Сладострастие. Книга 2 (ЛП)

—Любовники, —заключает судья. — Довольно дерзкие, насколько я вижу...
Я чувствую себя ничтожной. Я смотрю на отца, и он улыбается мне, мне жаль его, потому что он только пытается скрыть свое разочарование.
—Ясно, что лейтенант Джеймс невиновна в том, в чем ее обвиняют, — встает один из членов Совета, — но у нас по-прежнему есть угроза со стороны Маскерано, поскольку очевидно, что они будут атаковать нас, пока мы не выдадим ее. Они только и делают, что бросают предупреждения.
  
— Повсюду мертвые — вмешивается другой член Совета, руководитель чилийского командования. — Лондон подвергается нападениям со стороны преступных группировок, которые ставят под угрозу жизнь мирных жителей, и мы слишком много рискуем ради одного солдата.
— Мы не можем выдать лейтенанта, — говорит судья. — Они могут использовать ее против нас.
— Семья Джеймс в опасности, — настаивает другой член Совета.
—Лэйси, — отвечает мой отец, — я все держу под контролем.
—Нет, Рик, — с упреком говорит он, — здесь ничего не под контролем. Я ничего не имею против тебя, Рэйчел, ты один из лучших агентов этого командования, и я восхищаюсь тем, что ты здесь после всего, что пережила, но я не могу допустить повторения такой бойни, как с семьей Смитов.
Я киваю, не могу возразить, потому что они правы. Если все будет продолжаться так, мы закончим как семья Гарри, ведь Антони не оставит меня в покое.
— У нас есть решение, — вмешивается министр Морган. — Рейчел будет под защитой полковника, никто не будет знать о ее местонахождении. Мы построим укрепление, где ей будет оказана необходимая медицинская помощь, а семья Джеймс также будет под нашей охраной.
— Сколько солдат погибнет при выполнении этой задачи? — спрашивают они. — Этот план не гарантирует жизнь никому.
Я смотрю на четырех людей, которых так люблю, - если бы я только подумала, прежде чем действовать..., - и не могу быть несправедливой и эгоистичной.
— Любое решение сопряжено с риском, — продолжает Алекс. — Другого выхода нет.
Министр заканчивает, и судья встает.
—Решение принято, —заключает он. —Лейтенант Рэйчел Джеймс будет передана под опеку полковника Кристофера Моргана...
—Я не согласна с этим решением. —Я встаю, и все замолкают. —Я требую окончательного изгнания.
—Рэйчел, нет. —Мои родители тоже встают.
Я знаю, что это значит и к чему приведет. В зале царит хаос, слышны шепотки и комментарии, Братт пытается подойти ко мне, но ему не дают; тем временем Кристофер смотрит на меня с яростью.
— Благодарю вас за предложение, полковник, но в опасности моя семья, и я не против уехать, если знаю, что они будут в безопасности.
—Лейтенант Джеймс, вы понимаете, что означает окончательная ссылка? —спрашивает судья.
—Да, сэр.
—Нет, я не согласен! —восклицает папа.
—Это мое решение, ты не можешь вмешиваться.
—Адвокат!
—Я отказываюсь от ваших услуг. Моя ссылка — мое решение. Я отказываюсь от своей должности и личности. —Я ухожу со своего поста. —Антони сказал, что только смерть перестанет беспокоить меня, поэтому, получив доказательства моей смерти, он перестанет искать меня и нападать на мою семью.
—Международный совет поддерживает это решение, —поддерживает его Жозе.
—Министр Морган? —спрашивает судья.
Алекс смотрит на своего сына, тот не шевелится.
—Пожалуйста, сэр, — прошу я министра. — Остаться здесь опасно, и вы это знаете.
—Алекс, — зовет его Кристофер, — у нас есть договоренность.
—Вы не можете заключать договоренности без нашего согласия, — заявляет Совет.
—Перерыв, пожалуйста! — умоляет моя мать с трибуны. — Рэйчел, выходи, давай примем решение всей семьей.
Мое сердце разрывается, когда я вижу, как она плачет. Я понимаю ее боль, потому что она больше никогда меня не увидит. Я смотрю на министра в ожидании ответа.
— Не знаю, почему я чувствую, что вы об этом пожалеете, — говорит он, вставая, — но я не вправе судить ваши решения.
— Я не хочу, чтобы кто-то умирал из-за меня, — объясняю я.
—Мы поддерживаем тебя, —настаивает Совет. —Уехать — лучший способ защитить себя.
—Алекс, нет! —настаивает папа.
—Я даю тебе право на бессрочное изгнание, —игнорирует он его. —Оно вступит в силу завтра утром, встреться с командой судмедэкспертов, чтобы они сообщили подробности предполагаемой смерти.
—Спасибо, господин.
—Заседание закрыто, —объявляет судья.
Моя семья и друзья толпятся у суда, прося поговорить со мной, но Джоана встает между нами.
—Ты не можешь их видеть, —предупреждает она. —Утром мы дадим тебе пару минут, чтобы попрощаться.
Я киваю, так лучше, верить, что меня здесь никогда не было, и что видеть их было одной из многих иллюзий.
Я смотрю на Кристофера, который встает, как ни в чем не бывало. Я хотела бы быть такой, как он, несокрушимой, укрывшейся в нерушимой броне, которая защищает меня от всего.
Нельзя разрушать планы, которые готовит тебе судьба, мой уход из FEMF был предрешен, это я упрямо решила этого избежать.
Бесполезно было пытаться защитить себя и скрыть информацию, позволяя другим умереть, если в конце концов я все равно оказалась в ситуации, когда просила о том, чего так боялась. Я боролась против изгнания, а теперь вот я здесь, считая его лучшим выходом.
Я встречаюсь с Алексом Морганом в оперативной комнате.
—Садись, — приказывает он.
С ним стратег Программы защиты свидетелей.
—Вы не знаете, что я сделал, чтобы слово «изгнание» было полностью исключено.
—Я знаю, сэр. Я благодарна вам и полковнику за помощь, но это лучшее решение.
—Прежде чем вынести окончательное решение, я хочу, чтобы ты сказала мне, насколько ты уверена в этом, потому что, если ты выйдешь за пределы этого центра, ты потеряешь все. Ты станешь солдатом, который будет подвергнут изгнанию в полном смысле этого слова, — предупреждает он. — Рик — мой друг, а Кристофер — мой сын, они оба испытывают к тебе чувства, но я не позволю им вмешиваться или видеться с тобой, когда ты уедешь.
— Я все поняла.
Откройте папку, которая лежит на столе.
— Я прочитал письмо, которое тебе прислал Антони, угроза ясна, — анализирует он. — Я подумал о том, чтобы инсценировать самоубийство, но это может иметь последствия, он захочет отомстить, если мы не послушаемся его, поэтому мы выберем другой вариант.
Он протягивает лист бумаги и ручку.
—Я хочу, чтобы ты написала письмо, в котором признаешься, что готова вернуться к нему. Заверь его, что тебе нужны наркотики и поэтому ты сдаешься.
Включают экран передо мной, а стратег PPT (Программа защиты свидетелей) приступает к делу.
—Это Мартина Вальверде, —говорит он, — специальный агент, которая будет инсценировать твою смерть.
—Мы заставим ее выдать себя за тебя, —объясняет министр. — Мы отправим ее на встречу с Маскерано и убьем ее до того, как она прибудет, заставив их поверить, что мы узнали о побеге, поэтому предпочли убить тебя, прежде чем ты предала нас.
Я снова смотрю на фото: мы похожи по цвету кожи, цвету волос, росту, даже фигура похожа.
—Если Антони поверит, что ты хотела вернуться, он сжалится и оставит твою семью в покое, — говорит представитель ППТ. — Он увидит в тебе жертву, которая пыталась вернуться в его объятия.
Это логично, с такой зависимостью вполне нормально, что она хочет вернуться.
—Попроси его в письме, чтобы он больше не трогал твою семью и что это единственное, чего ты требуешь для возвращения. Это должно выглядеть правдоподобно, и ты должна написать письмо прямо сейчас, так как мы приступим к плану менее чем через час.
—Мы подозреваем, где находится один из его Соколов, —добавляет член ППТ. —Скажи ему, что будешь ждать ответа.
  
Я беру ручку и записываю свои мысли на бумаге.
Я пишу письмо, полное отчаяния, и я не лгу, потому что, несмотря на то, что я сижу здесь и притворяюсь, что меня это не волнует, на самом деле это не так. Спазмы трудно скрыть.