Безродный (СИ)
В его шкуру тут же воткнулся короткий черный болт, войдя в тушу почти наполовину. Но тварь даже не поморщилась. Неуклюже развернулась и поковыляла в сторону леса, прихрамывая на раненную лапу.
- В голову бей! – раздался крик капитана, - Сука, надо хотя-бы одну завалить!
Руки снова схватились за самострел. Уперли его в доски парапета и рванули тетиву наверх. Ладони снова резанула боль, а одна из заноз, оставленных копьем, как будто вогналась глубже. Срань. Неужели так трудно было выдать перчатки. Рывок, и толстая бычья жила снова уцепилась за крючья спусковика. Разгибаюсь, и пытаюсь передать самострел Вернону, но парень сам сует мне в руки тяжелый короткий болт. Дерьмо. Я ведь не умею…
Трясущиеся пальцы с трудом запихивают снаряд в ложе. Есть. Так, теперь прицелится. Зараза, жаль, тут нет ни целика, ни мушки. Придется на глазок.
- Да шевелись ты! Твари уходят!
Они и вправду уходили. Та, которой болт только попортил шкуру, уже скрылась в лесу. Урод с пробитым плечом очень активно ковылял следом. Под стеной осталась только тварь с раненым глазом, но и она уже поднималась на ноги. Выстрел. Тяжелое древко болта воткнулось в землю в паре ладоней от шкуры трупоеда. Зараза.
Рядом раздался новый щелчок спускового механизма, и на этот раз острие стрел вошло прямо в шкуру раненой суки. Та завыла, но на землю не упала. Развернулась и со всей доступной ей прытью понеслась в сторону леса.
- Ушла сучья проблядь, - бросил капитан, опуская разряженный самострел и устало приваливаясь спиной к бревнам частокола, - Эти раны на них заживут. Они придут снова. И в следующий раз их будет больше, - он сплюнул и посмотрел на меня, - Теперь понимаешь, почему с кладбищем нужно разобраться в первую очередь?
- Угу, - кивнул я, снова натягивая тетиву арбалета. Давалось это все так же трудно, но уж лучше сейчас натрудить руки, чем потом одна из этих уродин мне их оторвет. Вот, только, на что рассчитывает Беррен, все-таки непонятно. Мы сейчас с тремя тварями еле справились. На нашей стороне были преимущества трёх взведенных самострелов и частокола и этого хватило только чтобы отпугнуть уродов и отправить их обратно на кладбище зализывать раны. Что будет, когда мы повстречаем дюжину этих засранцев в чистом поле – представить страшно. Конечно, можно предположить, что днем они плохо видят, или вовсе бояться света солнца, но на такие подарки судьбы я бы не рассчитывал.
Как только тетива встала на место, перед глазами всплыло сообщение:
Навык «Арбалеты» достиг первого уровня. Вы получаете 20 очков опыта. До следующего уровня персонажа осталось 180 очков опыта.
Что ж, неплохо. Может, хоть взводить их будет полегче.
- Капитан, - внезапно раздался голос Вернона, - А вот по поводу свечения, которое превратилось в девушку… Вам она знакомой не показалась?
- Мало ли во что может обратиться морок, - равнодушно пожал плечами Беррен, - Но вообще, ты прав. Она напомнила мне…
Затрубил рог. Его тоскливый, заунывный вой волной раскатился по округе, тут же смешавшись с ревом разъяренного трупоеда. Вот только доносился последний вовсе не из-за частокола.
- Дерьмо, - сплюнул Беррен, опираясь на копьё, как на посох, - Уроды смяли восточный дозор и прорвались внутрь. Бегом на главную площадь!
Приплыли. Одно дело спихивать этих гнид с частокола, другое – выходить на них в открытую, имея при себе только гребаную дубинку.
- Не стой столбом, - рявкнул капитан, ковыляя к лестнице, - Вниз, живо!
Выбора не оставалось. Схватив один из взведенных самострелов и тихо надеясь, что у Вернона ещё остались болты, я рванул к лестнице. И встал, как вкопанный, пытаясь понять, куда бы приладить громоздкое оружие, чтобы оно не мешало спускаться.
- Кидай! - крикнул мне снизу Вернон. Парень оказался на удивление шустрым. Не зря его Беррен гонял.
Сбросив ему самострел и проскочив мимо капитана, я протер сапогами несколько ступенек, а потом просто спрыгнул на землю, чтобы не задерживаться.
- Генри! - крикнул Беррен. Сначала я подумал, что капитану нужно помочь спуститься, и даже поднял для этого руки. Но у него были свои планы на этот счет. Спустя секунду в дорожную пыль с глухим стуком упало его копьё.
- Хватай и бегом на площадь! Самострел мне оставьте!
Медлить и вправду было больше нельзя. Со стороны главной площади уже слышались гулкие удары, сопровождаемые ревом разъяренной твари. Она ломилась в один из домов.
Схватив копьё, я рванул вслед за Верноном.
Площадь была совсем недалеко, и добрались мы туда быстро. Но, к тому моменту дверь, в которую ломилась тварь, уже начала поддаваться натиску. С каждым последующим ударом толстые дубовые доски трещали все сильнее, а на их поверхности оставалось все больше глубоких борозд от бритвенно-острых когтей. У ситуации был ровно один плюс. Урод так увлекся процессом, что даже не заметил нашего появления.
- Сбоку заходи, - тихо шепнул мне Вернон, кивая на тварь, и тут же двинул вперед, явно намереваясь ударить в противоположный фланг.
Ладони внезапно вспотели и стали скользкими. По спине пробежал неприятный холодок. У меня впервые появилась возможность рассмотреть уродливое создание в близи.
От человека у него осталось мало. Только форма изрядно раздувшегося туловища, да пятипалые руки, увенчанные длинными черными когтями. Толстая, ороговевшая шкура была покрыта серыми, а кое-где и синюшно-черными пятнами, которые куда больше подходили бы ожившему трупу, нежели живому существу. Пасть, занимавшая теперь половину морды, была усеяна желтыми, кривыми, но в то же время бритвенно-острыми клыками. Такими очень удобно разрывать мясо трупа. Или плоть все ещё живого и сопротивляющегося существа. Нос был приплюснут, словно кто-то со всей силы заехал по нему лопатой. Но на самом деле он подгнил и начинал проваливаться внутрь черепа, постепенно обнажая две иссохшие носовые пазухи, больше похожие на уродливые раны. Только глаза у существа не изменились. Почти. В них больше не было ни намека на интеллект или сострадание. Налитые кровью и глубоко запавшие в череп они не выражали ничего, кроме животной ярости.
- Давай, - крикнул Вернон, и со всей силы ткнул тварь копьём в бок. Я тут же ударил со своей стороны, вогнав длинный железный наконечник прямо под ребра уроду. Вот только трупоед не упал. И даже не пошатнулся. Раны, которые моментально отправили бы любого человека на тот свет, лишь разозлили скотину.
Тварь взревела, и начала медленно разворачиваться, все больше насаживаясь на копья и увлекая нас за собой. Это длилось долю секунды. Затем она рванулась в противоположную сторону, пытаясь когтями и зубами достать до Вернона. Я от неожиданности чуть не выпустил древко. А вот парень не сплоховал, вогнав копьё ей ещё глубже в живот и, похоже, задев жизненно-важные органы. На несколько мгновений трупоед замер. Потом покачнулся, явно намереваясь завалиться на землю.
Но в следующий миг сука, словно обретя второе дыхание, рванулась уже ко мне. Я отшатнулся. Сделал шаг назад. Другой, когда бритвенно-острые клыки щелкнули прямо у моего лица. Третий. В надежде отодвинуться подальше от этой уродливой, воняющей гнилым мясом морды.
Тварь почувствовав, что хватка ослабла, рванулась вперед и вырвала копьё у меня из рук. Затем, одним мощным движением стряхнула Вернона. Победно взревела, предвкушая скорую трапезу. И тут-же осеклась. Из её левой глазницы торчало толстое древко арбалетного болта.
Секунды промедления хватило, чтобы я снова схватился за замершее древко. То же сделал и Вернон. Мы синхронно рванулись вперед и буквально пришпилили тварь к земле, пробив её тушу чуть ли не насквозь. Но она не сдохла. Лишь начала отчаянно извиваться и размахивать когтистыми лапами, пытаясь достать хоть кого-то из нас. Длилось это недолго. Мгновения.
А затем на её чуть сплющенную, лишенную волос макушку опустился топор, с глухим чавканьем войдя туда почти по бородку. Раздался отчаянный вой, сопровождаемый новым рывком. Но он уже был слишком слабым, чтобы сбросить нас. Ещё один удар. Снова рывок. Тварь попыталась достать меня задней лапой, но её когти лишь полоснули по гамбезону. Третий удар. Трупоед рухнул на землю, и попытался перевернуться на спину. Безуспешно.