Императрица (ЛП)

ЭДОАРДО:
Будет сделано, босс. Миссис Тоскано разрешено покидать территорию?
Я:
Да, но ты и еще четверо мужчин должны постоянно сопровождать ее. Я хочу, чтобы она была дома до наступления темноты. Ей ни при каких обстоятельствах нельзя покидать город.
ЭДОАРДО:
Понял.
  
Я:
Пока она дома, только ты имеешь право общаться с ней. Если я узнаю, что кто-то из других мужчин сказал ей хоть слово, наказанием будет смерть. Она и так достаточно травмирована. Я не хочу, чтобы кто-то расстраивал ее еще больше.
ЭДОАРДО:
Я прослежу, чтобы все держались от нее подальше, пока мы дома.
Я:
Защищай ее ценой своей жизни.
ЭДОАРДО:
Разумеется, босс.
Закончив, я засовываю телефон обратно в карман и оглядываюсь по сторонам. Заметив, что мы почти у аэропорта, где стоит мой частный самолет, я спрашиваю:
— Есть какие-нибудь зацепки по Вито и Себастьяно?
— Себастьяно был замечен на Сицилии. Сначала мы полетим туда, а Маттиа и его команда продолжают поиски Вито.
— Себастьяно нужен мне живым. Мне просто необходимо убить кого-то, чтобы избавиться от этого чертового нервного напряжения.
— Не думаю, что убийство что-то изменит, — бормочет Массимо. — Хочешь поговорить о том дерьме, которое произошло со вчерашнего дня?
Я проверяю время на приборной панели. Прошло двадцать семь часов с тех пор, как умер Клодиан и я забрал Хейвен.
За это время я окончательно сошел с ума и разрушил все вокруг себя.
Мне нужно восстановить контроль над своей жизнью, иначе такими темпами я скоро умру.
Я говорю почти шепотом:
— Нет. Я вообще не хочу об этом говорить. Давай сосредоточимся на работе.
Массимо кивает и останавливает внедорожник возле частного самолета, где нас ждут мои мужчины.
Думаю, время, проведенное вдали от дома, тоже пойдет мне на пользу. Если повезет, я смогу собраться с мыслями, прежде чем вернусь к Хейвен.
Тогда мне придется серьезно постараться и сделать все возможное, чтобы завоевать ее сердце.
  
Глава 11
 
Хейвен
Я возвращаюсь в особняк только после захода солнца.
Когда я захожу в темную гостиную и закрываю раздвижные двери, свет включается автоматически, пугая меня.
По крайней мере, мне не придется искать выключатели.
Я осторожно оглядываю фойе, лестницу и на пару минут замираю. Не услышав шагов Лео поблизости, я быстро иду на кухню.
Может, мне повезло, и его нет дома. Он сказал, что у него есть дела.
Когда зажигается свет, и, увидев, что Лео не приготовил ужин, я подхожу к холодильнику и открываю его.
Я просматриваю все продукты, после чего беру апельсин и яблоко. Затем достаю две бутылки воды и банку содовой, которая, похоже, с апельсиновым вкусом. Я ставлю свои припасы на мраморный островок и роюсь в ящиках со шкафами, пока не нахожу пакет.
Я кладу в него фрукты и напитки, затем просматриваю шкафчики и беру пачку орехов кешью и коробку соленых крекеров.
В последнюю секунду я решаю взять еще две банки содовой и оставшиеся четыре бутылки воды.
Теперь я могу спрятаться в своей комнате на денек-другой.
Я быстро возвращаюсь в свою спальню и запираю за собой дверь. Зная, что Лео с легкостью может ее выломать, я кладу пакет с продуктами на кровать. Следующие десять минут я изо всех сил пытаюсь передвинуть тяжелый туалетный столик к двери.
Надеюсь, этого будет достаточно, чтобы Лео не смог войти. 
Мой телефон начинает звонить, и я бросаюсь к прикроватному столику, где оставила его заряжаться.
Увидев мамино имя, я быстро отвечаю:
— Мама. Ты в порядке?
— Где ты была? — кричит она. — Я так волновалась. Лео еще что-нибудь тебе сделал?
— Я в порядке. — Чувствуя себя ужасно из-за того, что не взяла с собой телефон, я говорю: — Прости. Я была на улице. Я не могла находиться в одном особняке с Лео. Он больше ничего не сделал. Думаю, он ушел. Наверняка, чтобы убить какого-нибудь беднягу. — Я замолкаю, чтобы перевести дух. — Я взяла еду и воду из кухни и забаррикадировалась в своей спальне.
— О, слава Богу! — Мама тяжело вздыхает, и на несколько секунд между нами воцаряется тишина.
Зная, что сегодня причинила ей боль, я с раскаянием в голосе извиняюсь:
— Прости, что заперла тебя в той комнате. Я знала, что ты будешь бороться за меня, но в итоге они причинят тебе боль или убьют. Я сделала это только для того, чтобы защитить тебя.
— Это я должна защищать тебя, Хейвен. — В ее голосе звучит отчаяние, и я сажусь на кровать, закрывая глаза. — Как мне теперь жить с тем, что я не смогла уберечь тебя от этого монстра?
— У нас нет ни единого шанса против него.
Я вытряхиваю все из пакета и кладу свои припасы на прикроватный столик. Взяв бутылку воды, я откручиваю крышку и отпиваю.
— Знаю, но я все равно должна попытаться. Я не могу просто оставить тебя там с главой мафии.
— Может, нам повезет, и полиция арестует его, — бормочу я.
— Остается только надеяться!
Я включаю громкую связь, после чего ложусь, устраиваясь поудобнее.
— Как у тебя дела?
— Николо – сумасшедший. Он запер меня в комнате, и я слышала, как он кричал Джаде и Лилиане, чтобы они держались от меня подальше.
Мы обе пленницы, но по крайней мере я могу ходить по особняку.
— Мне так жаль, мам. — Слеза скатывается по моей щеке, и я смахиваю ее. — Так не может продолжаться вечно.
— Лишь бы хуже не стало, — бормочет она.
Мы снова молчим некоторое время, прежде чем я говорю:
— Я вернула ему это дурацкое кольцо. Я отказываюсь его носить.
— Хорошо! Пусть этот ублюдок засунет это кольцо куда подальше.
Из меня вырывается усталый смешок.
— Не считая всего дерьма, что нам пришлось пережить, как ты держишься, милая?
— Я вдоволь наплакалась, когда мы вернулись домой. — Осознав, что только что сказала, я быстро поправляю себя. — То есть, вернулись к Лео. Я несколько часов просидела на пляже, так что теперь чувствую себя лучше.
— Рада это слышать. Когда будет возможность, пришли мне фотографии особняка. Хочу загрузить их в Google и посмотреть, смогу ли я узнать, где ты находишься.
— Я пришлю тебе фотографии завтра утром.
Как и прошлой ночью, мы продолжаем говорить об одном и том же, снова и снова, пока я не засыпаю.
Я лежу рядом с кем-то, и он гладит меня по волосам. Чувствуя себя в безопасности, я прижимаюсь к нему поближе.
— Я тоже люблю тебя, stellina mia. 
Вдруг я приземляюсь на пол, и кто-то падает на меня. Я поднимаю глаза и вижу молодого Лео, но в следующую секунду взрослый Лео перекидывает меня через плечо, в то время как в воздухе раздаются выстрелы.
С криком я вскакиваю, пока мое сердце бешено колотится в груди.
— Хейвен! — кричит мама. Проходит несколько секунд, прежде чем я понимаю, где нахожусь, и осознаю, что она все еще говорит со мной по телефону. — Что происходит?
— Это был кошмар, — задыхаюсь я от переполняющих меня эмоций.
— О нет. Что тебе снилось?
— Это было похоже на сны, которые мне снились в детстве, но на этот раз Лео был монстром, уносящим меня из спальни.
После нескольких лет терапии мама знает все о моих кошмарах. Но кроме них, я ничего не помню о своем прошлом до удочерения. Мой психотерапевт считает, что это связано с травмирующим событием, которое мой разум заблокировал.
  
Мама и папа ничего не знают о моем прошлом. Они просто приняли меня с распростертыми объятиями и сделали все возможное, чтобы помочь мне исцелиться от того, что случилось, когда мне было шесть.