Стажер Ли Су Джин 2 (СИ)

— Ладно, — из усталости, я только чувствовал лёгкое потягивание в ноге, но в остальном ощущал себя просто отлично.
Мы замедляемся и останавливаемся возле лавочек.
— Ну как? — не уточняя, что именно с ухмылкой спрашивает меня мама.
— Даже не знаю, — произнёс я, действительно задумавшись над вопросом. — Это веселее, чем я думал.
— Вот и прекрасно, — улыбнувшись, она откинулась на лавочку и подставила шею под прохладный ветер.
  
Я присел рядом и принял точно такую же позу.
Сидим, молчим.
— Кстати, — произносит Со Ён. — Я хотела с тобой поговорить.
— По поводу?
— По поводу твоей новой школы.
— Мм, — неопределённо ответил я, предлагая ей продолжить. — С ней что-то не так?
— Это я у тебя как раз и хотела уточнить: всё в порядке? — спрашивает меня. — Мы мало говорили насчёт этого после твоей травмы. Да и до аварии… Ты не особо любил проводить с нами время. А теперь хотелось бы узнать твоё мнение. Всё же в этом году тебе нужно будет поступать в университет и сдавать SCAT. А кроме стажировки в Сиа Групп и новой школы, теперь добавился переход в новое агентство, и я начинаю переживать, что со всей этой нагрузкой, ты можешь где-то не справиться. А там… — она замолкает, поджав нижнюю губу, словно вспоминает что-то. — В общем, я волнуюсь за тебя.
— С учёбой всё хорошо, — убеждённо отвечаю ей. — Можешь не переживать.
— Ты уверен? — хоть она и сама начала эту тему, в голосе у неё я слышу только сомнение. — А что насчёт друзей или подруг. Может, ты завёл себе кого-нибудь? Или тебе кто-то нравится? — последний вопрос она задаёт с весельем в глазах.
«Подруг?» — действительно задумался я.
А Ю На можно считать за подругу? Но если быть объективным, из общего у нас только возраст и дела в музыкальном агентстве. Просто так мы с ней, кажется, и не общались.
Под это определение, даже Джан Ди больше подходит, да и пикировки с ней бывают забавными. А ещё мне иногда нравится её злить.
— Да, я уверен. И нет, я никого не завёл себе, — подумав немного, всё-таки ответил я.
— В твоём возрасте стоит задуматься о более близком общении со сверстниками, — кивает мама рассуждая. — Всё же это новая школа, коллектив. А что насчёт учителей, не сильно наседают на тебя?
— Вроде нет, — пожимаю плечами. — Обычные учителя.
— Ясно, — с какой-то горечью произносит Со Ён. — Мне кажется, что это был не самый хороший вариант — переводить тебя в новую школу. Возможно, в старой — твои воспоминания восстановились бы быстрее.
А вот я почему-то уверен, что разница была бы нулевой. Только проблем больше появилось. Впрочем, свои мысли озвучивать вслух не стал, чтобы не расстраивать Со Ён ещё больше.
— Зато, — размышляю уже я. — Мы избежали проблем с моей травмой. Так что, возможно, оно и к лучшему.
— Ты прав, — вздох. — Но если честно, меня всё равно это немного пугает.
— Что именно?
— Всё то, что начало происходить после той аварии, — честно признаётся она. — Новое агентство и школа, стажировка в компании, а ещё твои новые навыки… — она замолкает на несколько секунд, а после мотнула головой, словно отгоняя дурные мысли. — Ладно, неважно. Главное, что с тобой всё в порядке. И что ты жив и здоров. Так что… Закроем тему. Ну что, продолжим? — она кивает в сторону тропинки, по которой мы только что бежали.
Я лишь согласно киваю, а мысли переносятся во вчерашний день.
Сам субботний звонок из агентства мама Со Ён восприняла хорошо. Всё-таки я её заранее предупредил, что ей могут позвонить по поводу новой песни. Так что, когда позвонил менеджер Мун из C9 и начал с разговора о композиции, написанной мною, всё шло довольно ожидаемо. Они говорили вежливо, с подчёркнутым уважением, объяснили, что заинтересованы в выкупе прав на песню, и хотели бы обсудить условия.
Но стоило прозвучать словам о том, что вместе с песней они хотят «перевести» и меня самого, как мама замолчала.
А тот немой вопрос, который появился у неё в глазах, когда она на меня посмотрела, так и кричал фразой: Что, чёрт подери, происходит?
Пришлось сделать паузу в телефонных переговорах и заново всё объяснить.
Старался я говорить коротко и без эмоций — памяти у меня нет, в агентстве ничего не держит, зато есть непреодолимое желание писать музыку и С9 готово было меня в этом поддержать. Контракт лучше, условия лучше, да и инициатива с переходом целиком и полностью моя.
Мама молча слушала, кивнула и, не задавая лишних вопросов, просто взяла телефон и вызвала нашего семейного юриста.
Мне повезло, что в то время мы были с ней дома одни, да и её реакции я, очевидно, был рад.
Очень рад… Ровно до того момента, как мы вышли из юридической фирмы и испуганная за то, что творится в моей ушибленной черепушке Су Ён, не повела меня на осмотр к доктору.
«Ожидаемо…» — мысленно пожал я плечами и пошёл за мамой. Я уже давно смирился с тем, что всё, что связано с моими способностями из прошлого будет выглядеть как полная чушь и абсурд. Её поведение я считал ещё не самым худшим проявлением беспокойства.
Суббота, 19 вечера. Больница Святой Марии, второй этаж.
Мама Со Ён вместе с Су Джином останавливаются у кабинета доктора Чхве, куда их направили после назначенных медицинских обследований.
Со Ён просит сына посидеть и подождать её в коридоре, пока она лично поговорит с доктором. Су Джин садится на мягкий диван, а мама Со Ён, постучав в дверь, проходит внутрь кабинета.
Доктор Чхвэ, сидя у раскрытого окна за широким письменным столом, перелистывает медицинскую карту Су Джина, внимательно изучая результаты последних обследований. Подняв на неё секундный взгляд, он кивает и снова опускает глаза вниз.
— Прошу, — доктор Чен указывает на кресло напротив своего стола. — Присаживайтесь, госпожа Ли.
Подойдя ближе к доктору, Со Ён аккуратно опустилась на край кресла, сложив руки на коленях. На её лице отражалось беспокойство.
— С ним всё в порядке? — с лёгкой тревогой в голосе спрашивает женщина.
Несколько секунд доктор выдерживает паузу. После чего он поднимает свой взгляд и смотрит в её глаза.
— Су Джин прекрасно восстановился после травмы, — доктор Чхве кладёт руки перед собой и натягивает улыбку, чтобы немного разбавить атмосферу напряжённости. — Анализы крови прекрасны и вписываются в норму для здорового подростка в расцвете сил, — затем его улыбка слегка тускнеет, и мужчина хмурит лоб, пытаясь найти нужные слова, чтобы продолжить. — Что касается его памяти… Скажите, госпожа Ли, как бы вы оценили его адаптацию к повседневной жизни? Он смог вернуться к прежней рутине, общению со сверстниками?
Со Ён вздохнула.
— Знаете, доктор, тут всё… необычно. С одной стороны, многие базовые вещи ему пришлось переучивать, как будто заново. Но с другой… — она запнулась, подбирая слова, — С другой стороны, у него поменялся характер и появились навыки, которых раньше не было.
— Это какие? — доктор Чхвэ подался вперёд, проявляя профессиональный интерес.
— Су Джин был довольно замкнутым мальчиком, и, кроме танцев, не сказать, что у него были какие-то особые таланты. Да и среди сверстников он не выделялся, — призналась госпожа Ли, слегка нахмурившись. — Но недавно он начал писать музыку, — она на секунду замолкает, делая паузу, словно сама не верит тому, что говорит. — Причём не просто начал, а за короткое время написал коммерчески успешную песню, которой заинтересовались в музыкальном агентстве… Понимаете, мой сын никогда прежде не проявлял талантов в этой области.
Доктор Чхвэ внимательно выслушал, делая пометки.
— А что насчёт его успехов, скажем… — он задумывается. — В учёбе?
  
Она поджимает нижнюю губу.
— Даже не знаю, — поджимает она нижнюю губу. — Пока что мы решили послушаться как вашего совета, так и других врачей и не давить на него, в связи с…
— Его амнезией? — продолжает за неё доктор, поддерживая не самый простой разговор для мамы Су Джина.
— Да, — кивает госпожа Ли. — Поэтому мы пока даём ему время привыкнуть к новой школе и не следим за его результатами. Но недавно он сдавал тесты, и в школе должно пройти родительское собрание. Так что, я смогу выяснить это там.