Владимир, сын Волка (СИ)
«Надо договариваться — все мы люди», — подумал Директор, выходя из здания Представительства. — «В прошлый раз не договорились. Не из-за Наджибуллы, а из-за этой межфракционной грызни, которая всё замедляет и портит, но сейчас есть шансы на изменения».
— Арест Мохаммада будет иметь далекоидущие последствия, — произнёс Константин Эдуардович, видимо, размышляющий о той же теме. — Думаю, новым директором ХАД поставят кого-то из Хальк, потому что провал Наджибуллы — это провал Парчам.
— Вероятнее всего, — вздохнул Директор.
К сожалению, для советского руководства, Хальк и Парчам — это не просто фракции, представляющие разные политические силы, между которыми всё противоречие состоит только в том, что им важно, кто именно будет у руля. Это два противоположных взгляда на социалистическое строительство в Афганистане.
Парчам — это умеренная фракция, состоящая из городской интеллигенции, студентов и непуштунских народов вроде таджиков, хазарейцев и узбеков. Она выступает за постепенные реформы, учёт религиозных особенностей, то есть, создание социалистического государства эволюционным, а не революционным путём.
Хальк — это радикальная фракция, опирающаяся на пуштунов из сельских районов, дехкан и низших офицеров армии. Она выступает за дефеодализацию, коллективизацию сельского хозяйства и решительную индустриализацию. Как понял Директор, эталонным примером Хальк считает Советскую Россию, которая из аграрной и отсталой страны переродилась в индустриального гиганта.
Советское руководство сделало ставку именно на Парчам, потому что пришедшая к власти в ходе Саурской революции Хальк начала рубить с плеча, проводить радикальные реформы, что сразу же вызвало гражданскую войну, а затем Амин, убивший Тараки, (1) возглавлявшего Хальк, начал двигаться куда-то не туда, по слухам, в сторону ЦРУ, после чего его свергли, ввели войска, поставили Кармаля, и вот Директор здесь, в Кабуле…
После установления власти Бабрака Кармаля, под влиянием советского руководства, фракции Хальк и Парчам примирили и поровну разделили между ними посты во власти.
Но теперь, после того, как Наджибулла попался, позиции Парчам ослабнут, и придётся ставить кого-то из Хальк, а это точно не поспособствует стабильности.
«Я недооценил все последствия», — пришёл Директор к выводу. — «Как бы хуже не стало…»
* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, район Шашдарак, здание ХАД, 11 октября 198 4 года*
Орлов вошёл в кабинет Директора и сразу же достал пачку сигарет. Он вытащил сигарету из пачки и кивнул в сторону окна.
Директор встал из-за стола и проследовал за ним, на улицу, якобы подышать и покурить. Они покинули здание и направились в сторону Представительства.
— Гаськова утвердили, — тихо сказал Геннадий, закурив сигарету. — Не за итог операции, а за её ход — уже выявлено девять внедрённых агентов ISI, а также получены сведения о четверых завербованных ими офицерах ХАД. Среди них есть даже полковник. И дальше будет только больше…
— Нащупали начало сети? — уточнил Директор, ощущающий, что тоже хочет закурить.
В прошлой жизни он не был зависим от никотина, но тут влияет психология Жириновского, который покуривал и выработал условный рефлекс. Раньше это не было проблемой, но «синтез» идёт…
— Да, похоже на то, — кивнул Орлов. — Посмотрим, что будет дальше.
— По бен Ладену что-нибудь слышно? — поинтересовался Директор.
— Да, кое-что есть, — ответил Геннадий. — Установлены некоторые его контакты в Пешаваре, ну и теперь известно расположение тренировочного лагеря, в котором он готовит своих добровольцев.
— Надеюсь, его возьмут, — сказал Директор.
— А у тебя что насчёт Наджибуллы? — спросил Орлов.
— Да там своя свистопляска, — поморщился Директор. — Деньги берёт охотно и продвигает своих людей — у меня уже есть список из двадцати шести человек. Пока что, взяли семерых. Все, так или иначе, связаны с Парчам или родственники членов фракции. Тоже, понимаешь, вырисовывается сеть. Раньше было известно, что он пихает в ХАД своих, но теперь есть конкретные персоналии.
— Что с ним будут делать, когда всё закончится? — спросил Орлов.
— Если бы я знал, — усмехнулся Директор. — Может, посадят, а может и расстреляют — сумма уже набежала на два с половиной расстрела. А может и пожурят, чтобы больше так не делал. Не знаю.
— Думаешь, могут просто пожурить? — нахмурился Геннадий.
— Думаю, что возможно всё, — ответил Директор. — Сильно зависит от того, в каком свете выставят этот факт. Если это станет достоянием общественности, то его, конечно же, уберут, чтобы не портил репутацию, а если всё будет тихо, то могут и пожурить. Всё зависит от руководства. Но Гаськов, как я понимаю, настроен кончать Наджибуллу, потому что знает, насколько этот индивид вреден нашему делу. Всеми силами вредит внедрению аттестации офицеров, пихает всюду своих людей, иногда откровенно срывает операции…
Уже были зафиксированы случаи, когда ХАД переносил запланированные операции, из-за чего отряды душманов беспрепятственно уходили и операции теряли всяческий смысл.
Это не значит, что Наджибулла предатель — вовсе нет. Он ведь выполняет приказы Кармаля, который не желает слишком сильно «обострять отношения с душманами», поэтому намеренно сливает некоторые операции.
«Они будто бы сами не хотят победить», — подумал Директор. — «И делают вид, будто бы не понимают, как душманы воспринимают подобные жесты. В лучшем случае — объясняют это своей удачливостью, а в худшем — воспринимают это как слабость».
У него сложилось убеждение, что во власти нужны решительные и компетентные люди, которые могут продемонстрировать родам и кланам Афганистана силу.
Это не сильно-то поможет — ДРА не может победить душманов, но это может способствовать «афганизации» войны. Для СССР будет лучше, если он будет финансировать ДРА, сражающуюся против душманов, а не сражаться за неё.
Но для этого нужны качественные кадры, хотя бы в ХАД, для начала — Наджибулла сильно мешает.
Директор надеялся, что его снимут, но всё зависит от советского руководства.
— Посмотрим, как всё сложится, — произнёс Орлов. — Ладно, я к себе — как подготовлюсь, позвоню тебе.
— Бронежилет не забудь, — усмехнулся Директор.
— Ни выезда без брони, — серьёзно ответил Геннадий.
* Демократическая республика Афганистан, город Кабул, район Шашдарак, ул. Вазир Акбар Хан, дом 65 , 23 ноября 198 4 года*
В оперативном штабе было сильно накурено. Десяток офицеров сидят за столом и ждут.
Дым медленно плывёт по комнате, дышать тут уже тяжело, но форточки закрыты и никто не собирается их открывать.
Директор тоже здесь, в числе прочих.
— Группа погрузилась в вертолёт, — произнёс генерал-майор Воскобойников, сидящий в наушниках радиостанции. — Объект с ней.
— Да! — не сдержал радости генерал-майор Гаськов.
— Ещё рано радоваться, — покачал головой Борис Николаевич. — Они должны вернуться — вот тогда и порадуемся.
Если группа «Вымпела» взяла объект, то это значит, что Усама бен Ладен похищен из постели и, под покровом ночи, переведён через афгано-пакистанскую границу.
Было решено, что лучше будет никак не афишировать факт его успешного похищения, а самого бен Ладена доставить в Москву, где специально обученные люди будут проводить с ним обстоятельные беседы.
КГБ уже наслышан о бен Ладене и его связях, поэтому список вопросов очень длинен и все вопросы в нём крайне содержательны.
Раньше не было сведений о том, сколько именно средств привлекает для моджахедов лично бен Ладен. Но агентура выяснила подробности и оказалось, что от арабских шейхов, связанных с бен Ладеном, в бюджет душманов поступает, по косвенным признакам и согласно аналитике, около 10–12%, причём в прошлом году, они передавали что-то в диапазоне 6–9%.