Смерть (ЛП)

Сэмюэль уходит с доктором Пирес, но когда Педро направляется к входной двери, Сантьяго говорит:
— Педро. — Он ждет, пока его заместитель посмотрит на него. — Я всегда приму пулю за тебя. Я также отвечаю за твою безопасность, потому что не могу позволить себе потерять тебя.
Гнев сходит с лица Педро.
— А давай просто не будем попадать под огонь?
Сантьяго улыбается ему.
  
— Звучит неплохо.
Педро уходит, закрывая за собой дверь, поэтому я хватаю Сантьяго за руку и тащу его в нашу спальню.
— Я просто хочу принять душ, mi amor.
Я отпускаю его руку и, зайдя в ванную, включаю краны, а потом поворачиваюсь и расстегиваю пуговицы на его рубашке.
— Ты злишься на меня? — Спрашивает он обеспокоенным тоном.
Я поднимаю на него взгляд.
— Нет, но я и не в восторге. — Я осторожно стягиваю ткань с его плеч. Затем снимаю с него штаны и ботинки, и когда он остается голым, говорю: — Залезай в душ.
Я быстро раздеваюсь, пока Сантьяго встает под струю, а затем присоединяюсь к нему. Я мою его тело, и каждая капля крови, смешивающаяся с водой, отзывается болью в моем сердце.
Я могла потерять его сегодня.
Мой подбородок дрожит, и, конечно же, мужчина это замечает. Он обнимает меня, прижимая к своей груди, и я бормочу:
— Не намочи повязку.
— К черту повязку.
Я запрокидываю голову, и наши взгляды встречаются.
— Я не могу потерять тебя. — Слеза скатывается по моей щеке. — Без тебя меня нет.
Он прижимает ладони к моим щекам, выражение его лица становится абсолютно серьезным, когда он говорит:
— Ты меня не потеряешь. — Он наклоняется и целует мои дрожащие губы. — Я занимаюсь этим уже более двадцати лет, и сегодня меня впервые ранили.
— Просто будь осторожнее. Пожалуйста.
Сантьяго кивает.
— Обещаю. Хорошо? — Когда я киваю, он спрашивает: — Так, у нас все в порядке?
— Да.
Когда он снова опускает голову, я приподнимаюсь на цыпочки и целую его со всей любовью, которую испытываю к нему.
  
Глава 32
 
Сантьяго
Я сижу на краю кровати и смотрю на одно-единственное слово, высвечивающееся на маленьком экране. Мне уже почти сорок и я боялся, что никогда этого не увижу.
Беременна.
— Малыш? — шепчет Сиара, присаживаясь рядом со мной. — Ты в порядке?
Слезы застилают мне глаза, и я прерывисто вздыхаю. Затем встаю с кровати и опускаюсь на колени перед женщиной, на которой сегодня женюсь.
Она плохо себя чувствовала, и сегодня утром мы сделали тест на беременность. Я знал, что шансы были высоки, но не верил, что это действительно произойдет.
Я открываю рот, но не могу вымолвить ни слова, поэтому просто обнимаю ее и прижимаюсь лицом к ее животу.
Она проводит пальцами по моим волосам и терпеливо ждет, пока я перевариваю невероятную новость о том, что скоро стану отцом.
Спустя долгие минуты первая мысль, которая приходит мне в голову, – это имя для ребенка.
— Если это мальчик, можем ли мы назвать его Адан? В честь моего отца?
— Да, — шепчет она, ее голос наполнен любовью. — А если это будет девочка, мы можем назвать ее в честь твоей матери.
Я поднимаю голову и смотрю на нее.
— Джульетта.
Я не произносил их имен более двух десятилетий.
Думая о Сиаре, я спрашиваю:
— Ты не против этих имен?
Она кивает, нежно проводя пальцами по моему лицу.
— Они мне нравятся. — Внезапно ее лицо морщится, и она всхлипывает. — Я беременна.
Я вскакиваю с пола, сажусь на кровать и притягиваю ее к себе на колени.
— Эй, все в порядке.
Она качает головой.
— Я-я так с-счастлива.
Спасибо, блять.
Я обнимаю ее так нежно, как только могу, не желая причинить боль нашему малышу.
— Я буду менять подгузники. Буду вставать посреди ночи. Я...
Она громко смеется.
— Ты такой милый.
Только когда дело касается ее.
Сиара вытирает слезы со щек, а затем слезает с моих коленей.
— Тебе нужно уйти, чтобы я могла закончить сборы, иначе я опоздаю на нашу свадьбу.
Улыбаясь от уха до уха, я встаю. Затем целую ее в лоб и говорю:
— Я ждал тебя больше года. Что такое еще десять минут?
— Я рада, что ты думаешь, будто это займет всего десять минут, — смеется она.
Раздается стук в дверь, и я кричу:
— Войдите.
Дверь открывается, и в комнату заглядывает Грейс. Затем она видит заплаканное лицо Сиары и бросается к сестре.
— Оу. Тебя кто-то расстроил?
— Нет, я беременна, — отвечает Сиара.
— О Боже мой, — выдыхает Грейс. — Ты серьезно?
Сиара указывает на кровать, где я оставил палочку, и Грейс смотрит на нее. Затем на ее лице расцветает улыбка, и она хватает Сиару, радостно воскликнув.
— Мы забеременели одновременно, — всхлипывает Грейс, и, восприняв это как намек на то, что мне пора уходить, я выхожу из комнаты и закрываю за собой дверь.
Я спускаюсь вниз и вижу Доминика и Педро, которые сидят в полной тишине. Ни один из них не любит много болтать, так что я не удивлен.
Заметив меня, они встают, и Доминик спрашивает:
— Готов к своему знаменательному дню?
Я улыбаюсь им.
— У меня потрясающие новости.
Уголок рта Педро приподнимается, потому что именно он принес нам тест на беременность из клиники.
— Да?
Кивнув, я говорю:
— Да, блять. Сиара беременна.
Педро подбегает ко мне первым, обнимает меня и шепчет:
— Я так чертовски рад за тебя. — Когда он отстраняется, в его глазах блестят непролитые слезы, и меня мгновенно охватывает буря эмоций.
— Если ты заплачешь, то и я заплачу, — бормочу я.
Доминик подходит, чтобы пожать мне руку.
— Поздравляю. Наслаждайся последними девятью месяцами сна.
Педро указывает на меня большим пальцем.
— В отличие от нас, этому ублюдку нужно всего четыре часа сна.
Доминик качает головой.
— Я должен был догадаться об этом, когда он сказал, что они поженятся на рассвете. — Он проверяет время, затем снова качает головой и смотрит на меня. — Неужели ты не можешь делать что-нибудь по-нормальному?
— Я? — Усмехаюсь я. — Нет, блять. Жизнь была бы скучной.
— Давай-ка подготовим тебя, — говорит Педро, жестом приглашая меня идти.
Мы направляемся в гостевую спальню на первом этаже, и, увидев мой наряд, Доминик спрашивает:
— Никакого костюма?
Я качаю головой и начинаю переодеваться в черные хлопчатобумажные брюки и рубашку с золотой вышивкой.
Мы с Сиарой вместе выбрали наряды. Я буду одет в черное, а она – в белые брюки с кружевным топом и шифоновым шлейфом, завязывающимся на талии.
Мой взгляд падает на грудь, где у меня вытатуировано имя Сиары с словами mi sol, mi amor, mi esposa. Я оставляю три верхние пуговицы расстегнутыми и, надев черные туфли, смотрю на свое отражение в зеркале и говорю:
— Готов.
— И что мы будем делать оставшуюся часть часа? — Спрашивает Доминик.
— Ждать.
Мужчины выходят за мной на веранду. Я смотрю на гирлянды и разбросанные повсюду лепестки роз.
Сиара не хотела чего-то грандиозного, поэтому на наш праздник пришли только Педро, Доминик и Грейс.
Педро – наш свадебный церемониймейстер , а Доминик и Грейс – свидетели.
Скрестив руки на груди, я смотрю на темный горизонт, пока Педро и Доминик садятся на стулья.
— Садись, — говорит Доминик.
Я качаю головой.
— Слишком взволнован.
Я продолжаю смотреть то на горизонт, то на вход в виллу, но когда солнце начинает пробиваться сквозь темноту, Сиары все еще нет.
— Может, мне пойти проверить, как там девушки? — Спрашивает Доминик, вставая.
— Нет. Она придет, когда будет готова.
Я снова смотрю на горизонт, затем мое внимание привлекает какое-то движение, и я понимаю, почему они так долго не появлялись. Они, черт возьми, улизнули из дома и обошли поле с другой стороны, чтобы восход солнца был за спиной Сиары.