Царство Сиалы (СИ)

— Скажите, а когда планируется мой следующий выезд на прокачку? — спросила она, стараясь, чтобы голос звучал просто заинтересованно, а не требовательно.
Лаборант слегка вздрогнул, будто она ткнула его чем-то острым, после чего едва заметно ускорил шаг, и не поворачивая головы в сторону девушки ответил:
— Этот вопрос, к сожалению, вне зоны моей компетенции, Елена. Всё что касается вашей прокачки вам следует обсуждать только непосредственно со своим куратором.
  
Лена совсем не просто так получила класс Монарха истины… Она и в обычной то жизни читала людей как открытые книги, а сейчас, после обретения двух «профильных» колец этот её дар существенно окреп и стал сильнее. В момент ответа лаборанта девушка увидела, что ей нагло и беспросветно лгут.
Малейшие подрагивания пальцев, едва уловимое сокращение мышц на лице, ускорение шага… Он совершенно точно знал ответ на поставленный вопрос. Знал, и не хотел, а что более вероятно — получил указание не говорить.
И тут в голове у девушки все странности вчерашнего дня сложились в один устрашающий пазл… Удивлённое, а затем настороженное лицо Грифа, когда она рассказывала ему о развеивании обычных мобов, его пристальный, изучающий взгляд, когда она вышла из очередного данжа, буквально излучая мощь… Его блокнотик, в который он скрупулёзно записывал каждое Ленино слово о «дополнительном» опыте, а так же его внезапную сдержанность в конце дня, серьёзно контрастирующую с первоначальной деловой энергией.
Ледяная волна осознания прокатилась по телу девушки, сменившись горячим жаром осознания и ярости:
«Они боятся!»
Правда была невероятно ослепительной и горькой. Государство, вложившее в неё колоссальные ресурсы, теперь… испугалось того, что получилось. Их идеальный, контролируемый актив начал расти с пугающей, непредсказуемой скоростью, и они стали опасаться, что она выйдет из-под контроля… Что их главное оружие однажды развернётся против своих создателей.
Всепоглощающий гнев захватил всё сознание девушки, напрочь сметая все «правильные» догмы и парадигмы. Как они смеют⁈ Эти трусливые, бюрократические крысы! Они что, не понимают, что ставка в этой игре — не их личная власть, а будущее всей страны? Она — не единственный Абсолют в мире! Пока они будут сдерживать её из страха лишиться своей жалкой власти, их конкуренты в других странах не станут церемониться.
Они выжмут из своих «избранных» всё, чтобы получить решающее преимущество в новой реальности! Их осторожность была не более, чем добровольным самоослеплением и выстрелом в собственную ногу!
В этот момент, пока они приближались к тяжёлым дверям зала брифингов, в Лене что-то окончательно и бесповоротно изменилось. Если они видят в ней угрозу, которую нужно сдерживать, а не меч, который нужно закалять, — что ж, она оправдает их ожидания и станет самой настоящей угрозой. Но не той, о которой они думают.
Она больше не будет пассивным инструментом в чужих руках, и не будет покорно ждать, когда её сочтут достаточно «безопасной», чтобы выдать следующую кроху силы. С этого момента она начинает свою собственную игру.
Спустя несколько минут они подошли к залу брифинга, и дождавшись, пока двери откроются, вошли внутрь. Там, за длинным полированным столом, сидели семеро молодых людей в свежевыданной военной форме. Их лица были бледны, а глаза — округлены от страха и благоговения перед фиолетовым сиянием двух колец под ногами девушки. Офицер, который привёл сюда эту группу, кивнул ей, после чего сказал:
— Группа, перед вами гражданский специалист Соколова, и она поможет вам с принесением клятвы. Все готовы приступить к процедуре?
Лена медленно прошла к своему месту во главе стола, попутно внимательно изучая холодным взглядом всех собравшихся. Спустя некоторое время она села, положила руки на стол, сцепив пальцы, после чего равнодушно сказала:
— Что ж… Если никто не против — я хотела бы приступить…
Мысленно она уже отодвинула предстоящую рутину на второй план, и в настоящий момент её мозг с невероятной скоростью просчитывал все возможные варианты дальнейшего развития событий, и единственный более менее вменяемый вариант, который она придумала, заключался в её пока что единственном навыке.
«Системный контракт»… Они видят в нём лишь средство контроля за ценными кадрами. Инструмент для создания безоговорочно верных слуг. Но что, если его потенциал гораздо шире? Что, если контракт может быть другим? И что, если в самом его условии можно заложить не только обязанности, но и права?
Тонкая, почти невидимая улыбка тронула её губы, от чего офицер, заметивший её, невольно напрягся, почувствовав исходящий от неё внезапный холод.
Игра началась, и Елена Соколова, Монарх истины, отныне была намерена не просто играть по чужим правилам… Она собиралась их переписать, и эти семеро новеньких станут первой ступенькой на пути её возвышения.
Сергей
Слова капитана помогли нам чувствовать себя несколько уверенней, и спустя несколько минут мы уже двигались дальше, настороженно смотря по сторонам, больше не доверяя результатам разведки.
Второй этаж встретил нас длинными, слабо освещёнными коридорами с рядами одинаковых дверей. Запах здесь был ещё более мерзким, чем на первом этаже, с выраженной ноткой разложения, смешанной с запахом ацетона. Стены были покрыты уже не просто подтёками, а целыми наплывами той же слизи, которая временами шевелилась, словно под ней ползали какие-то мелкие твари…
Виурги нападали на нас из самых неожиданных мест. Они выскальзывали из-под коек в палатах, падали из вентиляционных шахт, вылезали из кабинетов врачей… С каждым шагом их становилось всё больше, из-за чего стрельба в узких коридорах и маленьких палатах постепенно превращалась в настоящий хаос.
Я шёл в первых рядах, часто — самым первым. Внутри меня горел огонь, подпитываемый мысленным таймером: 18:22:01… 17:59:59… В спешке я практически утратил инстинкт самосохранения и действовал почти на автомате: короткие очереди в раскрытые пасти, резкие перемещения от укрытия к укрытию, гранаты, брошенные в скопления тварей… Я старался быть везде и предвосхищать угрозы, тем самым сокращая время на раздумья для остальной группы.
Я чувствовал себя настоящим богом войны, вот только, как это часто бывает, излишняя самоуверенность меня подвела в самый неожиданный момент. В один момент я слишком сильно оторвался от остальной группы и услышав шуршание в одной из палат, ни капли не сомневаясь ворвался внутрь, сразу же открывая стрельбу…
Вот только из-за опрокинутой кровати выползли сразу три виурга! Я успел скосить одного, но двое других оказались в метре от меня, и я словно в замедленной съёмке смотрел на жадно раскрывающиеся пасти.
— Серёга, падай! — рявкнул капитан, и как только я без раздумий выполнил этот приказ — надо мной разверзся самый настоящий огненный шквал, который буквально разорвал нападавших тварей.
После этого Попов подошёл ко мне, оттащил за разгрузку к стене, и его лицо при этом имело очень суровое выражение. Он встряхнул меня, и сказал:
— Серёг, слушай сюда… Я вижу, как ты рвёшься показать свою нужность и вижу твою инициативу направленную на то, чтобы как-то оправдать вложенную в тебя эссенцию. Это всё конечно очень хорошо, но то, что ты сейчас делаешь — не смелость, а самое настоящее лихачество.
Ты подставляешь под удар не только себя, но и тех, кто пытается прикрыть твою пылающую жопу. Ты нам нужен живым и с целыми конечностями, усёк? Не геройствуй, и действуй с головой, а не на одном адреналине.
Я кивнул, сглотнув ком в горле. Капитан был чертовски прав, но он не знал истинных причин, которые гонят меня вперёд, и предположил что я просто стараюсь выслужиться… Что ж, пусть будет так…
  
— Так точно, товарищ капитан. Буду осмотрительнее.
После этого мы продолжили зачистку, и в этот раз я действительно старался не увлекаться, но тем не менее не забывал поглощать эссенцию из убитых врагов.
Новое кольцо качалось существенно медленней прошлого, но по сравнению с другими носителями, которые качались исключительно с трупов боссов, даже эта скорость была для меня фантастической.