Духовное Древо (ЛП)

— Какая цель? Что я упускаю? — я переводила взгляд с мамы на брата и обратно.
Данте только закатил глаза.
— Мама думает, что если бы я не подстрекал тебя, у нас бы не закончились бинты. У неё была иррациональная паранойя, что я вот-вот размозжу себе голову, а у неё не будет ничего, чем можно было бы прикрыть рану.
— Это было весьма оправданное опасение! — вмешалась мама. — Ты вечно пробовал эти безумные трюки, Данте. Помнишь, как ты пытался сделать сальто назад с крыши старой автобусной остановки?
  
Так вот какая у него была «другая» цель.
— Ты пытался сделать сальто назад с крыши? — теперь было легко смеяться, так как я знала, что с ним всё в порядке. — Рада, что пропустила это.
Данте иногда был таким тупицей.
— Ты пропустила много интересного, Сави, — сказал он мне. — Я почти справился с приземлением.
— С третьей попытки, — сказала мама, поджав губы.
— Подожди, ты три раза пытался сделать сальто назад с крыши? — я вытаращила глаза на Данте.
Он гордо кивнул.
— Я вижу, что ты впечатлена.
— О, да, я впечатлена… тем, что ты выжил! Ты, должно быть, самый безрассудный человек, которого я когда-либо встречала. Серьёзно, брат, как ты до сих пор жив?
Мама вздохнула.
— Я задаю себе этот вопрос каждый день.
Мой брат махнул рукой, отметая наши опасения.
— У меня всё было полностью под контролем.
Я фыркнула.
— Я удивлена, что ты рисковал получить перелом черепа. Это испортило бы всю… штуку, которая у тебя там происходит, — я помахала руками вокруг его головы, указывая на его растрёпанные волосы. Они всегда торчали в разные стороны.
— Да, у меня потрясающие волосы. Спасибо, что заметила.
— Потрясающие? — я приподняла бровь. — Не совсем то слово, которое я бы использовала.
Где-то высоко в небе загрохотало.
Я подняла глаза и улыбнулась, глядя на завесу облаков над головой.
— Спасибо, что поддержали меня.
— С кем ты разговариваешь? — спросил Данте.
— С духами.
— Моя милая, идеалистичная сестрёнка, — сказал он, обнимая меня. — Это были не духи. Это просто надвигающаяся гроза.
Мама нахмурилась, глядя на быстро темнеющее небо.
— Надеюсь, она не будет плохой.
— В новостях говорят, что, вероятно, она будет сильной, — сказал ей Данте. — Может быть, даже такой же сильной, как тот шторм, который был у нас в Бэйшоре несколько лет назад. Он обесточил весь город. А когда в здании погас свет, Саванна совсем обезумела.
Я покраснела.
— Это было действительно страшно!
— Ты плакала, пока я не согласился пойти поискать фонарик.
— Не самый лучший мой час, — призналась я, вздохнув. — И не твой, Данте. Вместо того, чтобы просто схватить фонарик, ты замахнулся на непосильное.
— Я помню это, — сказала мама. — Я нашла его в своей мастерской, он кряхтел и рычал, пытаясь поднять с земли мой большой резервный аккумулятор.
— Он был действительно тяжёлым! — запротестовал Данте. — А я был довольно тощим одиннадцатилетним мальчишкой, — он напряг впечатляющий бицепс, чтобы показать, что он больше не тот тощий ребенок.
— Он правда был тяжёлым, — согласилась мама. — Вот почему у тебя должно было хватить здравого смысла, чтобы найти взрослого, который помог бы тебе.
— Эм, здравый смысл? У Данте? — я фыркнула. — Ты понимаешь, что это тот самый человек, который совершил сальто назад с крыши? — я подняла три пальца. — Три. Раза.
Данте на мгновение показал мне язык, прежде чем снова посмотреть на маму.
— Я не просил тебя о помощи, мама, потому что знал, что ты не разрешишь мне воспользоваться аккумулятором.
— Он прав, — сказала я маме. — Он хотел взять аккумулятор только для того, чтобы подшутить над группой наших одноклассников.
— А вы с Невадой использовали бы его, чтобы обеспечить себе достаточно света и попробовать новые причёски.
— У нас гораздо больше волос, чем у тебя, Данте. Мы не можем просто плеснуть на голову немного воды и всё готово. Настоящая укладка требует времени и, да, света.
Он закатил глаза.
— Девчонки.
— Что за розыгрыш ты задумал, Данте? — спросила его мама. Она никогда не была из тех, кого можно сбить с толку.
— Я собирался подключить аккумулятор к дверям гаража и заставить их непрерывно открываться и закрываться. Без электричества другие дети подумали бы, что в гараже водятся привидения, — заявил Данте без тени смущения. — И это сработало бы, если бы ты не конфисковала аккумулятор для своих собственных целей.
— Конфисковала? Хорошее слово! — сказала я ему.
— Спасибо! Я пополняю свой словарный запас, чтобы произвести впечатление на Рыцарей.
— Думаешь, это сработает?
— Я не знаю, — пожал он плечами. — Но все уважают мужчин с большим словарным запасом.
— Я думаю, ты путаешь большой словарный запас с болтливостью, — я ухмыльнулась ему. — И мужчину с мальчиком.
— А ты путаешь хитрость с хитрожо…
— Ладно, хватит, — оборвала его мама.
Он сложил руки вместе и бросил на нашу маму невинный взгляд.
— Да, я действительно конфисковала аккумулятор, — сказала она. — Чтобы подсоединить его к холодильнику, чтобы наша еда не испортилась. Это гораздо важнее, чем глупые розыгрыши, — её взгляд скользнул ко мне. — Или новые причёски.
— Да, — согласились мы с Данте, и наши груди затряслись от смеха.
— Эй, Винтерс! Хватит бездельничать! Мы уходим! — крикнул Ретт, товарищ моего брата по команде.
— Что ж, мне пора, — сказал Данте, кланяясь нам и отступая назад. — Увидимся позже, дамы.
Мама обняла меня и Данте, прижимая нас к себе.
— Люблю вас обоих.
— Люблю тебя, мам, — сказали мы ей.
Мама отступила на шаг, но, прежде чем отпустить наши руки, пронзила нас тяжёлым взглядом.
— Разве вы двое не собираетесь сказать, что любите друг друга?
— Нет, потому что это было бы неправдой, — Данте подмигнул мне.
— А ты научила нас всегда говорить правду, — добавила я, подмигнув в ответ.
— Ещё увидимся, Сав, — Данте дал мне пять и убежал, чтобы присоединиться к своей команде.
— Ну, тогда ладно, — мама вытерла мокрые глаза. — Мне тоже пора идти. Нужно отнести эти материалы обратно в лабораторию, — она похлопала по своей сумке.
Кивнув, я направилась к магазину дистрибьютора. Но не дойдя до него, развернулась. Я подбежала к маме и обняла её.
— Всё будет хорошо, — сказала я ей. — Вот увидишь. Скоро мы с Данте станем Рыцарями. И мы сделаем этот мир лучше. Для всех нас.
— Я верю в вас, Саванна, — заверила меня мама, а затем продолжила свой путь.
Я постояла несколько минут в одиночестве в дверях магазина дистрибьютора, наблюдая и ожидая. Небо тем временем становилось всё темнее и темнее.
Я слышала раскаты грома… и их было много. В любой момент небо могло разверзнуться и затопить город ливнем.
В воздухе раздавалось скандирование. И приглушённый гул множества шагов, становившийся всё громче. По улице маршировала процессия протестующих с большими красочными плакатами в руках.
Покончим с тиранией!
Вернём демократию!
Изгоним правительство!
Участники антиправительственных акций протеста, безусловно, несли смелые, вызывающие плакаты, но они были слишком напуганы, чтобы показать свои лица. Все они были в масках.
— Стоять! — крикнул Смотритель, один из солдат Генерала. Динамики в его большом чёрном шлеме действительно усиливали громкость его голоса.
Их было больше. Восемь Смотрителей, вооруженных и готовых к бою. Они протолкались сквозь толпу, хватая протестующих за маски и пытаясь сорвать их.
— Отважные не нападают на беззащитных! — кто-то в чёрных доспехах спрыгнул с крыши, ловко приземлившись.
  
— Повстанцы, — пробормотала я, когда ещё двое приземлились рядом с первым.
Смотрители бросились к ним. Один из повстанцев издал магический боевой клич, и земля в ответ содрогнулась, сбив Смотрителей с ног.
Протестующие зааплодировали.