"Фантастика 2025-69". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Очередная партия фотоохотников вернулась с добычей вот и толкались в коридоре опера, включая Ромашку, загораживая проход и обсуждая новые кадры.
— Равняйся! — прозвучало неожиданно из-за спины.
Отреагировали, естественно, вяло, пока не разобрались, кто отдал команду. Связываться с Умалишевым Альбертом Вениаминовичем, первым заместителем начальника городского управления, очень молодым подполковником милиции, никто не хотел, и не только потому, что тот был начальником и старше по званию, сильным чаром, но и из-за мразотного характера, поэтому и выстроились в ряд возле стеночки.
  
— Вольно! Чьи фото обсуждаем, показали, быстро!
Перечить никто не стал, рассказали и показали всё, что было, в том числе и у Ромашки.
Муходвинск стал для него тюрьмой, серой унылой тюрьмой, в которой единственным развлечением были пьянки и вечеринки, устраиваемые новым дружком — майором Борисовым. Да и те уже приелись, но других развлечений не было и не предвиделось. До этого дня. Из-за того, что ему просто надоело сидеть в кабинете, он решил навестить майора, обсудить планы на выходные, а тут такая удача: в этом глухом углу нашлась жемчужина, нет — бриллиант, который скоро станет его — на лице Альберта появилась предвкушающая улыбка.
  
Глава 22
 
Школа гудела как растревоженный улей, только очень-очень тихий улей. И гудела не потому, что стали появляться, казалось бы, давно пропавшие вещи. Это как раз ни у кого не вызвало удивления. Обсуждали проклятье мёртвой руки. Да, да, каждый отчётливо помнил, что по словам Ужаса такого проклятья не существовало, но им была явно продемонстрирована рука очень похожая на мёртвую. Теории, догадки, домыслы, предположения сменяли друг друга. Одной из популярных сплетен была история, выдуманная Екатериной Скворцовой из двенадцатого «Г»: зауч сам попал под проклятье, только умертвляющее всё тело, но справился, правда не до конца, вот и ходит теперь такой. Вообще, это был звёздный час для Катерины и её богатой фантазии, она даже стала этаким Миниужасом, потому что могла вогнать в шок любого своим разошедшимся воображением.
Вот и сейчас двенадцатый «Г» обсуждал её очередную фантазию: облако проклятья мёртвой руки уже висит над их школой, протянув свои невидимые протуберанцы в каждый класс, да, да, возможно кого-то эти щупальца уже обвили и только и ждут, когда можно будет активироваться, а активируется проклятье, скорее всего, через несколько дней, в ночь на тринадцатое число. Тринадцатая школа тринадцатого числа станет однорукой от проклятья мёртвой руки. Такая версия была очень близко принята к сердцу и активно обсуждалась практически всеми. Не обсуждали её только Ингвар с Оно-э и Николай Еремчук, который даже в сердцах бросил:
— Блин, как можно так тупить?!?
Только вот эта пустая болтовня настолько вывела его из себя, что он не сдержался и проговорился вслух. Это совпало с некой паузой в общих разговорах и фразу услышали ближайшие соседи, а потом уже дошло и до задних рядов. Только испорченный телефон до последних парт донёс то, что Еремчук считает их тупыми.
Там не могли не отреагировать и подорвались, направившись ко второй парте, остальные также стали подбираться ближе и окружать Еремчука. Коля встал, видя такую движуху, и приготовился давать отпор, правда ничего делать не пришлось, потому что рядом с ним встал Ингвар, и особо рьяно рвущиеся вперёд резко сдали назад и остановилась, за исключением одного человека. Расталкивая одноклассников локтями, вперёд вышла Скворцова и, приобняв Еремчука, заглядывая ему в глаза, проникновенно спросила:
— Коленька, зайка, а расскажи пожалуйста, почему это мы тупые?
— Я не говорил, что вы тупые, я сказал, как можно так тупить.
— И в каком месте мы тупим, и как?
Николай всегда старался обосновывать своё мнение и отвечать за свои слова, поэтому нехотя, но всё же начал говорить:
— Что такое проклятья?
Класс начал чесать затылки и переглядываться между собой в поисках того, что знает правильный ответ, а потом вспомнили, что во всех случаях, когда были нужны правильные ответы, смотрели на Ерёму, вот и сейчас все взгляды опять скрестились на нём.
— Так, Коля, не выпендривайся, мы все знаем, что ты умный, а одна половина здесь действительно тупая, а вторая… недостаточно умная! — не выдержала Скворцова.
Возражать или наезжать на Катю никто не стал, предпочтя причислить себя к недостаточно умной половине.
— Да это такие же чары, что и фаерболы, сосульки, водяные плети, молнии, каменные шипы. Где вы видели спящий или висящий в засаде фаербол?
— Эээ… В ловушке магической! — нашелся Слав.
— Как вариант, подойдет, только как долго он там провисит?
— Нуу, если использовать лучшие материалы для изготовления ловушки, то год, два, может три, но всё равно будет теряться мощность.
— Правильно, но даже если говорить о магической ловушке, то она просто так, сама по себе, не возникает. Кто-то должен создать эту ловушку и заложить туда этот фаербол. А у нас что? Двадцать лет со дня основания школы не было никаких проклятий, и никто не попадал ни в какие ловушки, а сейчас, за один месяц, вдруг резко появляется одно проклятье, теперь, возможно, появится второе. — замолчал Еремчук, глядя на класс и ожидая, когда до них дойдет.
Класс опять начал чесать затылки и переглядываться.
— Иииии… И??? Ерёма, я тебя сейчас укушу!!! — не выдержала Скворцова.
— И можно же догадаться, если возникло проклятье или ловушка с проклятьем, а сейчас появится ещё одно, значит есть тот, кто эти проклятья создает. — вздохнул Коля. — Дальше продолжать? Или уже поняли?
Скворцова натурально зарычала:
— Выкладывай уже всё!
Николай действительно любил историю, и с появлением первого проклятья освежил в памяти свои знания. Он прочёл достаточно много исторических очерков, научных работ по Тёмным Векам в истории планеты, векам, в которых шла яростная борьба с колдунами, ведь сильный колдун, айчар, мог в одиночку уничтожать целые страны, сражаться с армиями тех времён. Пусть не быстро, но выпущенные на волю проклятья работали, собирая страшный урожай, колдуну оставалось только ждать и прятаться, избегать прямого столкновения.
— А всем известно… — продолжил он, немного запнувшись, — может просто кто-то забыл…, что проклятья это оружие тёмного чара, колдуна. У меня нет точной информации, но по слухам, простые целители и священники не могли снять наше проклятье мёртвого языка, и только Селена Александровна, предположительно айчар-целитель, справилась. Значит где-то тут у нас в школе или рядом есть тёмный айчар, айколдун…
— Вот ещё один занимательный факт из истории, — понизил Еремчук голос практически до шёпота. — Сильные колдуны носили отпечатки своих мощнейших проклятий на своих телах, нет, проклятья не поражали их, просто оставляли своеобразные метки: появлялись необычные узоры на теле, менялся цвет глаз, цвет волос или цвет кожи. Так их и выслеживали. Осталось совсем немножечко подумать и понять, кто бы это мог быть у нас в школе.
— Да это же…!! — кто-то сообразительный попытался высказаться первым, но Еремчук его перебил. — В школе об этом лучше не трепаться и вообще не трепаться, а лучше забыть этот разговор.
Прозвенел звонок на урок и школьники в глубокой задумчивости стали рассаживаться по своим местам. На уроке царила удивительная тишина, никто не разговаривал, часа два, а потом начали — скопившиеся мысли требовали выхода.
Обсуждали, естественно, самую подходящую кандидатуру на роль страшного тёмного айчара-колдуна. Тем более вариант был только один — Ужас.
  
На следующий день эти догадки распространились уже по всей школе. Нашлись, конечно, и скептики, правда все их аргументы «против» были неубедительны и разбивались о железобетонное:
— Ерёма шарит, поднимал научные работы по истории войн с колдунами, так что закрой рот и иди учи матчасть, а не смотри мультики.