Кровавый спорт
«Думаю, да, отец. Но я слишком молод, чтобы жениться, так что то, что я чувствую, должно быть грехом».
«Это так, и хорошо, что вы это понимаете».
«Понимаю, и меня это беспокоит. Я хочу использовать противозачаточные средства».
Дюкасс сглотнул. Помассировал затекший затылок. «Бог поймёт. Признайся в грехах и будь готов к тяжкому покаянию».
Сесиль ушла бодрой походкой. Дюкасс налил себе виски на три пальца. Выпил залпом.
Священник дал Сесиль тот же совет, что и любой другой девушке в её ситуации. Он дал бы его, кем бы ни был этот мужчина. В данном случае он был уверен, что знал ответ.
Сесиль была лучшей ученицей в миссионерской школе. На втором месте был увлечённый юноша по имени Мариен Томбей.
Родители Мариен Томбей были торговцами в Санта-Круа. Они были мусульманами, но не считались набожными. Им пришлось нелегко, чтобы добиться успеха в бизнесе. Они были амбициозны в отношении Мариен и хотели, чтобы он хорошо разбирался в западных предметах. Поэтому они отправили его в миссионерскую школу.
Мальчик был умён и сообразителен. Как и Сесиль, он выучил английский и французский языки. Он преуспел в истории и математике. Целеустремлённость мальчика вызывала у Дюкасса неловкость. Возможно, это было связано с тем, что мальчик слишком серьёзно относился к амбициям своих родителей. Он возмущался привилегиями французов и их неприкрытым расизмом. Родители поощряли его в этом негодовании. Он не скрывал своего презрения к Дюкассу.
Естественно, что Сесиль и Мариен сблизились. В любом классе из пятидесяти учеников было легко найти того, кто добьётся успеха. Им нравилось бросать друг другу вызов. Что ещё важнее, игривость Сесиль смягчала напористость Мариен.
Когда Сесиль призналась в сексе с Мариеном Томбей, Дюкасс, как обычно, отпустил ей грехи. Но он был недоволен.
ДЮКАСС ЗНАЛ, что Броэр ушёл из наёмничества. Он взял свои сбережения и купил самолёт. Это был C-118, оставшийся после ремонта ВВС США.
Liftmaster. Самолет идеально подходил для целей Брёера, поскольку уже был сконфигурирован для перевозки грузов. Liftmaster представлял собой военно-воздушную версию Douglas DC-6, надежного дальнемагистрального коммерческого самолета.
Самолет был рискованным, поскольку его эксплуатация обходилась дороже, чем двухмоторный самолет, например, C-47. Но он мог перевозить больше груза на большие расстояния.
У Броэра были связи по всей Африке и Южной Европе. Он сделал бизнес прибыльным.
Когда Сесиль приняли учиться во Францию, Дюкасс рассказал об этом Брёэру. Священник беспокоился, что наёмница не сможет позволить себе дорогостоящее парижское образование.
«Это потребует больших денег».
Отец Дюкасс и Райк Брёер сидели друг напротив друга за бокалами виски в гостиной приходского дома. Священник протянул наёмнику лист бумаги. На нём был подробный список расходов и итоговая сумма.
Расходы, необходимые для субсидирования образования Сесиль в Париже.
«Я сделал всё возможное, чтобы свести её расходы к минимуму», — сказал Дюкасс. «Я выделил ей небольшое пособие, которое вы можете регулировать по своему усмотрению».
Конечно, если она будет работать неполный рабочий день, она сможет это компенсировать».
Стоимость была значительно больше той суммы, которую пилот уже предоставлял.
«Я предоставлю деньги», — сказал Броер.
Сесиль отправилась во Францию. Она пообещала Дюкассу, что станет врачом. Вернулась в Вамбесу, чтобы построить клинику при его миссии. Он посоветовал ей усердно учиться и не забывать наслаждаться «Городом Света».
Мариен Томбей также поступил на учёбу в Париж. Родители оплатили его обучение в менее дорогом и менее престижном учебном заведении, чем у Сесиль.
Перед отъездом Сесиль поделилась своими планами с Дюкассом. Мариен изучала историю и должна была вернуться в Вамбесу на пять лет раньше Сесиль.
Это было связано с тем, что Сесиль намеревалась изучать медицину, а её программа обучения была гораздо длиннее. По возвращении Сесиль и Мариен собирались пожениться.
Дюкасс был в ужасе. Убеждённые исламисты разрешали мусульманам жениться на немусульманках только в том случае, если женщины принимали ислам. Они не позволяли мусульманкам выходить замуж за немусульман. Это способствовало дальнейшему росту веры.
Сесиль заверила отца Дюкасса, что она не собирается принимать ислам.
Мариен не была ревностной мусульманкой. Они планировали провести гражданский и церковный браки. Церковный брак должен был состояться под надзором отца Дюкасса. Если он потребует от Мариен принятия католичества, она согласится.
Однажды Дюкасс сидел с Мариен в приходском доме. Священник встретил молодого чернокожего мужчину, чистого и опрятного, в белой рубашке, тёмных брюках и туфлях. Круглые очки в металлической оправе придавали ему вид учёного.
«Ты любишь Сесиль?» — спросил Дюкасс Мариен.
«Мы очень любим друг друга, отец».
«Готов ли ты стать католиком, чтобы жениться на ней?»
«Я сделаю все, что ты попросишь».
Дюкассу не понравилось, как Мариен дал ему заверения. Дело было не в том, что священник усомнился в словах юноши. Дело было в лёгкости, с которой Мариен их дала. У Дюкасса сложилось впечатление, что Мариен Томбей целеустремлённо стремится к своей цели. Неважно, чего он хочет: высшего образования или руки своей возлюбленной. Мариен готова пойти на компромисс ради этого.
Дюкасс хотел увидеть истинную преданность вере.
Дюкасс доверял Сесиль, но Мариен Томбей ему совершенно не нравилась.
МАРИЕН ВЕРНУЛСЯ из Парижа пылким молодым человеком. Он отправился в Европу уже начитанным. В Париже он вёл образ жизни амбициозного студента, у которого вся жизнь была впереди. Он ходил по барам и кофейням, участвовал в оживлённых дискуссиях и встречался с антинеоколониальными популистами. Конечно же, их интересы были сосредоточены на франкоязычной Африке.
Организации, с которыми сотрудничала Мариен, выступали против «la Francafríque».
Их целью было создание низовой платформы для мобилизации демонстраций по всей франкоязычной Западной Африке. Они использовали очевидный успех военного переворота в Мали, чтобы подчеркнуть провалы того, что они называли « фальшивой демократией». Они предложили другой путь, явно подразумевающий опору на военное или авторитарное правление. Новые политические структуры представляли собой слияние националистических военных и панафриканских популистов.
Само собой разумеется, что эти настроения в сочетании с успехом националистических переворотов в Буркина-Фасо, Гвинее и Нигере вызвали у французов бурную реакцию.
Можно без преувеличения сказать, что Франция постепенно скатывалась с африканского стола. По мере того, как одна страна за другой рушилась, французы всё больше отчаивались.
Вернувшись в Вамбесу, Мариен с головой окунулся в работу. Ему потребовались годы, чтобы наладить связи со средним классом Санта-Круа.
В конце концов ему удалось организовать антифранцузские демонстрации. Первую он провёл в Вьё-Карре. Это был эксперимент. В следующем году он провёл ещё одну, вдвое больше. Ещё через год он провёл демонстрацию на руднике КОБРА.
Демонстрация, организованная Мариен на шахте, напугала французов.
Беспорядки охватили тысячи шахтёров. Силы безопасности COBRA практически вышли из-под контроля. Французская армия была мобилизована, но, чудом, её не пришлось вводить в бой.
Именно тогда французы арестовали Мариена. Ни родители, ни Дюкасс не смогли его навестить. Для внешнего мира он исчез.
В La Salle Дюкасс побеседовал с Реми Бернаром.
«Можете ли вы организовать мне встречу с ним?» — спросил Дюкасс.
«Это не моё дело, — сказал ему посол. — Это дело наших служб безопасности и местных властей. Поймите, эти террористы действуют по всему Сахелю. Их поддерживают наши враги. Вам не следует вмешиваться».
Когда друзей Мариен освободили, они отказались говорить о ней или об обращении с ними в бараках. Каждого из них держали в изоляции.