"Фантастика 2025-69". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

— Да какая же у тебя сопротивляемость, тварь? — В отчаянье взревел шаман, вкладывая остатки своих сил в последний удар.
Старинный посох, собственноручно вырезанный еще его наставником из ветви одного из священных деревьев, засверкал от переполняющей его манны, направляя в тело вестника колоссальный заряд молний. Подобного количества манны посох не выдержал, пропустив разряд через себя, он пошел трещинами, чтобы через секунду лопнуть, разлетевшись в тысячи щепок.
  
Гамар, выдохшийся и потерявший свое оружие, сделал шаг назад, переводя дыхание. Он вложил в этот поединок воли, всю свою манну, источник был пуст, сигнализируя своему хозяину вспышками боли, о необходимости скорейшего восполнения. К счастью для шамана, последнего удара тень не пережила, рухнув на землю растекающейся лужей жутко смердящей слизи.
— Предки! — Потрясенно выдохнул шаман.
Пока он сошелся в схватке с одним вестником, второй начал настоящую охоту на лишенных магической поддержки гоблинских воинов. Это был не бой, а настоящее уничтожение, словно на скотобойне. Зеленокожие бойцы в ужасе разбегались, пытаясь укрыться в массиве деревьев от преследовавшей их по пятам смерти. Призванный же вестник, буквально напитывался эманациями смерти каждый раз, когда его клинок обрывал очередную жизнь.
Вся поляна и пристань были усеяны телами погибших воинов. Трудолюбиво вычерчиваемый рисунок с ввязанными в него символами магического алфавита, был безнадежно испорчен. Десятилетиями собираемые могущественные артефакты, зелья, реагенты были практически полностью уничтожены. Все, что Гамар собирал в течении долгого времени, было стерто за несколько минут. Доверившиеся ему воины погибли. Шаманы, его бывший ученик, его друг — погибли. Такие невосполнимые потери ставили его племя на грань выживания. Но главное, что его мечта и его цель в одночасье обратились прахом, став чем-то призрачным и недостижимым.
Гамар бежал к лесу, про себя взывая к предкам в молитве, чтобы беснующийся на поляне вестник, не заметил одинокую фигуру. У него больше не было сил сражаться — его источник был пуст, посох уничтожен и сейчас он был совершенно беспомощным старым гоблином, которому оставалось только бежать, пытаясь спасти свою жизнь. В последний момент, уже у самой кромки деревьев, шаман оглянулся, провожая взглядом, удаляющийся по реке плот. Даже с такого расстояния он смог разглядеть фигурки людей стоящих у кормы, и наблюдавших за происходящим.
— Мы еще встретимся, чужак. — Заскрежетал зубами Гамар. — Я выживу и найду тебя. Клянусь именем своего учителя и моих предков, я отомщу тебе за все!
Сгорбившийся, будто постаревший на десятилетие, шаман вошел под сень деревьев, скрываясь за их широкими стволами от заканчивающего на поляне свою трапезу вестника.
  
Глава 14 — Астрал
 
— Я говорю вам, это была самая настоящая бойня! Мерзкие твари, вырвавшиеся из порталов, рвали на части воинов, поглощая их души. Даже магия шаманов не смогла их остановить. За всю свою жизнь я не видел ничего более жуткого.
Молодой воин размахивал руками, подпрыгивая на месте, вещал свою историю перед собравшимися в доме племенного схода гоблинами. Один из тех немногих счастливчиков, кто сумел вернуться из похода безумного шамана. Слухи о случившейся трагедии быстро облетели племена зеленокожих. Они полнились историями и домыслами. Один говорили, что безумный шаман окончательно слетел с катушек, принеся в жертву своих собственных гоблинов. Другие рассказывали о первобытных чудовищах проклятого леса, поглотивших неосторожно сунувшихся на их территорию воинов. Слухи множились, разлетаясь над лесами, будто мигрирующие на восток птицы рунн, но правду о случившемся знали лишь единицы. Тем ценнее было услышать историю из уст очевидца и непосредственного участника тех страшных событий.
— Не знаю, как мне удалось избежать смерти в ту ночь?! Когда погиб последний шаман, а наши копья ломались о прочную шкуру монстра, нам оставалось только бежать, спасая свои жизни. К счастью, предки были благосклонны, а лес совсем рядом. Призванная тварь как раз отвлеклась, пожирая души наших погибших братьев. Но даже так, смогли спастись лишь единицы счастливчиков.
— Значить ты утверждаешь, что этих тварей призвал человеческий маг? — Внезапно прервал царившую в хижине атмосферу один из слушателей.
Десятки голов зеленокожих коротышек повернулись в сторону перебившего оратора, гоблина. Краснокожий коротышка с шаманскими метками на лице совершенно не обращал внимания на направленные на него недовольные взгляды, дожидаясь ответа. Впрочем, дураков делать замечание, пусть и младшему, но шаману, не нашлось.
— Так и есть, почтенный говорящий с духами. — Низко склонил голову воин. — Я был одним из первых, кто покинул лагерь, вслед за нашим шаманом, стремясь вступить в бой с врагами извне нашего мира. Я своими собственными глазами наблюдал, как человеческий колдун применил свою страшную магию. Мерзкий выродок, призвавший в наш мир тварей, которым не место среди живых, хохотал словно безумный, когда погибал очередной наш воин.
— Сможешь его описать? — Уточнил шаман.
— Да что тут описывать: метра три ростом, будто сотканная из призрачного дыма фигура, с огромным белым, словно стекло, клинком в руках. А пасть… Да в эту пасть мог поместиться целиком…
— Да не тварей. Человеческого колдуна, ты сможешь описать?
— А, колдуна… — Растеряно почесал макушку воин. — Даже не знаю. А разве не все человеки на одно лицо? Как их запомнить, когда у них у всех морды одинаковые?
Шаман лишь раздраженно махнул рукой — дескать, вопросов больше нет. Оратор вновь оседлал свою любимую кобылку, начав пересказывать историю злоключений. Когда он уже по третьему кругу понес одну и ту же околесицу, шаман поднялся со своего места и покинул хижину.
Маг. Человеческий маг, пришедший из другого мира. Колдун, способный использовать заклинания высшей магии. Предки! А ведь отправляясь в эти долбанные леса, он рассчитывал максимум поучаствовать в небольшой войнушке, естественно окончившейся победой гоблинов и позорным бегством пришельцев в проклятые леса. Так случалось во время прошлого вторжения, и того, что было до него. Каждый раз славные воины народа гоблинов, при поддержке могущественных шаманов, опрокидывали неприятеля, поголовно вырезая вторженцев. Заставляя их жалкие остатки забиваться в самые темные уголки проклятого леса в надежде, что их не найдут смекалистые и быстроногие охотники.
Сколько раз Кар слушал подобные истории в своем детстве. Он, как и другие дети, вырос на этих сказках — которые прочно въелись в его сознание, заставляя верить в несокрушимость сил своего народа. Но реальность, как это часто бывает, разрушила хрустальные фантазии, пройдясь грязными сапогами действительности по самым потаенным уголкам души. Сколько времени уже прошло с того момента, как краснокожий шаман торчит в этих лесах, а чужаки даже не думают заканчиваться. Более того, ушлые людишки сообразили, что гоблины предпочитают не появляться на проклятом берегу и, разумеется, сами перебрались на другой берег священной реки.
Если в первые недели чужаков удавалось ловить десятками, устраивая жертвоприношения на капищах, то теперь выходить на охоту приходилось, переправляясь на проклятый берег, что, разумеется, существенно снижало ее эффективность. Да и люди, на первый взгляд казавшиеся неумехами, да и, чего греха таить, жалкими червями, смогли адаптироваться под новые для себя условия. Все чаще и чаще стали приходить сведения о стычках с целыми отрядами людей, которые начинали оказывать достойное сопротивление. Далеко не всегда из таких стычек выходили победителями коротышки.
  
Потери росли с каждым днем и ситуация уже не казалась такой веселой и безоблачной. В проклятых лесах погибали многие опытные воины, охотники, шаманы. Невосполнимые потери для всего гоблинского народа. Но последние сведенья о наличие среди чужаков могущественного мага, полностью переворачивали всю картину. Ни разу до этого среди вторженцев не встречались особи, владеющие хотя бы зачатками магического дара.