Локки 9. Потомок бога (СИ)

— Какие дерьмовые спички, — пробормотала Мия, сидя на корточках возле шалашика из веточек, под которыми лежала смятая бумажная брошюра, найденная в карете. Она уже четвёртую спичку не смогла зажечь.
— Дай сюда! — не выдержал я и подошёл к ней.
Та с высокомерной физиономией едва не швырнула мне коробок, глядя так, будто у меня получится ещё хуже. Но я с первой же спички разжёг костёр.
  
— Тебе просто повезло, — буркнула она и принялась подкидывать ветки.
Я отошёл к карете, проверяя её целостность, а то вдруг развалиться по пути.
Мия же продолжала колдовать над огнём. Получалось у неё, мягко говоря, так себе: она пару раз чуть не затушила его, вся перемазалась пеплом и изматерилась.
Но когда смуглянка наконец развела полноценное пламя, то посмотрела на меня с гордостью, как Прометей из легенды, впервые принёсший людям огонь.
Я, чтобы вдохновить её, показал большой палец.
Девица тут же довольно улыбнулась и снова принялась хлопотать вокруг костра, подбрасывая ветки. Только делала она это так, чтобы её аппетитная задница, обтянутая тканью, была обращена ко мне. А если не выходило, Мия становилась другим концом и нагибалась так, чтобы под рубашкой виднелась её соблазнительная грудь: не откровенно голая, но достаточно открытая, дабы завлекать и манить.
Кажется, она всерьёз решила соблазнить меня, чтобы потом в постели самодовольно заявить: «Я же говорила, что ты окажешься в моей кровати». Вот только хрен у неё хоть что-то выйдет. Образ Огневой частенько посещал меня. И мне совсем не хотелось менять её на эту взбалмошную особу с острым язычком и гнусным характером. Впрочем, признаю, что нечто завлекающее в ней всё-таки есть…
Вздохнув, я отвернулся, чтобы лишний раз не смотреть на её притягательный зад, и наткнулся взглядом на Древнего. Тот всё также в плаще и с капюшоном на голове внимательно смотрел на дерево, покрытое мхом и жёлтыми плесневелыми пятнами.
Что это он там рассматривает? Меня аж любопытство проняло. Вдруг без меня сейчас откроет все тайны этой гребанной вселенной?
Неслышно ступая по мягкой траве, я подкрался к осьминогоголовому и глянул через его плечо на ствол дерева. Там, к сожалению, не оказалось тайных знаков, что могли бы раскрыть мне сокровенные законы мироздания. Вместо них по коре, огибая наросты, похожие на оплывшие жирные носы, шествовала процессия удивительно крупных муравьёв, каждый размером с половину пальца. Пятеро тащили шестого, опутанного паутиной, выделяемой этими же созданиями.
— Он похож на меня, — вдруг произнёс Древний, не поворачивая головы.
— Кто именно? Ствол, мох или тот муравьишка, которого тащат свои же? Хотя можешь не уточнять, я уже понял, что муравьишка.
— Вот примерно так же и меня поместили в саркофаг, — спокойно сказал он. — Возможно, тебе любопытно узнать, что в них лежат только те, кто оказался за бортом нашего общества. Те, кто в него не вписался. И это необязательно преступники, вроде убийц и воров.
— Ты хочешь отомстить? — серьёзно спросил я, чувствуя, что осьминогоголового можно вывести на откровение.
— Нет. Я просто хочу вернуться. Вернуться к своей расе.
— А куда конкретно ты собрался возвращаться?
— Я бы мог объяснить, но лучше показать.
— О нет, нет, нет, можешь не показывать. Никуда я с тобой не пойду. Попытайся объяснить. Я сообразительный, глядишь — и пойму.
Древний помолчал и сказал:
— Это настоящий мир, а всё вот это, — он обвёл рукой джунгли и кусты, где порыкивал какой-то мелкий зверь, — лишь отражение истинной реальности.
— Опять двадцать пять, — пробурчал я и громче добавил: — Так зачем тебе нужен я?
— Мне требуется помощник, который будет контролировать процесс перехода между мирами. Тот, кто не предаст. Верный, сообразительный и надёжный. И ты, на мой взгляд, обладаешь всеми этими качествами.
— Да, я такой.
— А ещё я хочу, чтобы ты научил меня состраданию, — произнёс он и повернул ко мне голову, попутно схватив двумя перепончатыми пальцами муравья, опутанного паутиной.
Древний легко разорвал путы и вернул насекомое на ствол, но уже гораздо выше того места, где его тащили собратья.
— С состраданием главное не переборщить. А то тебя потом даже куры раком ставить будут, — дал я первый урок, подумав, что именно из-за отсутствия сострадания Древнего и могли выпнуть из его общины осьминоголовых.
Да, скорее всего, всё так и было. Иначе на кой хрен ему учиться состраданию? У него же есть дела и поважнее. Значит, подобное обучение он ставит чуть ли не на самое первое место.
— Я видел, как та смертная насмехалась над тобой, когда ты помогал представителям её расы, — сказал Древний, глянув на Мию, злобно дующую на чёлку, падающую ей на глаза. Она бы убрала её руками, но те были перепачканы землёй и сажей. — Я был кем-то вроде неё. А теперь остался без соплеменников.
— А Древние, получается, самые первые существа во вселенной?
Осьминогоголовый вдруг затрясся, а его щупальца на лице принялись извиваться. И я сперва подумал, что его хватил какой-то припадок, а потом смекнул, что он, кажется, так смеётся.
Охренеть, я, конечно, комедиант, раз сумел рассмешить такое существо.
А тот, вроде как отсмеявшись, проронил:
— Нет, до нас было множество разумных существ, и все они ушли, достигнув определённой точки коллективного развития. Когда-нибудь и таких смертных, как та самка Мия, будут называть Древними, ежели они не уничтожат друг друга, идя по пути развития. А так нынешние люди имеют все шансы сделать разумных существ, которые будут считать их богами…
Хм. Интересная мысль. Надо будет её обдумать, но чуть попозже, а пока стоит встретить гостей. Они уже совсем рядом.
Буквально спустя пару секунд из джунглей с профессионализмом настоящих ассасинов вышли люди. Даже язык не поворачивался назвать их разбойниками — это были не просто оборванцы с ножами. Нет! Перед нами стояла элита грабительского ремесла, защитившая дипломы по этому искусству!
Пятнадцать человек, двигающихся слаженно, как стая. В их руках находились не самопальные обрезы, а новенькие блестящие револьверы. А на плечах красовалось не рваньё, а домотканые рубахи и кожаные жилетки. Лица же были решительными, загорелыми и покрытыми капельками пота. Тропики ведь, мать их ети! И в глазах их хрен отыщешь хоть намёк на преклонение перед дворянами или робость. Нет, это были матёрые душегубы, организованные как военный отряд.
И нас они не посчитали достойными противниками. Поскольку эти двуногие звери даже не посчитали нужным оставить кого-то в кустах в засаде.
И опять же, стрелять из засады они не стали. А зачем? Их было почти в четыре раза больше, чем нас. Грабители были уверены, что легко одолеют нас, даже если мы окажемся магами.
Но я-то знал, что всё будет иначе. Они ошиблись даже с тем, что посчитали, будто застали нас врасплох. Я услышал подозрительный шорох в листве ещё с полминуты назад. Просто не стал реагировать. Не люблю бегать за одиночными крысами по джунглям. Пусть вылезают все разом — сразу и лягут.
А если бы они заметили Апофиса, то и вовсе не вылезли бы. Значит, дракончик не попался им на глаза. Видимо, они отыскали нас уже после того, как он улетел.
  
Глава 15
 
Среди вышедших на поляну людей выделялся рослый лысый мужчина с волчьей усмешкой, распоровшей покрытое шрамами суровое лицо.
— Где ваша охрана? И что произошло с каретой? Почему в ней дыры от пуль и торчат стрелы? Да ещё она кое-где обуглена, — требовательно изрёк он, не спуская с нас колючих глаз, в которых не было места жалости. — На вас напали?
  
— Ага, — честно ответил я, понимая, что до лиходеев пока не дошла информация о том, что произошло в городе. — Напали, и не раз. И вы теперь пожалеете нас, дадите еды, воды и проводите?
Выстрел разорвал воздух, спугнув птиц. Те в ужасе полетели прочь, отчаянно хлопая крыльями, а пуля выбила фонтанчик земли между моими ступнями.