Ipso jure. /лат. «В силу закона.» (СИ)
— Конечно… Слабый ветер — предвестник урагана.
— Да. Ну, так вот… Оборотни разделились на два лагеря и теперь выясняют отношения друг с другом. Мои же, тихо «слились», как и было по плану, и исчезли. Больше мне там использовать их нельзя. Засветились. Да и полезней сейчас они будут здесь, в замке…
— Согласен…
Они оба проговорили еще не менее часа. Расставшись довольными, каждый пошел по своим делам. Рогозин вернулся в замок, а Чарли — улетел на драконе, в южные районы…
— Холодно, — Джинни выдохнула, неловко переступила с ноги на ногу, и потерла замерзшие ладони друг о друга. Невилл, улыбнувшись ей, аккуратно взял ее озябшие руки в свои и подул на них, согревая своим дыханием. Хотя самому было совсем не тепло, и он начал хлюпать носом. Девушка ему приятно улыбнулась.
— В России, небось, сейчас еще холоднее, — проговорил юноша, отпуская ее. — Эх, скоро праздники, а праздничного настроения — ноль… Даже наоборот, страшно, что ждет нас впереди…
— Идите оба, — неожиданно раздался позади них голос Грюма; они оба аж подпрыгнули от неожиданности, — греться… Я тут привел тех, кто вместо вас может подежурить…
Юноша и девушка сразу же передали им свои винтовки, и пошли сначала ко входу в замок. Но потом они передумали. Погода была чудесной, и поэтому они решили чуть-чуть погулять по свежему воздуху.
Взявшись за руки, оба вступили на тропинку, которую ранее приложил до них Вячеслав. Отойдя ближе к Запретному лесу, они решили поиграть в снежки, как в далеком детстве. И вот двое молодых людей, одетых в военную форму, резвились и бегали среди толстых деревьев, метая друг в друга белые снежные снаряды. Они хохотали и смеялись, обстреливая друг друга плотными комьями тщательно слепленного снега. Учитывая, что у них была выработана меткость — оба были неплохими снайперами, попадали они друг в друга часто.
В итоге, Невиллу удалось тихо подобраться к ней со спины, и свалить ее в ближайший снежный сугроб. Они, смеясь, упали туда вместе и отчаянно, но в шутку, боролись. В итоге, мужская сила все же победила женскую, и Невилл оказался вверху, и придавил ее своим телом, окончательно лишая ее способности к сопротивлению.
— Я принимаю поражение, — подняла руки Джинни, чьи рыжие волосы теперь были мокры от налипшего снега. Резинку для волос она давно потеряла в сугробе. Оба тяжело дышали — такая борьба отняла много сил.
Невилл сразу же встал, и дал ей свою руку, помогая подняться. Почти моментально они сплелись в горячем, счастливом поцелуе, полным взаимной любви.
— И чего это нас отправили туда? — спросила Уизли-младшая, держа снайперскую винтовку, и с трудом перебираясь через очередной снежный завал. Все трое, усталые и обессиленные, возвращались с очередной вылазки на нужную точку. До портала было еще далеко. Скоро город можно было брать — там почти не осталось ни Пожирателей, ни темных существ, ни оборотней, ни дементоров… Он почти весь был под контролем магловских военных. И появится еще она «зеленая» точка на карте…
Рогозин и Долгопупс, тоже держа винтовки над головами, чтобы их дула и стволы не забило снегом, с трудом выбирались из снежного плена. Погода была, мягко говоря, хреновой: снег летел прямо в лицо, иногда создавая ощущение острого стеклянного крошева, царапающего лицо и руки, ветер постоянно менялся — иногда неожиданно. Дыхание паром вырывалось из груди — в этом году зима была довольно-таки суровой для Англии и Европы.
— Ну, лично, — заметил Вячеслав, наконец с облегчением вешая оружие на плечи. — Я сегодня настрелялся. Вылазка была…
Тут он неожиданно оглянулся.
К ним кто-то спешил. Шаги, чужие и посторонние, были слышны сквозь завывание ветра.
— Срочно достать палочки! — крикнул Рогозин, моментально извлекая свою из кобуры. — У нас гости!
Его голос потонул в эхе заклинаний, пущенных магами друг в друга. На них напал мелкий отряд из десяти человек — оборотни плюс двое магов. Уложив первыми пулями трех особей, и став спина к спине, трое усталых друзей начали отбивать атаки и заклинания, летящие как метеор. Рычание и вой оборотней, яростные крики и короткие — вскрики боли и заклятия, сплелись почти в единую сеть…
Бой длился долго — отряд Черный Феникс был измотан ранее вылазкой в город, а противники — наоборот, свежи и бодры. Трудом ран и ожогов от заклинаний, они устранили оставшихся оборотней. Оборотни были полностью повержены, и двум из них уже было никогда не суждено выть под луной…
Остались сражающиеся маги-Пожиратели. Одного, весьма шустрого, Невилл и Рогозин смогли скрутить, и связать антитрансгрессиоными чарами. А вот второй бился с Джинни…
Неожиданно в бою шальное заклятие ударило неизвестного мага по маске, и та отлетела куда-то в сторону, и перед изумленными тремя друзьями предстало знакомое лицо Рональда Уизли, брата Джинни… Он был весь какой-то неопрятный, грязный, с сальными рыжими патлами и с жиденькой бороденкой.
— Рон? — поразилась она и опустила волшебную палочку.
— Да, сестренка, — лицо брата исказилось от ненависти. — Я…
— Сдавайся, Уизли!
Тут Уизли, совершив жест волшебной палочкой, исчез в завихрениях своей мантии. Рогозин и Невилл, инстинктивно чувствуя, зная, что тот еще не ушел, сгрудились рядом с Джинни…
Но, все же, они не успели понять, откуда…
Кинжал, будто вылетевший из темноты леса, пролетая под рукой Невилла, и чудом его не зацепив, вошел точно в сердце Джинни… Та, с минуту, словно не понимала, что случилось, дотронулась до сочащейся кровью смертельной раны и кинжала. Потом из ее рта хлынула алая кровь и оросила кипельно белый снег…
— Джинни! — взвыл с отчаянием Невилл, ловя медленно оседающее тело своей подруги-девушки, — Джинни! — заорал он изо всех сил, не веря своим глазам. — Джинни!..
Вячеслав, тяжело дыша, в то время, уже успел определись, где скрывается Рон, и одним заклятием смог уложить того в снег. Действуя с яростью, он, вонзив ему со всей своей силы кулак в живот, обездвижил и лишил того сознания проклятием. Палочка Рона перекочевала к нему в руки…
— Слава! — позвал его друг с отчаянием в голосе. — Джинни…
Рогозин, со всех ног, кинулся обратно. Мертвенно-белая Джинни на руках Невилла истекала кровью; снег вокруг уже был буквально пропитан ей… Она задыхалась…
— Джинни, — прошептал он, падая к ней на колени, — Джинни, милая… — Рогозин уже плакал: слезы текли из глаз сами собой. Холод, дикий холод и боль в груди, стали будто бы ощутимее, замораживаю все вокруг. Бессилие в этой ситуации просто оглушало и ослепляло. — Джинии… — он гладил умирающую девушку по волосам.
Невилл весь дрожал как осиновый лист. Лицо было искажено болью…
— Нев, — выдохнула девушка из последних сил, — прости…
Короткая агония — и кончено… Ее глаза остекленели…
— Джинни? — прохрипел парень, все еще не веря, не сводя глаз с ее лица, отчаянно ища признаки жизни, — Джинни? Джинни, очнись, Джинни… Джинни…
— Нев, — тихо проговорил Рогозин, чувствуя как земля под ногами будто бы рушится, — отпусти ее. Все… Она умерла…
— Я не верю! — грубо оборвал его друг, только крепче прижав к себе уже холодеющее юное тело. — Она спит… Она…
— Она умерла! — Вячеслав с трудом заставил его расцепить руки, и дрожащими руками закрыл ей веки. Слезы на щеках превращались в льдинки.
Тело убитой подруги лежало перед ними на снегу.
Невилл, осознав все, взвыл над ее телом словно раненый дикий зверь. Его горестный крик, крик боли, пронзающий каждый миллиметр кожи, разнесся, наверное, на ближайшие несколько километров…
Это был крик отчаяния…
И тот прислонился, плача, к плечу верного друга. Рогозин зарыдал и сам, обхватив Невилла, также не веря в такую смерть…
— Нев, — очень тихо проговорил Рогозин, с трудом вытирая слезы с глаз. Он уже успел доложить о смерти Джинни Уизли. — Нам пора…
Он хотел создать для переноски тела носилки, но Невилл его опередил, подняв ее на руки. Ему сейчас казалось, что девушка практически ничего не весила… Слезы душевной боли струились по лицу, не иссякая.