Бывшие. Возвращение в любовь (СИ)
Потому, что забыть мужчину, предавшему меня – я не могу до сих пор. Думала, что могу, а выяснилось, что нет. Стоило Ольшанскому оставить на мне свой запах парфюма и во мне проснулось всё разом: обида, недопонимание и ужасное, свирепое и беспощадное желание быть с ним вопреки всему. Вопреки опыту и гордости.
Может быть сегодня случиться так, что я познакомлю отца с сыном? А дальше трава не расти? Что, собственно, мешает мне после этого забрать Мишу и отправиться восвояси, если Ольшанский мне не поверит? Или, если окажется, что Мише он не рад. Меня лихорадило, последние дни я постоянно взвешивала: знакомить или нет?
А может быть я приеду, Роман ещё не вернулся , это будет судьба, знак – незачем ему знать про Мишу.
Так, для начала мне надо было выбраться из больницы. Насколько я понимала, Роман вернётся сегодня и надо поторопиться. Поэтому я решила ехать немедленно, прямо сейчас, с утра.
Села, оглядела палату. Представила себе, что бегу из плена. Поднялась и алчно глядя на дверь, подтянула к себе ходунки. Надела поверх ночной рубашки вафельный халат с синей печатью на воротнике. Ничего, потом всё верну в больницу. А пока… выглянула за дверь.
На меня никто не обратил внимания. В больничном коридоре ходили по стеночке другие пациенты, я от них ничем не отличалась. Выглянула в окно , увидела, что помощник мужа Кирилл сидел в машине на стоянке. Мой план был спуститься на первый этаж, выскочить в фойе, вызвать такси и незаметно для Кирилла улизнуть. Что будет дальше не думала. Главное, сбежать. Не успела доковылять до лифта, навстречу мне вышел Марат. Нет! Ну вот откуда он взялся!
– Оля? Убегаем или догоняем?
– Не останавливайте меня, – я угрожающе смотрела на него исподлобья.
– Мне бы и в голову не пришло. Но я с тобой!
– Я не шучу.
– Едем. А куда?
– Не знаю, куда вам надо доктор, а мне за сыном.
– Так, Ольга. Теперь на полном серьёзе. Я понял, что решение твоё принято на смерть. Я помогу тебе. Просто ты можешь упасть снова, опять привезут сюда, снова возись с тобой. А толку от тебя – только капельницы. Поехали, подвезу.
Благополучно я сбежала на лифте до фойе, стояла в толпе людей, как обычно бестолково толкающихся между регистратурой и другими окошками. Все что-то спрашивали друг у друга, обходили меня, поглядывая на ходунки. Я вытягивала шею, высматривала где Марат, дрожала от нетерпения, переживая, что меня вот-вот остановят.
Через пять минут Марат подъехал к ступеням, не смотря на моё сопротивление на руках посадил меня к себе на переднее сидение. Кто то в белом халате спросил его:
– Марат, что происходит?
Он что то ответил, загружая мои ходунки в багажник. Я глохла от адреналина. толчками прыгающим у меня внутри, мечтала только о том, чтоб уехать прочь.
Наконец, мы выехали. Я вжалась в сиденье, когда проезжали мимо машины Кирилла, (к счастью, водитель Романа долбился в телефоне и не обратил на нас внимания).
– Оля, говори адрес – Марат окинул взглядом мой внешний вид, промолчал. Ну да, выглядела я не очень.
На мне был идиотский халат с печатями, я не расчёсана. В таком виде прислуга в доме Ольшанского может меня на порог не пустить, тем более самого хозяина дома нет. Он же только вечером должен приехать.
Повернулась к Марату, неуверенно промямлила:
– Мне, наверное, сначала надо домой. Переодеться.
Назвала адрес, а когда подъехали к подъезду, Марат присвистнул:
– Какой этаж?
– Третий. Но у нас лифт.
– Идём уже. Лифт. А до лифта? Не бойся, в гости не напрашиваюсь. У двери подожду.
– Спасибо.
Это было самое искреннее “спасибо” за всю мою жизнь. К счастью, тётки, как всегда по утрам дома не было, она в это время обходила подруг или отправлялась в ближайший универмаг цепляться к продавцам.
Конечно, дома я натягивала на себя брючный костюм с крейсерской скоростью. Посмотрела на себя в зеркало, наскоро умывшись. Да уж. Бледная, круги под глазами. Торопилась, волосы нещадно продрала щёткой, скрутила в хвост. Потом, всё потом. Заберу Мишу, потом буду красоту наводить.
Вышла к Марату, мужчина окинул меня взглядом. Не скрывая, любовался мною, у меня от стеснения рванул румянец по щекам. Я прерывисто вздохнула, Марат взял меня под локоть:
– Всё хорошо?
– Да…
Мы уже выезжали, Марат аккуратно выруливал из лабиринта между домами, у меня неожиданно зазвонил телефон, незнакомый номер.
Схватила трубку, прижала к уху. По объявлению о работе. Я с придыханием слушала слова в трубке и с каждым новым словом надежда заработать деньги таяла. Искали репетитора великовозрастному балбесу.
Я с сожалением отложила трубку с досадой закинула телефон в сумку. Чуть не заревела, кто бы знал как отчаянно мне сейчас нужна была работа.
– Не понял, – Марат вглядывался в дорогу на шумном перекрёстке: – Ты работу ищешь?
– Ищу, – обречённо кивнула.
Он искоса посмотрел на меня:
– Оля, ты в таком положении трудном, работа тебе сейчас навредит.
– Когда ребёнка надо кормить и счета за квартиру оплачивать, не важно кто кому навредит.
– У женщины всегда есть возможность принять помощь от мужчины.
Я горько усмехнулась, вздохнула:
– Марат, не обижайся, но лучше не продолжай.
– Почему?
Я прикусила язык, чтоб не нагрубить. Да потому, что я не верю в безвозмездную помощь. Даже то, что я еду в его машине, что он помог мне сбежать из клиники, что ждал, пока я переоденусь – за всё это я ему уже обязана и он вправе попросить сдачу.
Посмотрела на Марата. Очень симпатичный, физически просто красавчик. Одет довольно дорого, в чём-в чём, а в мужском гардеробе я знала цену вещам. Всё зависело от качества ткани и от бренда. У Марата в одежде было и то и другое. Не настолько помпезно недосягаемое, как у Ольшанского, но мужчина явно занимался своим имиджем. Вслух только пролепетала:
– Марат, я не люблю быть обязана.
– Если тебе не повезло однажды обжечься об одного мужчину, не значит, что все такие.– Марат плавно выворачивал руль, я вздохнула.
– Оля, ты говорила, малышу твоему сколько?
– Четыре. Почему спрашиваешь?
– Потому что мне надо найти детское кресло в машину, чтоб вас обратно везти.
– Марат, что ты, спасибо большое. Нас обратно везти не надо. Я вызову такси в комплектации с детским креслом. Спасибо тебе.
Мужчина покачал головой:
– Ну вот что. Давай, я сам решу, как твой физиотерапевт, как и когда тебе можно будет подниматься на третий этаж с ребёнком. Сегодня ещё рано.
Я смотрела в окно.
– Оль, я так и не понял, ты кто по профессии?
– Переводчик. Но не учитель.
– Серьёзно? Ты можешь делать курсовые, или как там называется, толком и не знаю. У меня сестрица учится на втором курсе романо-германской филологии. Они там с ног сбились, ищут кто им поможет с иностранным. Можно, твой телефон дам?
– Дай, – я кивнула.
– Давай, обменяемся номерами?
Для меня это был бы сказочный выход. Не выходя из дома работа онлайн и Мишенька на глазах. Конечно, придётся перелопатить тонну литературы для такой ответственности. Другое дело, что сама работа стоит копейки, и студенты часто не платят, просят в долг, а потом забывают… Ну, на первое время хоть такую работу. Благодарно взглянула на Марата.
– Чувствую, работы у тебя будет не перелопатить. – Марат потрепал меня по руке, а я задохнулась от радости.