстоящем походе на Рижский рынок на выходные, – надеюсь, ты не на себя ее собираешься оформлять?
- Неее. Чо я, без понятия? Договор от руки напишем с дядей Пашей. И документы заберу. Помнишь дядю Пашу, это алкаш с того дома, – показал на дом напротив моего Чиж, – и нормалек. Ему машина на хер не нужна. Он один хер сидит на пенсию бухает. А машина в гараже стоит без дела.
- Гараж тоже покупать собрался?
- Да на фика? – Чиж горделиво поправил кепку, – идет в подарок к машине. Можем пользоваться.
- Ну лады. Чо в городе, новостей нет? А то я пойду, пожалуй, тогда? – было дело намылился я к себе. Надо было успеть забежать к брату, а потом перекусить. Что-что, а готовил Медвежонок отменно.
- Да как нет? Тут вообще звиздос. Все пацаны только и галдят, – Чиж заговорщицки нагнулся и чуть более тихим тоном доверительно сказал, – на днях на стрелке лобненские людям Хромого наваляли. Аж два жмура. Шланг отъехал, прикинь?
- Ого, – уходить резко перехотелось, новости были действительно интересные и для меня крайне важные, – рассказывай.
- Ну чо, – пожал плечами Чиж, – Короче, я так понял Митяй. Это лобненский пацан. Боксер кстати, как и мы. Так вот, он типа по беспределу точку у Хромого отжал. Таксистов у Шарика. Ну, Черный ему стрелу и забил, и повалил туда со Шлангом и его борцухами. Ну и опиздюлились знатно там! Шланг и еще один наглухо. Остальные, говорят, зубы по земле до сих пор собирают.
- Не хило, – покачал я головой. Два убитых на стрелке человека это правда по нынешнему времени нонсенс. И схавать такое Хромой не мог. Точку отжали. Главу силового блока завалили. Такое мужик не стерпит, – и чо? Ответка будет?
- А хрен его знает, – пожал плечами Чиж, - с пацанами, что наперстки крутят на рынке, общался, так у них все так, будто ничего и не произошло. Молчит Хромой. Может спустит? В Долгопу то Митяй точно не полезет. Тут у Хромого все ровно с мусорами.
- Сомневаюсь, что схавает. Ты бы схавал? – Чиж задумался и отрицательно покачал головой, – слушай, Чиж. По дружбе. А поспрашай, что за фрукт этот Митяй? Чем дышит и вообще.
- Лады, поспрашиваю!
- Ну тогда бывай. На выходных на районе буду, за деньгами и вообще если что заходи, – пожал я парню руку и почапал в сторону своего подъезда. Пока принимал душ и переодевался, проматывал новости о Хромом. Хреново, что я слабо представлял себе ресурсы этого местного авторитета. Что у него по живой силе, вооружению, исполнителям? Если исходить из 1988 года в моей жизни, то арсенал должен быть скудный, исполнителей минимум, а солдат несколько десятков. Но оно и логично. Хромой давно сидит в Долгопе, все вопросы привык решать через городскую администрацию и ментуру, зачем ему взвод «солдат»? И вот вылезла история с таксопарком. Точнее не с таксопарком, а скорее с таксистами, которые в Шарике работают. Вряд ли Хромой снимает с государственных денег доляну. А вот с левых движений – только в путь.
Почему меня интересовали проблемы Хромого? Все просто, он моей невольный враг. Нет, у меня нет вопросов непосредственно к этому урке. То, что он отмазывал своего сына, я понимаю. Да, тот гандон и мерзавец, но это сын. Вы бы не защищали свое чадо даже будь он монстром? Только беда в том, что я Бориса и Алексея уже приговорил. И когда приговор будет исполнен, не будет у меня злее врага, чем Хромой. И тут очень кстати иметь варианты, на которые бандит подумает первым делом. Лучше несколько.
А вот и подъезд, где ныкаются мой брат со своими афганцами:
- О! Слава, заходи, – дверь мне открыл Рэмбо, и мы прошли в подвал афганцев, внутри было пусто, лишь из подсобной комнаты играла музыка, группа «Кино», песня «Перемен», - а ты чего в среду приехал?
- Да так. Леонченко, начальник наш на стройке расщедрился. За полет на люльке к крыше многоэтажного здания в нелетную погоду. Брат, привет, – Вовка, завидев меня, поднялся с дивана, и мы быстро обнялись.
- Садись. Чай, кофе, танцевать не предлагаю? Ром, поставь кипятильник, – попросил Вова. Сел обратно на диван и расплылся в улыбке, – ща я тебя приколю. За друга твоего Фому.
- Да? И как поживает мой друг? – с интересом посмотрел я на брата.
- Так в том то и дело, что не поживает уже никак. Но соль не в этом, – Вова достал из целованного пакета печеньку и с аппетитом откусил, – короче. Ромка две ночи караулил этого любера. И вот субъект подъезжает бухой в очко к подъезду. Рэмбо к нему, а там у подъезда его уже ждет кореш. Короче, после потасовки и взаимных оскорблений, этот кореш на эмоциях Фому и исполнил. Даже нож оставил в шее, не забыл.
- Верно. Рыжий погоняло. Я его в ресторане в воскресенье не видел, – подтвердил Рэмбо и поставил нам чашки с кофе, – Как я понял, он вроде бы извинятся пришел, а Фома этот его отшил в грубой нецензурной форме. Ну, он и не сдержался.
- Рыжий значит? – удивился новости я. Как там говорят французы? «Ищите женщину»? По ходу наш случай, встала не та баба между мужиками.
- Ты прикинь, брат? Вот так в жизни бывает, мы суетились и думали чо делать. Ромка ездил туда, караулил его два вечера, а выходит что зря все это. Мужику и без нас на роду умереть было видно написано. Нелепо и глупо, – с этим словами Вовка задумался о чем-то и погрустнел:
- Ты чего, брат?
- Да, вспомнилось вот. Что так оно же в жизни часто бывает, – отхлебнув кофе, он продолжил, – был у нас товарищ один. Его прямо как границу перешли на гору посадили следить за караванами. Помнишь, Сгибнева Серегу, Ром? – Рэмбо кинул, – ну и вот. Пацан считай полтора года был на войне, а войны и не видел. Сидел, следил с ребятами за дорогой и данные передавал. И вот один раз на вертушке воду им привезли. Они постирались, вещи повесили на колючей проволоке и спать. А тут ночью дождь. Ну и Серега пошел одежду снимать. Прошел мимо часового, а тот, как оказалось, уснул. Ну и чо, не будить же? Нагрузился Серый одеждой и обратно пошел. А тут, как назло, часовой проснулся. Увидел, что в темноте на него движется нечто непонятное и открыл огонь на поражение. Один на нары, другой на небо. Глупо.
  
- Мда, – кивнул я и помолчал вместе с пацанами. Судьба, как говорится. Да и чего далеко ходить? Я то как преставился? В прошлой жизни прошел тюрьму и 90ые, а погиб в банальном ДТП. Жизнь имеет какое-то свое, непонятное чувство юмора.
- Звони короче еврею своему. Пусть выдыхает, – Вовка выпил кофе и снова улыбнулся. Долго грустить мой брат не умел.