Изгой солнечной системы (СИ)

Подтвердив свою покупку и наличие у себя необходимых средств, Ева получила в профиль специальную пометку, указывающую на её место в очереди. Местная очередь, кстати, ей не понравилась. Люди были в большинстве своём молчаливые и… злобные, что ли. Она пыталась наладить контакт с людьми в очереди, но её в лучшем случае игнорировали, а в худшем посылали куда подальше.
«Странное какое-то место. Мы же в больнице по сути. Где приветливый персонал и улыбающиеся посетители? Тут все хмурые, как будто не лечиться, а на казнь пришли?» — С такими мыслями Ева села на скамейку и стала дожидаться своей очереди.
  
По стене напротив бежала реклама с выгодными предложениями о продаже своих внутренних органов. А также разница в сумме между регенерацией в медкапсуле и продажей отрощенных деталей. Получалось, что торговать своими органами хоть и не очень, но выгодно. А вот если по кусочкам продавать свой мозг, потом его отращивать и снова продавать, то можно даже сводить концы. Правда, и побочки были: спад уровня интеллекта, риск развития ранней деменции, слабоумия или потери памяти.
«М-да, понятно, что тут все такие грустные. Если на такое в очереди смотреть, то не только настроение портится, но ещё и крыша едет. Интересно, а кто из очереди здесь пришёл, так сказать, на разборку? А зачем им с их технологиями, позволяющими выращивать органы внутри тела, вообще весь этот ливер сдался?»
За этими мыслями она проглядела, как к ней в профиль пришло письмо, что её ждут в комнате номер… Так и не дождавшись пациентки, врач сам вышел к народу.
— Ева, вы задерживаете очередь. — обратился к ней врач в медицинском комбинезоне.
— Ой, простите, задумалась.
— Пф! — пренебрежительно фыркнул врач и ещё добавил. — Дикари. Понаберут с отсталых планет. Содружество не резиновое.
С высокомерным видом врач пошёл туда, откуда вышел. Вам его поведение говорило о том, что он нужен вам больше, чем вы ему, и если Ева не поспешит, то может катиться обратно в свой отсталый мирок.
«Да что с этими людьми⁈ Я тоже врач, но я и подумать не могла вести себя с пациентами подобным образом!» — подумала Ева и сама себе сказала. — Спокойно, Женя, спокойно. Другой мир, другая культура.
Безропотно она поспешила за этим «врачом».
— А скажите, пожалуйста, зачем клиника скупает внутренние органы? — не удержала любопытство Ева.
— Медкартриджи. — На автопилоте ответил врач.
— Простите, я тут новенькая и многого не знаю. Не расскажете поподробнее?
— Ну медкартриджи, для лечебных капсул заправлять, чего тут непонятного.
— Э-э, простите, но всё.
— Из человеческих деталей делается специальный раствор, которым потом заправляются картриджи-расходники для мед капсул. Ты точно собираешься устанавливать себе медицинскую нейросеть? Ты же не знаешь элементарного.
— Я учусь и делаю это прямо сейчас.
— Ну-ну. Тогда спрашивай, моя будущая «коллега».
— Спасибо. Но разве это не абсурд? Вы делаете из внутренних органов смесь для картриджей, чтобы потом восстанавливать удалённые органы своим донорам. Я не вижу логики.
— Новый орган восстанавливается не полностью, а процентов на 60–70. Так тратится значительно меньше ресурсов картриджей. Всё зависит от того что за орган. Почку или лёгкое можно вообще создать процентов на 40. Дальше, благодаря молодости свежих тканей, орган сам дозреет до нужных размеров, и его снова можно будет удалить.
— Коллега, как-то это всё негуманно. Вы с ними, как с овцами, стрижёте по мере необходимости.
— Ха-ха, очень правильная аналогия, Ева, стадо — оно и есть стадо. Мы его стрижём, а иногда нам приводят паршивых овец для забоя. Но с другой стороны, если бы не рынок органов, то вся эта толпа бездельников коматозилась бы с голоду. А так на дешёвую пайку им хватает. И потом замена органов — это даже полезно.
— Чем же?
— Немного омолаживается организм, а капсула чистит их тела от наркотиков и алкоголя.
— Но разве нельзя выращивать их в пробирке? На моей родине давно научились так делать органы для трансплантации.
— Можно, конечно, но в живых пробирках получается намного дешевле. А теперь заткнись и полезай в капсулу, а то что-то я разболтался с тобой.
Про себя Ева заклеймила врача «доктором зло». Никакой эмпатии к своим пациентом он не испытывал, а лишь видел в них ресурс к своему обогащению. После того, как крышка капсулы опустилась, с врачом она могла общаться только через нейросеть.
— Так, что тут у нас. Имплантаты, модификации и… генетические модификации. Ты оказывается настолько осквернена, что даже не сможешь стать донором органов.
— Не очень-то и хотелось. — Ответила Ева.
— Но если надо будет подлечиться, то с этим проблем не будет. Анализы показывают, что гены у тебя сверхдоминантны. А это значит, что твои компоненты будут отторгаться при попытке использовать их, как ресурс для медкапсулы, зато тебе подойдёт любой материал, даже хортов. А в остальном, если не обращать внимание на поражение мозга, то тело в прекрасном состоянии. Так, судя по твоим клеткам, ты уже проходила одно обновление тела, причём не так давно, около трёх лет назад. Хронометрический возраст у тебя 34 года, а биологически был снижен до 16, и теперь тебе сейчас около 19.
«Я думала, у меня глюки, когда меня Дан второй раз девственности лишил. Девятнадцать лет, говоришь? То-то у меня гормоны играют так, что сама себя не узнаю.» — подумала Ева стараясь внешне не показывать удивления.
— На твоём месте я бы не затягивал с лечением, а то поражение мозга может стать хроническим. Можем сделать это прямо сейчас.
— У меня денег осталось совсем немного.
— Не знаю, что я сегодня такой добрый, видимо, ты мне просто нравишься. Я могу предложить тебе взять у меня микро-кредит на выгодных условиях. Если не сможешь расплатиться, то здесь же и отработаешь. Нейросеть у тебя подходящая, а специализированную базу я тебе выдам.
Перед Евой высветился договор на финансовую транзакцию. Что такое «кредит» как займ, она понимала плохо. Якобы люди в эпоху валютных операций постоянно давали друг-другу деньги в долг, под проценты, и ничего в этом жутко страшного не было. Была даже страна, которая полностью погрязла в астрономических долгах и умудрялась торговать своими долгами. В большинстве случаев для обычного должника всё кончалось вполне безопасно. Ну, в конце концов, что с неё взять? Дома нет, денег почти нет, даже органы — и те никому не нужны. Отработает, она же работящая и привычна к нагрузкам, не то что местные. Однако в меньшинстве случаев, для должника всё могло кончиться совсем грустно, вплоть до смертельного исхода, и поэтому было боязно. Но это вряд ли, мертвецы долгов не возвращают.
Договор был составлен на сумму в пять тысяч кредит. Было немного жаль, что у неё недоставало чуть больше тысячи. Тогда бы она оплатила нейросеть с лечением, не влезая в долг. Правда, тогда осталась совсем без денег, но крыша пока над головой есть, и Сай с девчонками в беде не бросят… или бросят?
— Ну что, будем лечиться?
— Подождите минутку, можно мне связаться с моим куратором?
— А твой куратор, случаем, не Лоот?
— Он. А вы что, его знаете?
— Только косвенно. — Сказал доктор зло, и его лицо как-то недовольно сморщилось. — Поступим так: у тебя есть пять минут, если не уложишься во время, то я тебе ничего не предлагал.
— Хорошо. — Согласилась Ева и попыталась созвониться с Лоотом.
— Абонент не может ответить или находится вне зоны действия сигнала.
«Как это вне зоны? Его что, в космос, что ли, выбросили?» — Думала Ева, безуспешно пытаясь связаться с куратором все пять минут.
  
— Эй, дикарка, у меня рабочий день не резиновый, и новые пациенты ждут. Так что думай скорее. — Подгонял её врач.
Ева снова перечитала договор, она не была юристом, но вроде условия были не кабальными. В долги влезать не хотелось, но уровень интеллекта… Лоот говорил, что это очень важно, поэтому его надо беречь. Куратор тоже советовал как можно скорее подлечить себе мозги.