Матабар VII (СИ)

Он понимал, что они двигались куда-то на юго-юго-запад, в сторону Танцующего Полуострова, но немного левее. Может быть, к побережью Теплой Бухты, находящейся на севере от острова, напоминавшего по форме стопу человека. А может быть, и к Глубокой Бухте — врезавшейся глубоко внутрь южной береговой линии материка.
Мшистый так и не сказал, ни куда они едут, ни, что важнее, зачем. Арди догадывался, что, возможно, это было как-то связано с Одурдодом Нудским и Лашимом Инаковым, а так же, вероятно, с Дрибой и шерифом Марьяной Сестровой, но… Предположения он мог строить какие угодно и как угодно долго, а истина могла оказаться какой угодно другой.
  
И именно поэтому он так и не смог ответить на вопрос Тесс.
Несколькими днями ранее
Арди повернул ключ и, видят Спящие Духи, он словно воткнул его не в замочную скважину, а внутрь собственного сердца. Меньше двух месяцев прошло с момента, как он вернулся из командировки на Танцующий Полуостров, а теперь уезжал опять.
В лицо ударил запах сдобы и ежевики. Тесс готовила его любимое, с самого детства, блюдо. Этого было достаточно, чтобы Арди, еще прежде, чем увидел рыжеволосую красавицу, узнал ответ на вопрос, получила ли она роль.
Их маленькая квартирка, уютная и теплая, утопала в свете десятка зажженных свеч, на столе, где блестела белоснежным цветом праздничная скатерть, уже стоял горячий ужин. Салат из кореньев для Арда, такой же, но из овощей для Тесс, а в центре пузатый горшочек с душистым рагу из дикого кролика.
Тесс же, что-то радостно напевая, возилась около духовки на кухне.
Ардану казалось, будто ему ударили под дых. Воздух разом выбило из легких, а в голове поселилась неприятная, затягивающая в черноту пустота. Половина его хотела все бросить, спуститься вниз по лестнице и протянуть Мшистому письмо об увольнении.
Хватит с него химер, демонов, детоубийц, безумных ученых, несчастных судеб, исковерканных жизней, Кукловодов, заговоров и интриг. Уже сейчас Ардан чувствовал, что справится без поддержки Черного Дома. Как в случае с заработком, так и в плане исследований Звездной магии.
Но…
Но вторая половина шептала ему на ухо простую, непреложную истину.
Он уже не сможет.
Не сможет так.
Возвращаться вечером к ним с Тесс домой, после исследований, учебы, работы у ан Маниш или их с Баженом пока еще не запущенного в дело аптечного предприятия. Не сможет, зная, что где-то там, за порогом, скрытая в тенях, отбрасываемых самыми яркими огнями Империи, крадется, подбираясь все ближе, самая настоящая Тьма. Вечно голодная, холодная и абсолютно непроглядная.
Ардан с детства не любил приключений. Он обожал теплый уголок, спокойствие, тишину и компанию интересной книги. Желательно о Звездной магии или искусстве Эан’Хане. Но в равной степени он не мог оставаться в стороне, когда кто-то где-то просил его помощи. А этот зов, с каждым годом, с каждым месяцем, неделей и даже днем, становился лишь отчетливее.
Спящие Духи… ну почему все именно так.
— Ох, Арди! Наконец-то ты вернулся! — выкрикнула Тесс, явно услышав скрип половицы под ногами жениха. — У меня просто сумасшедшая новость! Представляешь, меня…
С грацией кошки, парящей пташкой она вылетела из кухни в переднике, с косынкой на волосах и руками, заляпанными черничным вареньем и мукой.
Она так и не договорила. Застыла прямо посреди их гостиной, если так можно было назвать миниатюрную комнату.
Радостная, озорная улыбка на лице Тесс слегка померкла, уголки губ опустились и, вскоре, она смотрела на него… по-прежнему с улыбкой, но уже как-то другой. Такой, что, скорее, улыбалась с ностальгией и теплой грустью не только ему, а и самой себе.
Ардан так ничего и не сказал.
Тесс, вытерев руки о передник, босыми ногами прошла в коридор и, подойдя к жениху, крепко обняла, прижимаясь к груди.
— А я все думала, — тихим шепотом, будто боясь, что кто-то сможет их услышать и испортить пусть даже такой краткий момент близости. — когда и мне придется одной есть праздничный ужин… у тебя совсем нет времени?
Ей не пришлось уточнять, что она уже видела подобные сцены. В собственном детстве. Когда отец Тесс — Рейш Орман, генерал-губернатор Шамтура, возвращался домой на праздник, чтобы исчезнуть в ночи уже спустя несколько часов. А может, и минут.
— Четверть часа, — так же тихо прошептал Ардан. Он положил щеку на огненную макушку и прижал так сильно, будто хотел забрать с собой её кусочек. Или, хотя бы, частичку запаха весенних цветов, распускавшихся у ручья.
— Куда едешь?
Ардан не смог ответить. Он попросту не знал.
— Много вещей с собой брать?
— На две недели.
Тесс кивнула.
Они так и продолжили стоять. Секундные стрелки на часах со щелканьем каблуков солдатского строя бежали по циферблату, а они все стояли. Дышали друг другом и старались не думать о том, что за порогом прихожей, за подоконниками окон, за стенами их маленькой квартиры был другой мир. Мир, который, отчего-то, каждый раз с упорством барана отказывался их подождать. Хотя бы еще чуть-чуть. Хотя бы еще пару минут.
— Тебя взяли на роль? — спросил Арди, когда Тесс отстранилась и направилась в их спальню помочь жениху собрать походный саквояж.
— Расскажу, когда вернешься, — с напускной игривостью, скрывающей легкую грусть, ответила Тесс.
Они молча собрали вещи. Только самое необходимое. Спина к спине, порой прерываясь на короткие объятья, а затем вновь внутрь полок шкафа и недр сундуков.
Вскоре Ардан уже стоял на пороге. В костюме, осеннем пальто, в зеленом походном плаще мага на плечах, с посохом и саквояжем в руках.
Они молча смотрели друг другу в глаза, читая в них все, что хотели бы сказать, но на что не хватало времени.
— Ты тогда иди… — проводя ладонью по его щеке, произнесла Тесс, повторяя их, уже ставшую привычной, фразу. — И возвращайся скорее… Я буду ждать.
— Да, — в который раз повторил Арди, вдыхая запах её кожи. — Я скоро вернусь.
Ардан вышел за дверь, спустился по лестнице и, буквально пролетев через заполненный « Брюс», вышел на улицу. Он так и не обернулся. Так и не посмотрел на все еще горящие окна на последнем этаже дома двадцать три по каналу Маркова.
Потому что знал, что стоит ему это сделать, и та, немного тщедушная половина его души, одержит верх. А еще, наверное, теперь он точно знал, почему отец, каждый раз уходя на обход Алькадских простор, тоже никогда не оборачивался.
Наши дни
Поезд, отряхнувшись усталым конем, остановился посреди окруженных лесом травяных холмов, темными волнами уходящих в сторону сразу двух бухт. Над небольшим городком, застывшим посреди просторов безмолвных долин, зависло давящее небо. Черным мрамором, упавшим откуда-то из недр бескрайнего космоса, где одинокие звезды, разделенные невообразимыми для разума далями, метали лучи света куда-то вдаль. Хоть куда-нибудь. Хоть кому-нибудь. Чтобы их могли…
— Не стой столбом, маг, — буркнули позади Арда.
Тот встрепенулся и, скидывая с себя наваждение шепота изнанки мира, спустился по приставной деревянной лестнице на утоптанную, песчаную дорогу.
Никакого перрона в миниатюрном городке, сам собой возникшем вокруг одиноко стоящей железнодорожной станции, не имелось. Здесь, в целом, кроме самой станции, каменным маяком, возвышающимся посреди желтеющих волн холмистых долин, больше ничего и не имелось.
Главная улица, вдоль которой выстроились рядами одинокие деревянные домики с единственной каменной гостиницей, и, по-совместительству, салуном, баром и оружейным магазином. Конюшня стояла напротив, а рядом с ней — отделение шерифа и церковь. Будто их построили в первую очередь, а все остальное поселенцы возвели уже по мере обживания.
  
Из-за растущей урбанизации Метрополии и постоянного прибытия все новых жителей столицы, столице требовалось все больше пахотных земель, мяса и воды. И если с последним успешно справлялись оба рукава Ньювы, то вот с пропитанием возникали проблемы.