Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)
В общем и целом — если наши расчеты были верны, а я в этом практически не сомневаюсь — будет высвобождено громадное количество энергии. Энергии, управляемой мной. Ее с лихвой хватит, чтобы, образно выражаясь, вернуть тебя в твое же прошлое в твоей же реальности. С сегодняшними знаниями и памятью, естественно.
— И далеко меня занесет?
— Не знаю, — честно пожал плечами Ллоуль. — Здесь я никаких вычислений не производил, но не волнуйся, ты благополучно уложишься в диапазон двух-трех лет. Однако, с моей точки зрения, наиболее вероятно все-таки перемещение сознания в момент, близкий или предшествующий моему вмешательству.
Я прикинул в уме — три года назад я только-только отучился в ижевском вузе и оказался на распутье, начинать карьеру или пойти еще поучиться, в магистратуру, чтобы отсрочить тревожное мгновение начала взрослой жизни. Тогда я год проваландался почти без пользы — работал там, работал сям, уходил, приходил, менял места, как перчатки, параллельно лелея с каждым днем увядающую надежду на музыкальное будущее. В итоге я понял, что с группой не получается, не срастается, и мы все, особо не сговариваясь, разбрелись по разным местам…
Говоря начистоту, не очень-то я бы хотел снова попадать в этот период своей жизни. Я его запомнил как серую и депрессивную полосу длиной в двенадцать месяцев, когда побег за границу оставался единственным маячащим вдалеке лучиком света, способным избавить меня от всех проблем, от памяти… Да не, чего это я, разве то, где я сейчас, чем-то лучше две тысячи двенадцатого года? Да я б хоть в тридцать девятый прыгнул из этого сумасшедшего дома, в котором я остался совершенно один, нелепо и нежданно растеряв по дороге всех друзей, с кем, казалось бы, мы и худшие передряги преодолевали.
Внезапно здание отеля глухо загремело и затрещало, закачались вдали деревья, возмущенно зашумело море. Я зачем-то вцепился в свое кресло и затравленно посмотрел на Ллоуля, а тот спокойно глядел на меня.
— Не пугайся. Пожиратель приближается, только и всего. Это — только начало, скоро все будет намного серьезнее.
Едва Ллоуль договорил, как землетрясение прекратилось. Настороженная тишина, повисшая вокруг, продлилась недолго — вновь со всех сторон начала доноситься возня, в небе опять заухали летающие чудища, к которым присоединились еще одни, более изящные существа, отдаленно напоминающие знакомых по детским энциклопедиям птерозавров.
Эти были намного подвижнее и легче. Они гортанно перекрикивались, кружа над все еще ворчащим морем и махая хвостами со смешными кисточками — наверное, проголодались и искали рыбу. Размах крыльев у этих животных не слишком отличался от оного у крылатых крепышей, но меж собой монстры не сражались. Они вились над лесами и дорогами, из чего я сделал предположение, что в их рационе преобладает свежая плоть жертв поменьше и падаль.
— Что-то я совсем с ног валюсь, — я не хотел этого говорить, слова вырвались сами.
— Не помог чаек? — с изумлением спросил Ллоуль.
— Еще как помог. Без него я б уже, наверное, концы отдал. Но все равно, супротив природы ведь не попрешь…
— Я тебе очень не советую идти спать, если ты хочешь узнать что-то еще. Времени в запасе у нас немного, а если быть точным — до трех часов ночи. Не возражаешь, если я еще попробую подпитать тебя энергией? Не бойся, наркотиками накачивать не буду, все мои препараты — экологически чистые, без, так сказать, нежелательных побочных эффектов.
Вяло пожав плечами, я оперся о чуть качнувшийся стол и с трудом поднялся на ноги. В груди немного покалывало, налилась противной тяжестью голова. Я дошел до той фазы, когда недостаток сна оказывает уже вполне серьезное воздействие. Ох, болеть мне потом долго еще.
— Идем, чего уж там — потерплю.
— Вот и отлично, — просиял Ллоуль. — Взбодрим тебя, а потом, так сказать, воздадим дань уважения.
Глава 23. Вся правда
— То есть зомби — это как бы первая стадия. Это частично отформатированный человек, всякая социальная шелуха наподобие учтивости, вежливости, заботы и прочего слетает, а ненависть, злоба и базовые инстинкты остаются, — рассказывал Ллоуль, то и дело потирая перевязанное запястье — Берта знатно вцепилась в него, когда мы явились за телом ее хозяина. Мне с трудом удалось успокоить яростно ревущую овчарку, худо-бедно признававшую в моем лице если не друга Хельмута, то хотя бы его напарника и знакомого. Ллоуль же для нее оставался чужаком, и его Берта не принимала.
Сейчас собака стояла рядом, вместе с то и дело морщащимся от боли Ллоулем наблюдая за тем, как я орудую лопатой и обливаюсь потом, несмотря на опускающуюся ночную прохладу. Да-да, вот и мне досталась роль могильщика. Сам Ллоуль помогать отказался, сославшись на поврежденную руку. Да, я и не особо настаивал. Ему ведь почти семьдесят, хоть и выглядит на сорок с небольшим. Во всяком случае, Ллоуль назвал именно такой возраст, а вот лгал он или нет, я судить не берусь.
— Базовые инстинкты? А как же размножение? — недоверчиво спросил я, повернув голову вбок и глядя на рассказчика.
— Период длился слишком недолго, — парировал тот. — А так, задержись инфицированные в таком состоянии чуть дольше — да, начали бы и размножаться, как только утрясли бы все первичные вопросы наподобие сфер влияния, прокорма и прочего… Ты, и вообще заметили, что уже на этой самой первой стадии «расчеловеченные» зомби куда активнее и подвижнее обычных людей. Так вот, это — высвобождение энергии, ранее затрачиваемой на интеллектуальное времяпрепровождение и соблюдение какого-никакого морального облика. После этого началась стадия под номером два — организация. Зараженных моим оружием людей потянуло друг к другу — запустилась основная программа и начала пробиваться сквозь кровавый туман в воспаленном от чужеродной химии мозге. А дальше наступила полная деформация личности. Вчерашние жители планеты Земля стали пустыми сосудами с гладкими стенками, по которым мощной струей ударила Энергия.
— Ты как будто цитируешь не слишком удачную смесь ужастика с очередным эзотерическим откровением, — мне, запыхавшемуся, с трудом хватило воздуха на эту фразу, так что последние два слога прозвучали едва слышно.
Я вылез из ямы и оценивающе задержал взгляд на результате своей работы. Копал крепко, не жалея сил, руки и спина заныли, но Ллоуль успокаивал, приговаривая, что его чудо-отвар сработает лучше, если я погоняю кровь по организму. Лучше б я, конечно, пошел на пробежку, но ведь кому-то и могилу рыть надо. Кто, если не я? Александра Сергеевича беспокоить не будем.
— А чего это ты над эзотерикой смеешься? — с искренним недоумением спросил Ллоуль.
С ответом пришлось подождать. «Топливо» в дешевой зажигалке почти иссякло, и я прикурил сигарету с десятой попытки.
— Не то, чтобы смеюсь, но…
— Вы просто привыкли заблуждаться, — с нетерпением и даже раздражением заявил Ллоуль, поморщился, будто вспомнив что-то особенно гадкое, и продолжил. — Все дело в том, что вы утратили многие знания, дававшие вам, по сути, куда больше, чем тот же технический прогресс. Думаешь, пирамиды инопланетяне построили? Какой там! Такие же гуманоиды, как мы с тобой. Вот ты, наверное, уже устал от меня выслушивать дифирамбы в адрес моего мира — мол, и трава у нас зеленее, и небо голубее, и так далее. Но ведь так и есть, и причиной тому лишь одно — в нашем временном потоке все быстро поняли, что лучше всего жить в гармонии с окружающей средой, а не заниматься ее покорением, не затрачивать кучу сил, времени и здоровья на сомнительное мероприятие с крайне сомнительным же результатом.
— Этакий всеобщий вегетарианский рай, где нет судов, прокуроров, полиции, армии, где детей воспитывает община, где нет денег и частной собственности… Да-да, знакомо, — с неприкрытым скептицизмом говорил я. — Все это я читал в одной книге, хотя, вру, не в одной… Погоди, а твоя планета не Ка-Пэкс ли называется?
— Все паясничаешь, — Ллоуль все равно излучал доброту, поднимая этим во мне кипящую волну раздражения. — А зря. Я все же завершу мой рассказ, тебе он все равно интересен — я вижу. И не спорь, а слушай. В будущем тебе эти слова могут очень пригодиться, особенно если ты окажешься в сложной ситуации. Энергию не нужно копить и вырабатывать — это еще одно заблуждение увлеченного техногенными забавами человека. Энергия лежит в основе всего, и она находится в постоянном движении. Все, что требуется — это позволить ей проходить через себя, выбирая необходимое под свои нужды, и только-то. Энергия попадает в объект и выходит из него в том виде, в каком этому объекту необходимо. В тебе энергия течет тоненьким ручейком, как мутная вода по никогда не чищенным трубам в канализации. Она течет еле-еле. Не переживай, ты такой не один. Мои слова касаются почти всех жителей всех континентов. Ну, сколько ж можно курить?