Око за око (СИ)

— Это что? — насторожился он.
— Не просрать свой шанс.
Я отрубил телефон и двинул дальше. На остановке стояло несколько человек, но я прошёл мимо. Перебежал через дорогу и зашёл за дом, направившись во двор. Решил двигать по дворам.
Я шёл, озираясь, внимательно вглядываясь в темноту и туман. Меня интересовали запаркованные во дворах автомобили. Под курткой за поясом на спине у меня была спрятана «Беретта», в кармане лежал глушак, а в школьной сумке через плечо — снаряжённый магазин, отвёртка, кусок толстой проволоки, загнутый на конце буквой «г», канцелярский нож и бокорезы. А ещё изолента. Это всё нашлось дома.
  
Новая машина мне была не нужна. Её, наверное, по старинке хрен вскроешь и хрен заведёшь. Нужно было что-то более-менее классическое и незаметное. Какое-нибудь десятилетнее «Рено», например…
Я прочёсывал уже третий двор. Шёл по тёмной, неосвещённой части, заросшей клёнами и светил на машины фонариком. Здесь место было подходящим, и машина нашлась подходящая. Паркетник «Рено», как я и хотел. Я подошёл к двери и подёргал ручку.
Блин… Решимости поубавилось. Ладно бы я подрезал тачку у нового русского в малиновом пиджаке, а это… явно владелец не миллионер. Я, конечно, попользуюсь и отдам, но, ёлки, душа не лежала. Нет, надо было придумать другое решение. Вот только в голову ничего не лезло.
В этот момент раздался звук мотора. Тёмную мглу залил свет въезжающей машины. Она ехала в мою сторону, хотя здесь свободного места для парковки не было. Я напрягся и отступил в кусты. Они были густыми, но сейчас стояли без листьев и защиту давали не стопроцентную.
На площадку въехал чёрный седан и остановился, заблокировав все запаркованные машины. Я подумал, он сейчас отъедет, но нет. Фары погасли и открылись двери.
— Выходи! — раздался пьяный мужской голос. — Выползай, сучка!
— Ты сам сучка! — отозвался недовольный женский. — Ты как поставил, нах!
— Да мне пох! Это Жучкина тачка, вот пусть и разбирается!
— Её на штрафняк угонят!
— Да мне пох! Ты чё разоралась! Пусть Жучка сам разруливает. Он, сука, аферюга, в натуре. Он на бабки меня кинул. Он полгорода перекидал.
— Алкаш!
— Да ты сама нажралась, как шалава малолетняя!
— Чё⁈ — женщина громко загоготала. — А ты мне наливал?
— Щас налью!
— Да у тебя нет ничо!
— Это у тебя нет ничо!
Оба они, и парень и девушка, были просто вдрабадан и едва держались на ногах, но закрыть Жучкину тачку не забыли. Они прошли, шатаясь, мимо меня и скрылись в подъезде. Я подошёл к машине. Старьё, но на ходу.
Решил брать её. Это был «Ниссан», в принципе таких по городу моталось немало. И моральные мои сомнения разрешились сами собой. Пока эти алконавты будут вспоминать да разбираться с Жучкой, куда дели тачку, я её уже верну. А если заявят, то план перехват из-за этой лохматины точно объявлять никто не станет.
Я поддел резинку на двери и отодрал. В образовавшуюся щель просунул проволоку и начал подцеплять направляющую. Дёргал, пока не услышал щелчок. Открыл дверь, наклонился и вытащил из-под панели связку проводов. Включил фонарик, повыдёргивал провода из фишек и начал тыкаться. В принципе нужная комбинация нашлась быстро.
Я смотал изолентой зажигание, отдельно свет и накинул красный проводок стартера. Машина вздрогнула и мотор затарахтел. Я уселся за руль и сдал назад. Спите спокойно, жители Багдада. Утром вы свободно уедете с парковки.
Я выехал на улицу и повернул направо в сторону нового моста. Проехал мимо спортивно-концертного комплекса, превращённого в супермаркет, повернул налево и переехал через реку.
Сердце молотило и требовало действий, так что уснуть бы я всё равно не уснул, только промучился бы. В общем, я поехал к барону. По пути заехал в круглосуточный магазин, купил воду и осетинские пироги. У выхода стоял кофейный автомат. Я взял себе большой бумажный стакан и вернулся в машину. В общем, в какой ты век ни живи, а будешь делать то, к чему привык.
Бензина было полбака. Памятуя о камерах на заправках, я решил поискать заправку попроще, чтоб без всех этих технических новшеств. Впрочем, пока не горело. А утром будет видно.
Я подъехал максимально близко к цыганскому замку и занял, примеченное раньше, удобное место для наблюдения. Чуть в стороне, на углу, на перпендикулярной улице было хорошо видно ворота — кто въезжал и кто выезжал.
Я разомкнул провода и заглушил движок. Перекусил и принялся наблюдать. Время от времени проваливался в сон, но спать я себе не запрещал, наоборот. Поспать было нужно, день мог быть напряжённым. Проезжая по улицам этого шанхая, я обратил внимание на машину на сдувшихся колёсах под старым и грязным куском брезента. Подумал, что можно позаимствовать номера, чтобы не соответствовать ориентировке, в случае, если она появится.
Около четырёх часов утра я пошёл туда и аккуратно открутил номерные знаки. Было тихо, ни одна собака даже и не гавкнула. Нет, одна залаяла, но вдалеке. В общем, операция прошла успешно. Я поменял номера и снова сел в машину.
После этого немного расслабился и отрубился, поспав пару часов, а в половине седьмого проснулся. Ничего не происходило. В половине девятого позвонил Князь. Как раз открылись ворота и машина, возившая его в школу, выехала со двора. Но я оставался на месте.
— Утро доброе, — сказал я, ответив на звонок. — Говори.
Интересно, когда до вьетнамца допрёт, что человек Князя и я — это одно и то же лицо. Или он уже знал?
— Сегодня он не сможет, — сонным голосом сообщил Жан.
— Почему? — напрягся я.
— Он вчера вечером уехал в Новосиб по работе.
— А он что сам за товаром ездит?
— За каким товаром? — насторожился цыган.
— А чё за работа у него? Ты ж сам говорил.
— Слушай, я не знаю, зачем он туда поехал. Какая тебе разница вообще? Завтра после школы пересечёмся с ним.
— Завтра — это пипец, как долго. — Связывайся с ним снова и пусть либо подтверждает, либо отказывается.
— Может, мы в школе поговорим, чтобы не по телефону?
— Время не ждёт. К тому же, меня сегодня не будет.
— Почему? — удивился Князь.
— Да мама договорилась обследование провести. Надо будет в больницу ехать.
— На весь день что ли?
— Да фиг знает.
— А-а, ну ладно…
— Ты мне скажи просто, он участвует или нет. Я же не в очередь к терапевту за полгода записываюсь, да? Мне сейчас нужно понимать ситуацию.
— Блин, ну я ему прямым текстом-то не мог объяснить. В принципе, он заинтересовался. Конкретно заинтересовался. Но подробности обсудим при встрече.
— Ладно. Держи меня в курсе, — недовольно бросил я. — Я тебя понял.
Через полчаса ворота снова открылись и из них выехал чёрный «гелик». Проехал мимо меня. На заднем сиденьи я разглядел барона. Быстренько соединил провода и двинул в сторону города, стараясь держаться от машины на приличном расстоянии.
В сторону центра начались пробки, и мне пришлось напрячься, особенно когда «мерин» перед мостом выскочил на трамвайные пути и попёр вперёд. Пришлось двигать за ними, но там нашлись ещё желающие, и всё прошло нормально. Дальше движение оживилось и ехать стало полегче. Сначала он двинул на Губернский рынок.
Вышел вместе с крупным парнягой, вероятно, охранником. Водила остался на месте, а они вдвоём пошли в сторону торговых рядов. Я выскочил из машины и двинул за ними. Они зашли в административное здание и торчали там примерно полчаса. Я успел купить у пожилого и не слишком приветливого узбека фрукты для мамы и осмотреться, а этого цыганского Муссолини всё не было.
Наконец, барон появился в сопровождении толстопузого и крупноголового человека, что-то активно втолковывавшего и подобострастно объяснявшего. Охранник шёл на расстоянии, по сторонам не смотрел и вообще мышей не ловил.
  
Они сели в машину и поехали в прокуратуру. Там я за ними не пошёл и прождал около часа. Следующим пунктом маршрута стала городская администрация. Выйдя около половины первого, барон поехал к дешёвому ресторану кавказской кухни недалеко от кафешки, где я встречался с Икаром и Петей. Ресторан размещался в подвале и публика там тусовалась не слишком респектабельная