Императрица (ЛП)

— Пожалуйста, Лео.
— Я побуду с тобой пять минут, но потом тебе придется заснуть, — пытаюсь я договориться с ней.
Не выглядя счастливой, она бормочет:
— Лааааааадно.
Я подношу руку к ее голове и провожу пальцами по шелковистым каштановым прядям.
— Улыбнись мне.
Ее губы изгибаются, и ямочка, которую я так люблю, появляется снова. Она исчезает слишком быстро, когда Карина бросает на меня обеспокоенный взгляд.
  
— Почему твой папа все время тебя обижает?
— Ты опять подслушивала? — спрашиваю я, игриво прищурившись. Она качает головой, и, зная, что она будет продолжать спрашивать, пока я не отвечу, я шепчу: — Порой люди совершают плохие поступки без каких-либо причин.
Карина снова выпячивает нижнюю губу.
— Мне не нравится, когда он тебя обижает. — Она снова вылезает из-под одеяла. Ее руки обвиваются вокруг моей шеи, и она крепко прижимается ко мне. — Ты можешь жить здесь, с нами, потому что я люблю тебя и никогда не обижу.
Я обнимаю ее крошечное тельце и наслаждаюсь утешением, которое она мне дает.
— Я тоже люблю тебя, stellina mia. 
— Пора спать, — тихо произносит миссис Мессина с порога.
Я отпускаю Карину и снова укрываю ее одеялом. Наклоняясь к ней, я целую ее в лоб и шепчу:
— Сладких снов.
— Тебе тоже, — шепчет она, когда я встаю.
Когда я выхожу в коридор, миссис Мессина слегка прикрывает дверь и смотрит на меня с беспокойством. Ее взгляд останавливается на моей разбитой губе.
— О, Лео. — Она поднимает руки и заключает меня в объятия. — Мне так жаль, мой мальчик.
Мои эмоции немного накаляются, когда я обнимаю ее в ответ.
— Все в порядке.
— Нет, не в порядке. — Она отпускает меня, и я замечаю тревогу в ее глазах. — Диего сказал, что ты останешься на несколько дней. Хочешь, мы с Коррадо завтра поедем с тобой домой, чтобы ты мог собрать вещи?
Я качаю головой. Меньше всего я хочу, чтобы мама и папа Диего приближались к моему дому.
— Я надену одежду Диего. Это всего на два дня.
— Можешь остаться подольше, — говорит она.
Я благодарно улыбаюсь ей.
— Я знаю, но это только доставит неприятности.
Она тяжело вздыхает.
— Ты ел?
Нет. За обеденным столом разразился настоящий ад.
Солгав, я киваю.
— Я в порядке. Спасибо за все, миссис Мессина.
Она кивает и смотрит, как я иду в комнату Диего, прежде чем вернуться в главную спальню.
Войдя в комнату друга, я подхожу к левой стороне кровати и со вздохом падаю на матрас.
— У меня свидание с Донной, — говорит мой друг, кладя телефон на прикроватный столик.
Моя бровь изгибается.
— Да? Ты наконец-то уломал ее?
Усмехнувшись, он хлопает меня по руке.
— Наоборот. Это она меня уломала.
— Продолжай себе это повторять, — дразню я его.
Дверь со скрипом открывается, и в комнату заглядывает Карина.
— Мама рассердится, — предупреждает ее Диего, но уже сдвигается, освобождая ей место.
— Только на минутку, — умоляет она, входя с плюшевым единорогом в руках.
Он вздыхает.
— Ладно.
— Ура! — Она бежит к кровати, забирается на нее и ложится между нами. Ее большие карие глаза сверкают, как звезды, а ямочка на щеке становится более заметной, когда она улыбается мне.
Диего тянется к прикроватной лампе и выключает ее.
— Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — отвечает Карина, ее голос наполнен счастьем, когда она устраивается у меня под мышкой, а ее единорог оказывается на моей груди.
Мои губы изгибаются, отчего порез начинает саднить.
— Спокойной ночи.
Я кладу руку на голову Карины и нежно провожу пальцами по ее мягким волосам. Я единственный ребенок в семье, но, Боже, я бы отдал все, чтобы у меня была такая младшая сестренка, как она.
Вместо этого я живу в холодном доме, полном оружия и насилия. Моя мать слушается моего отца и делает все, что он говорит. Я не виню ее, потому что ее практически силой заставили покориться.
У меня есть Диего и его семья.
Лежа без сна, я начинаю беспокоиться о своем будущем. Я знаю, отец ожидает, что однажды я сменю его, но действительно ли я этого хочу?
— Лео, — шепчет Карина.
— Да, stellina mia. 
Она прижимается щекой к моей груди.
— Я рада, что ты здесь.
— Я тоже.
Как только она замолкает, я снова думаю о своей жизни и в миллионный раз жалею, что не родился в обычной семье, как Диего.
— Карина, — зовет миссис Мессина, и мы слышим, как она направляется к нашей комнате.
Карина делает вдох, чтобы ответить, но звук выстрела заставляет ее испуганно вскрикнуть.
Сильная волна шока прокатывается по мне, пока Диего кричит:
— Что, черт возьми, это было?
Дверь с грохотом распахивается, и, не раздумывая, я хватаю Карину и перекидываю через себя, так что она приземляется на пол рядом с кроватью.
Как только я сажусь, раздаются выстрелы. Комната наполняется вспышками, а затем загорается свет. В то же время я скатываюсь с кровати, падая на Карину, и мой разум лихорадочно пытается осознать, что на нас напали.
На меня напали.
Мои охранники находятся снаружи дома, и я могу только надеяться, что они услышали выстрелы.
Диего! Мистер и миссис Мессина!
— Л-Лео, — икает Карина, ее глаза темнеют от страха.
Как только я собираюсь ответить, пуля попадает мне в спину, причиняя такую сильную боль, какой я никогда не испытывал.
— Лео! — кричит Карина, хватая меня за рубашку, когда я наваливаюсь на нее.
Мой взгляд встречается с ее испуганными глазами.
— Ш-ш-ш. — Я молюсь, чтобы они не увидели ее подо мной, но меня хватают за руку и оттаскивают от нее. Отшатываясь назад, я в ужасе наблюдаю, как какой-то мужчина хватает Карину.
— Нет! — кричу я, и тут еще одна пуля попадает мне в грудь, и мне кажется, что весь мой торс разрывают на части. Падая на спину, я не могу ничего сделать, кроме как смотреть, как мужчина выносит ее из комнаты.
Нет.
— Лео. Диего, — всхлипывает она, потом плачет еще громче. — Мама!
Капли крови стекают у меня изо рта, когда я пытаюсь окликнуть ее. Мужчина приседает рядом со мной, и я смотрю на него широко раскрытыми глазами.
— Твоему отцу следовало отступить, парень.
Он поднимает руку, направляя пистолет мне в голову, и когда воздух наполняется звуком выстрела, я готовлюсь почувствовать очередную волну боли, но вместо этого мужчина замертво падает на меня.
— Лео! — кричит Массимо, один из моих охранников, сбрасывая с меня тело. — Cazzo!
Я открываю рот, чтобы сказать ему идти за Кариной, но из него продолжает литься кровь.
Мое зрение затуманивается, а когда проясняется, я смотрю на кровать и вижу Диего. Он ранен в голову и грудь. Осознание, что мой лучший друг мертв, становится последней мыслью перед тем, как я теряю сознание.
  
Глава 1
 
Лео
Лео Тоскано – 33. Хейвен Романо – 23.
Сидя за столом на заднем дворе Николо Романо в честь его шестидесятилетия, я чувствую себя ужасно измотанным. Все одеты так, словно собрались на гребаный президентский бал.
— Еще полчаса, и мы сможем отправиться домой, — шепчет мне Массимо, моя правая рука.
Раздраженно вздохнув, я оглядываю гостей. Я узнаю большинство людей, но многие из них смотрят на меня настороженно. Мой взгляд останавливается на Николо. Наблюдая, как он смеется, я чувствую, как во мне нарастает желание убить его.
Я ненавижу этого человека с шестнадцати лет, потому что нутром чую, что этот ублюдок причастен к нападению, которое изменило мою жизнь к худшему. Но я не могу убить Николо, пока у меня не будет веских доказательств, и меня мучает то, что я не могу их найти.
  
После покушения я узнал, что отца убили. А моя мать, как и я, выжила после огнестрельных ранений, которые должны были ее убить.