Эпоха мертвых. Дилогия (СИ)

Люди выезжали из города в спешке, гнали, как сумасшедшие, поэтому немудрено, что очень и очень многие не успевали не то что затормозить, но хоть как-то среагировать на препятствие. К счастью, дороги в республике были очень широкими, по сравнению с той же Удмуртией, и в большинстве отличались действительно качественным покрытием, поэтому такой проблемы, как на выезде из Чистополя, не было.
  
Миновав Чебоксары, мы решили пообедать, но Семен настоял на том, что предварительно нужно снова заправить бак — как же, если застрянем без бензина, визит к Маше откладывается. В общем-то он был прав, мы проехали больше четырехсот километров. Однако в этот раз судьба нам не слишком благоволила — все попадавшиеся АЗС были пусты и обесточены, и мы уже отчаялись, как вдруг впереди замаячила маленькая заправочная станция старого образца. На ее территории стоял грузовик с резервуаром, и Семен воодушевился.
— Это же АРС-14, с ручным насосом! Удача, парни! Если, конечно, там дизель.
Все-таки хорошо иметь среди друзей такого человека и тем более в такое время. Семен был ярким представителем рабочего класса, где он только ни работал — помимо двух лет на АЗС ему довелось с переменным успехом потрудиться на нескольких крупных и малых производственных предприятиях. Кроме того, он был мастером на все руки и всю работу по дому выполнял сам с младых ногтей, ему очень нравилось возиться с ключами и отвертками или разбираться с электрикой.
Леха и Семен занялись грузовиком и резервуаром, в котором-таки оказался подходящий вид топлива, а нам с Ванькой было поручено разыскать еще одну или две емкие канистры — в кузове осталось немного места, а такие запасы лишними не бывают.
Нас спасла только неожиданно хорошая реакция Ивана. Я безмятежно открыл дверь и вошел в полутемный небольшой торговый зал, когда из-за невысокого прилавка на меня кинулась темная скрюченная фигура. И как только Ванька успел выстрелить?
Зомби взвизгнул от боли, резко изменил траекторию движения и скрылся за стойкой с кассой в противоположной конце помещения.
— Димыч, ты чего спишь! — нервно заорал Ванька. — Как к себе домой заходишь, блин.
— А если он тут не один? — дрогнувшим голосом спросил я, сдавив холодный пистолет руками.
— Ну так и смотри в оба!
Света было мало, чертовски мало, и глазам требовалось несколько минут, чтобы привыкнуть к потемкам. Но у нас и одной минуты не было, особенно если учесть, что зомби теперь наловчились нападать исподтишка.
Осторожно, приставными шагами двигаясь к стойке я все ждал, что кто-то вот-вот бросится на меня с какого-нибудь неожиданного направления. Воображение живо рисовало, как зомби повалит меня на пол и сомкнет зубы на моей шее, обдав гнилым смрадом из давно нечищеной пасти. Я нервно передернул плечами и продолжил пристально всматриваться в сторону прилавка, до слез напрягая глаза.
Зомби не стал ждать, когда мы подойдем вплотную. Он выскочил со стороны Ваньки и начал бешено озираться, ища, куда бы юркнуть. Ванька выстрелил трижды, один раз куда-то в грудь и два раза в лицо. Зомби отшатнулся и привалился спиной к белой двери, ведущей в подсобное помещение.
Я подбежал и тоже наставил на зараженного оружие. Мы с Ванькой стояли, готовые продолжить атаку в любой момент. Зомби же закрыл лицо руками, сквозь бледные пальцы тоненькими струйками бежала кровь. Он выглядел худым и изможденным, и синяя униформа сотрудника АЗС висела на нем грязным бесформенным мешком. Зараженный не пытался напасть, он стоял, прижимая руки к ране на лице. Его глаза, виднеющиеся меж расставленных пальцев, испепеляли нас ледяной серостью. Решительность покинула нас, нажать на спусковой крючок уже не казалось так легко.
— Эй, что тут такое?! — раздался голос Лехи.
Зомби понял, что прибыло подкрепление и, видимо, утратил остатки надежды. Он неуклюже, словно нехотя, подался в сторону Ваньки, и тому ничего не оставалось, кроме как выпустить еще две пули в голову агрессора. Зомби потерял равновесие и упал на пол. Он бешено дергался и хрипел, крови было все больше.
— Да ты ему в глаз попал, — в голосе подбежавшего Семена впервые прорезалось нечто, похожее на тревогу.
— Надо проверить, что за той дверью в подсобку, — спокойно сказал Леха, точно ничего страшного не случилось. Хлопнул по плечу Ваньку и отошел. Ванек же переводил взгляд выпученных глаз то на пистолет, то на подстреленного мужчину, мучительно испускавшего дух. Мой товарищ весь мелко дрожал, и в наступившей гробовой тишине был слышен дробный перестук его зубов.
Я смотрел на корчащегося зомби с горьким сочувствием. В нем было что-то человеческое, действительно было, и сейчас оно проступало особенно заметно. Он напал на нас не потому, что хотел поживиться нашей плотью или сделать нас такими же. Кажется, для него не существовало другого выхода.
Сначала он защищал свою территорию от незваных гостей. Нападение не доставляло ему удовольствия, это же было видно! И его взгляд… В нем точно не было того слепого безумия, которое мы видели у той твари у оружейного магазина. Неприязнь — да, явная, но уже без примеси ненависти. Всего день прошел, но какая разница! Или, быть может, тот зомби в Челнах был из «свежих»? Ибо он выглядел ужасающе.
Наконец, подстреленный зомби умолк. Правая рука еще пару раз дрогнула, как будто хотела помахать миру на прощание, и невезучий охранник отмучился.
Леха подергал дверь, она была заперта на замок. После нескольких крепких ударов ногой ее таки-удалось открыть, и нам в нос прянул мерзкий запах разложения. Трупы женщины и двух мужчин были раскиданы по крохотной подсобке. Женщина тоже была сотрудницей АЗС — мы поняли это по знакомой синей униформе с логотипом компании, который был почти не виден под темным пятном вокруг раны в груди. Тот неброско одетый мужичок с щетиной, видимо, водитель грузовика-бензовоза, из которого мы выкачали топливо. А третий, молодой парень в смешной мятой бейсболке с нарисованным на ней персонажем какого-то мультсериала, походил на его помощника или просто на случайного посетителя.
Все трое были основательно покусаны, и мы сделали вывод, что они умерли от недостатка воды. Тот, кто напал на нас, запер их здесь, а затем обратился. Наверное, в пылу борьбы на него попала инфицированная кровь или ядовитая слюна угодила в рану, а он еще не знал, чем это грозит. Во всяком случае, на шее и лице застреленного нами зомби не было никаких укусов, да и одежда была подозрительно целая, хоть и не слишком чистая и свежая.
— Брать нечего, так что валим отседова, — коротко определил план действий Леха.
Семен профессионально закончил манипуляции с заправкой нашего пикапа, а затем доверху залил единственную оставшуюся на заправке десятилитровую канистру.
— Я есть хочу, — проворчал Ванька, прикуривая сигарету. Кажется, он немного пришел в себя. Во всяком случае, на конопатые щеки вернулся румянец.
Мы привычно отошли за коробку здания, чтобы не чиркать спичками в опасной зоне, хоть сейчас никто не станет гонять нас. Вдыхая едкий дым, я ответил:
— Точно, просто какой-то зверский аппетит проснулся. Хотя после того автобуса пару дней поголодать собирался.
— Привыкнем скоро, — Леха с отрешенным видом выпустил клуб дыма, глядя на голубое небо. — Настолько привыкнем, что совсем перестанем как-то на это реагировать.
Не прошло и пяти минут, как наш темно-синий пикап, по-прежнему сияющий чистотой, помчался дальше. Еще немного времени ушло на выбор места для пикника. Наконец, мы скатились с дороги прямо в поле, где и расселись, доставая наши внушительные по нынешним временам запасы. Семен до последнего настаивал на том, что обедать надо на ходу, что нельзя терять времени, но нам хотелось поесть по-человечески и подышать свежим воздухом.
  
Чувство голода притупило бдительность, и когда до нас донесся рокот мотора, поздно было даже пытаться скрыться — до машины так просто отсюда не добежишь, а по ней нас и так, и сяк найдут. Да и наверняка уже завидели нас, сидящих в чистом поле, как на ладони.