Изгой солнечной системы (СИ)

Ева поморщилась от такого предложения. И ведь не лицемерит и не издевается мужик, просто не видит в этом ничего такого. Проститутка — это обычная работа по здешним понятиям. Лоот дал бы деньги и так, если его попросить, но ему, как куратору, запрещено это делать. Его работа — использовать в помощь Еве, на благо станции, легальный, административный ресурс, а не раздавать свою зарплату опекаемым. И местная система следит за тем, чтобы он сам не нарушал закон.
  
— Слыш, меценат, ну-ка инвестиции обратно в штаны убрал и на ширинку застегнул. Всё, закрыли тему. Какими ещё новостями обрадуешь?
— Ну, если из приятного, то у тебя хороший уровень интеллекта. Целых 140 пунктов. Если бы не твоё происхождение, то компании в очередь выстроились бы за таким сотрудником.
— Эй! Мой уровень интеллекта ещё недавно был 160, что это он так просел?
— Хм. У меня нет медицинских баз, но интеллект обычно проседает в следствие постороннего вмешательства. Над твоим мозгом совершали какие-нибудь манипуляции?
— Извлечение нейросети и ментоскопирование попадают под эти манипуляции?
— Ещё как. Я бы на твоём месте обратился в клинику поскорее.
— Обязательно. Это всё?
— Не всё. Я продал твою спасательную капсулу за 9500 кредит. Деньги будут перечислены на твой счёт вместе с пособием.
— О, благодарю. А это много?
— Нууу, вообще-то капсула была в хорошем состоянии и её можно было бы продать в два с половиной раза дороже. Но тогда бы ты потеряла статус переселенца. А это значит что никаких подъёмных выплат, жильё и питание за свой счёт. Ну и я бы больше не смог оказывать тебе юридическую помощь. Но зато теперь тебе хватит на приличную нейросеть сразу второго уровня, или первого с базами.
— Спасибо тебе, Лоот, ты всё сделал правильно. Не будь тебя, я бы, наверное, сгинула на этой станции.
— Не будь меня, тебе бы просто дали другого куратора. Так что не преувеличивай.
— А ты не преуменьшай. Не знаю, как тебя благодарить, я бы вышла за тебя замуж, да у вас запрещено многожёнство.
— Эхе!
Её куратор аж закашлялся от такого предложения. А Ева наслаждалась его покрасневшим от смущения лицом. Так даже и не скажешь, что мужику за сто лет, чуть что — краснеет, как подросток.
— Иди уже в клинику, вот маршрут. — Лоот создал информационный пакет с маршрутом клиники, где цены, по его словам, не очень кусались, и кинул его Еве. Причём кинул в буквальном смысле. Инфо пакет выглядел, как снежный шарик, слепленный на скорую руку. — Денег должно хватить на что-нибудь приличное. Как новая сеть станет активна — сообщи, посмотрим, где можно найти базы для твоей будущей профессии.
— А что брать-то?
— Сама выбирай. Тебе с ней жить.
Над этим предстояло подумать, очень много вещей требовало осмысления. Она собиралась выйти из кабинета Лоота и для этого подошла к двери. Там была ручка, которой не существовало в реальности. Теперь дверь можно было открыть мысленно или дёрнуть за иллюзию. Ева по привычке предпочитала второе. Теперь она точно знала, что Лоот имел в виду, когда говорил что она попросту не сможет взаимодействовать ни с чем и даже дверь в свою комнату не откроет. Вчера утром, когда сеть развернулась и Ева проснулась, в первые моменты она даже не поняла, где находится. Раньше её комнатка казалась ей унылой и убогой, а сейчас она видела на серых стенах иллюзорные обои. Двери были оснащены иллюзорными ручками, на бытовых приборах были иллюзорные кнопки. Жить в содружестве без нейросети всё равно что быть слепым, потому что их мир на треть состоит из дополненной реальности, и если ты не можешь взаимодействовать с ней, то ты обуза. Когда Ева в первый раз вышла на улицу и увидела элементы дополненной реальности, то от обилия информации и света рябило в глазах. Серые стены сияли иллюзорной рекламой, а однообразная одежда у прохожих, делающая из них трафаретное общество, сменилась на футуристические, цветастые наряды. Теперь по улицам ходили натуральные павлины в немыслимых одеждах и с абсурдными причёсками. Куда там модникам королевских дворов 18 века, Парижа и Петербурга с их немыслимыми париками и абсурдно широкими платьями. Местные простолюдины переплюнули их на голову, благо, что иллюзия, какой бы объёмной она не была, не весила ничего. Чтобы не ослепнуть с непривычки от местной «красоты», Ева включала дополненную реальность только по мере необходимости. Но нейросети — это не только угарный трип наяву. Следуя советам Лоота, она ещё вчера сунула себе цилиндр с микробазами в шунт-отверстие, или, как его тут называли, «нейроразъём». Перед глазами быстро заполнилась полоска загрузки, а потом цилиндр стал испаряться прямо внутри разъёма. Ночью она увидела странный сон. Ей казалось что прямо в глаза с большой скоростью летят буквы, потом она слышала звук, как они произносятся. После букв стали прилетать слова, а вместе со звуками она усваивала и понятие. Сегодня утром она уже худо-бедно общалась с Лоотом на бейсике. Математика велиратцев ничем не отличалась от земной, собственно, даже у аркхов с их чуждостью всему живому была бы всё та же математика. Велиратцы пользовались восьмеричной системой счисления, нулём у них была точка, единицей палочка, двойкой — две палочки, тройкой — треугольник, четвёркой — квадрат. Дальше шли цифры-звёздочки, до октограммы. Необычно, но привыкнуть можно.
Достав из иллюзорного кармана шарик с информацией, Ева шарахнула его об пол, выстроив таким образом маршрут, а нейросеть визуализировала его в дополненной реальности, как клубок пряжи, который раскручивался и указывал дорогу. Она специально запрограммировала нейросеть так, чтобы та напоминала ей о сказках из покинутого дома. Иногда она становилась Алисой в стране чудес, и дорогу ей указывал кролик в пиджаке, а иногда, как сейчас, она, словно Иван-царевич, шла навстречу приключениям за клубком. Всё решало его величество непредсказуемый Рандом. Хотя можно было вообще не париться и посмотреть весь маршрут из пункта А в пункт Б на специальной карте, но бывшей Жене, ныне зовущейся Евой, нравилось жить в мире сказок.
Не успела она сделать и пары шагов, как перед ней упал громадный мешок, и из него гейзером посыпались золотые монеты. А полупрозрачной надписью нейросеть сообщила, что на счёт Евы в банке станции зачислено 19500 Зеронских кредит.
— Надо будет установить себе что-нибудь нейтральное. А то в следующий раз я себе так сердечный приступ заработаю.
Немного подумав, она подправила себе маршрут до ближайшего центра распределения товаров. Она уже неделю на станции и ходит всё в одном и том же нестираном комбезе. Сменное бельё ей одолжила Сай, а вот одежду Ева брать у неё не рискнула. Сайт носила уж слишком вызывающие наряды.
— А ты точно сиделка в доме престарелых? — спрашивала тогда Ева, разглядывая блузку с вырезом до паха. Эта же блузка являлась и трусиками, поэтому походила на какой-то развратный купальник. В комплекте к блузке была юбочка, которую можно было легко перепутать с поясом.
— Мои старички иногда любят тряхнуть стариной и почувствовать себя молодыми.
— Ты что, с ними спишь?
— Большую часть времени да, их надолго не хватает.
— И тебе что, это нравится?
— Нравится, не нравится — это неважно. — Хмыкнула азиатка. — Они богатые и очень хорошо за это платят. Это лучше, чем работать проституткой, как Таю.
— Хе, неужели они в таком возрасте ещё на что-то способны.
Сай продемонстрировала Еве невзрачную таблетку белого цвета с буквой W на одном боку.
— Вот. Одна таблетка этого. И твой мужчина затрахает тебя до потери сознания. На, возьми.
  
— Э-э-э не. Спасибо, меня и так всё устраивает. Да и парня у меня тут нет.
— Если нет, то появится. Возьми, это подарок, может, когда-нибудь захочется.
— Ну спасибо, — ответила Ева и спрятала таблетку в карман, — а твоё начальство что, не в курсе твоих отношений с подпеченными?
— В курсе. Дом стариков содержит правление, и им выгодно, чтобы старики поскорее освобождали своё место естественным путём. Не все выдерживают испытание страстью в таком возрасте.