Кровавый спорт

«Вы кажетесь мне ответственным и рациональным человеком, отец».
«Мне не нужна твоя лесть».
«Это не лесть. Я пытаюсь тебя понять».
Дюкасс ничего не говорит.
«Ты не застенчивый, так что если бы у тебя был план, ты бы высказался. Мы бы все тебя выслушали.
Ты не знаешь лучшего выхода. Ты не будешь терзать Пауэлла.
Почему я тебе не нравлюсь, отец? Мне очень больно.
«Сесиль — хорошая девочка, Брид. Она не для тебя».
  
Я смотрю на часы.
«Время поджимает, отец. Мы выиграли ещё полчаса у «Умбали». Если только их не забрали грузовики с Сент-Круа. Если да, то всё в порядке. Думаю, Грейди и Пауэлл скоро подготовят поезд к отправлению. Мне нужно, чтобы ты рассказал мне всё, что мне нужно знать, прямо сейчас».
"О чем ты говоришь?"
«Ты защищаешь Сесиль, отец. Ты думаешь, я ей не пара.
Сесиль, с другой стороны, защищает Брёера. Теперь… Брёер, похоже, думает, что Томбай убьёт всех остальных и позволит ему упиться до смерти.
Понимаете, что я имею в виду?
Дюкасс обеими руками откидывает волосы назад. Смотрит в потолок, словно взывая к Богу. Я продолжаю атаку.
Вамбеса — крошечная страна в центре Африки. Санта-Круа — крошечный город в крошечной стране в центре Африки. А в Санта-Круа есть сельский священник, сельский врач, деревенский пьяница и деревенский революционер.
«Черт тебя побери, Брид».
«Брёр — единственный человек, который может вытащить нас отсюда, отец. Расскажи мне историю Сент-Круа».
Дюкасс мне говорит.
ТРИДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД отец Дюкасс был молодым священником-идеалистом.
Вамбеса была последним местом, куда священник хотел бы попасть, но Дюкасс стремился изменить ситуацию. Он неустанно трудился и построил миссию.
Дюкасс сотрудничал с гуманитарными организациями и нанял учителя для школы. Он организовал помощь сотрудников гуманитарных организаций в управлении приютом для подкидышей. Большинство сирот, которых он принял, были смешанной расы. В Вамбесе детей смешанной расы обычно бросали умирать. Ни один из родителей не хотел их видеть.
Однажды ночью в дверь приходского дома постучали. Дюкасс открыл дверь Райку Брёру. Он встречал этого человека пару раз, но не знал его как следует. Священник слышал рассказы дипломатов и шахтёров.
Дюкасс служил мессу для местных французов и католиков. Его прозелитизм имел скромный успех. Местные имамы терпели его, поскольку его паства составляла лишь незначительную часть населения.
Отец Дюкасс заезжал в «Ла Саль» пообедать и выпить. От французских менеджеров и инженеров он узнал о лихом южноафриканском наёмнике. Всего тридцатилетний Брёэр был вторым Майком Хоаром, да ещё и пилотом в придачу. Красивый, с длинными волнистыми волосами. Он был бы опасен среди молодых жён французских эмигрантов. Дюкасс ожидал неприятностей, но не слышал жалоб от мужчин и признаний от женщин.
Райк Брёер не собирался осквернять общество, в котором жил, пока не улетал и не убивал. Он удовлетворял свои сексуальные потребности с проститутками в Сент-Круа. Позже он взял одну из них в любовницы. Однажды,
На рынке Дюкасс видел его с женщиной. Она была прекрасна, почти такого же роста, как Брёер.
Дюкасс проводил Брёера в гостиную и пригласил его сесть. Священник взглянул на большую корзину для пикника, которую нес пилот. Он знал, что сейчас произойдёт.
«Чему мы обязаны этому неожиданному визиту, господин Броер?»
«Мне это трудно, отец». Броер сидел на диване, а корзина стояла на столе между ними. «Я не силён в словах, поэтому буду говорить прямо».
"Пожалуйста."
«Адель бросила меня и нашу маленькую девочку. Некому о ней позаботиться, когда меня нет».
«Могу ли я посмотреть?»
Броер кивнул в знак разрешения.
Дюкасс наклонился вперёд и откинул мягкую фланелевую ткань, покрывавшую корзину. Внутри лежала очаровательная девочка. Смуглые черты лица выдавали в ней смешанную расу. Она спала, но Дюкасс видел, что девочка выглядит здоровой. Рядом с ней стояла пластиковая бутылочка со смесью и резиновой соской.
«Её зовут Сесиль», — умолял Броер взглядом. «Ты её возьмёшь?»
Священник не собирался отказываться. Прибыв в Сент-Круа, Дюкасс был потрясён обращением с подкидышами-метисами. Французские эмигранты, часто женатые, просто бросали мать и ребёнка. Ребёнок был не просто обузой. Это был позор. Матери не могли прокормить себя и ребёнка. Уровень детоубийств и отказов от детей среди метисов достигал ста процентов.
Эту практику нельзя было одобрить, но её можно было понять. Местную женщину, беременную от француза, бросил муж. Она не могла работать и обеспечивать себя, кормя грудью, поэтому избавилась от неё. Перестав кормить грудью, она стала достаточно привлекательной, чтобы работать, и вскоре снова забеременела. Весь этот процесс порождал порочный круг.
Единственным спасением, если его можно так назвать, было то, что численность эмигрантов была достаточно мала, и лишь немногие такие подкидыши находили дорогу к его двери.
«Понимаете, — сказал Брёер, — я люблю её. Я бы сам о ней заботился, если бы не моя работа».
«Вам не нужно ничего объяснять».
Броэр проигнорировал его. «Я пришлю денег. Я слышал истории о нехватке смеси, о нехватке лекарств. Всё, что нужно Сесиль, она получит. Ты позаботишься об этом, ладно?»
"Я обещаю."
«Я буду приезжать, когда не буду работать», — сказал Брёер. «Мы с тобой организуем для неё встречу, но она не должна знать, что я её отец. Это создаст трудности».
Дюкасс понял, что имел в виду Брёэр. По мере взросления Сесиль, естественно, стала проявлять интерес к отцу. Если бы она знала его, знала о его работе и длительных отлучках, это создало бы невыносимую ситуацию.
Броэр провёл руками по своим длинным волнистым волосам и откинул их назад.
Затем он наклонился и поцеловал девочку в лоб.
«Я пойду сейчас», — сказал он. «Даю слово».
Мужчины торжественно пожали друг другу руки. Дюкасс проводил Брёра до двери и смотрел, как непривычный Вальжан исчезает в ночи.
ДЮКАС И БРЁР были одного возраста, когда наёмник привёл Сесиль на миссию. В каком-то смысле они росли вместе, и Дюкасс стал для Сесиль вторым отцом. Он крестил её под именем матери, Абимбола. Сесиль выросла красивой юной девушкой. Оба её родителя были привлекательны. Брёр был красивым и мужественным, Адель – длинноногой и изящной.
Было естественно заботиться о Сесиль. Девочка была озорной и весёлой. Прилежная и прилежная, она, несомненно, была лучшей ученицей в миссионерской школе.
Однажды к Дюкассу пришла юная Сесиль.
«Мы можем поговорить, отец?»
"Конечно."
Сесиль выросла прямолинейной девушкой. Дюкасс не знал, унаследовала ли она эту черту от отца. Священник несколько раз устраивал ей «случайные» встречи с Брёэром, и эти встречи проходили удачно. Однажды на футбольном матче, спонсируемом организацией «Кобра».
Французы, присутствовавшие здесь, были холодны с Сесиль, но не слишком грубы. И снова в «Ла Саль», где Дюкасс встретился с Брёэром, чтобы выпить. Священник позвал Сесиль…
Отвезти микроавтобус в отель. Попросил её отвезти его обратно в миссию, потому что день был слишком жарким, чтобы идти пешком. Броэр шутил с девушкой, и они болтали, пока Дюкассу и Сесиль не пришло время уходить.
Так и случилось. С годами отец и дочь узнали друг друга, но девочка так и не узнала правду.
Положив руки на бедра, Сесиль сказала: «Я встретила мужчину, с которым хочу заняться сексом».
Дюкасс пошатнулся. Ему не стоило удивляться. Красивая молодая девушка, заядлая читательница. Она знала о сексе и противозачаточных средствах. Она знала, что мужчин к ней влечет, и вполне естественно, что чувствовала то же самое. Он удивился, что она не исповедалась в святости исповедальни, как обычно, в своих нечистых помыслах.
  
«Ты любишь этого мужчину?»