Матабар VII (СИ)

Здание имело строго прямоугольную форму, так что, по логике, этаж должен был дробиться на четыре секции по количеству углов. Но вместо этого коридор делил пространство ровно пополам.
Вооружившись ключом, ступая по тому, что вполне можно было спутать с убранством лучших частных клубов и ресторанов Центрального Района, Арди с Миларом дошли до нужной двери.
— Соседей опрашивать будем? — спросил Ардан, пока капитан тщательно осматривал замочную скважину.
  
— Здесь? — насмешливо фыркнул Милар. — Чтобы нам тут же заявили, что разговаривать будут только в присутствии семейного юриста и священника?
— А зачем священника?
— А чтобы сразу все свои грехи отмолить, Ард, — явно довольный своей шуткой, усмехнулся Милар. — С замком все в порядке. Не вскрывали. Что с магией?
Ардан прикрыл глаза и доверился своим ощущениям Говорящего.
— Здание разделено на четыре секции по десять этажей, каждая находится под сложной системой щитов, — резюмировал Арди. — Комната генерации на техническом этаже. Все по высшему разряду.
— Ард, я очень рад, что ты у нас теперь ходячий Лей-детектор, но мне бы хотелось какой-то конкретики, — прищурился капитан Пнев.
— Ничего из того, что повлияло бы на нашу с тобой работу, — выдохнул Ардан. — Но, в случае чего, я не смогу наколдовать ничего с нагрузкой выше трех Красных лучей. Щиты не позволят.
И в данном нюансе заключалась одна из немаловажных причин, почему Звездные Маги крайне редко селились в Новом Городе. Не потому, что им очень хотелось колдовать у себя дома — вовсе нет, но сам факт осознания, что ты не можешь использовать свои звезды, доставлял немалый дискомфорт.
А из-за плотной, высокотехнологичной высотной застройки все здания Нового Города в целях безопасности по закону были обязаны возводить подобную систему щитов (что и сделало Звездных инженеров и Специалистов по Щитовым Чарам настолько востребованными и высокооплачиваемыми специальностями Звездного спектра).
— Понял, — кивнул Милар.
Капитан повернул ключ в замочной скважине. Дверь бесшумно провернула ухоженные петли, и напарники вошли внутрь просторной прихожей, вполне достойной, чтобы заменить кому-нибудь гостиную в Старом Городе.
По последнему слову домашней моды, здесь утопленные в стену шкафы блестели лаком на поверхности округлых дверей. У двери, как и положено, обнаружилась урна для зонтиков, только не из алюминия, а из отделочного камня. Ворсистый коврик, призванный бороться с сезонной слякотью и грязью, действительно поменяли лишь недавно.
Капитан протянул руку и щелкнул выключателем. На высоком, почти трехметровом потолке вспыхнули лампы.
— Выглядит… обычно, что ли, — немного разочарованно произнес Милар.
И действительно. За исключением внушительных габаритов, пространство, открывавшееся из прихожей, без коридора вливавшейся в вытянутую, громадную гостиную, ничем особым не впечатляло. Разве что окна без всяких подоконников вытягивались от потолка и до пола.
— Интересно, где спрятано отопление, — задумчиво протянул Милар, проходя внутрь.
Гостиная, вытягиваясь почти на два десятка метров, насчитывала шестнадцать окон, из которых открывался вид на проспект и… другие небоскребы, сверкавшие в ночи просыпавшимися с неба звездами. Искусственными. Неживыми. И совсем не такими, к каким Арди привык в Алькаде.
— Ну, и что мы тут должны найти? — Милар с размаху плюхнулся на широченный диван и схватил с кофейного столика газету. — Выпуск старый… её тут неделю не было.
— Не знаю, Милар, — честно ответил Ардан. — Госпожа Шприц сказала, что встретит меня в «Брюсе» в указанное время.
— А если не встретит? — Милар отложил газету и, поднявшись, направился в сторону кухни, отгороженной от гостиной не стеной, а массивным дубовым обеденным столом.
— Ничего, — развел руками Арди, отошедший к неприметной двери, спрятанной под теми же монохромными обоями.
Потянув за себя, Ардан оказался в кабинете. Письменный стол. Железный, явно старенький, местами побежденный ржавчиной архив. Деревянный стул на деревянных же роликах. Пробковая доска с приколотыми к ней газетными вырезками, фотографиями, какими-то записками.
Подойдя ближе и пробежавшись взглядом по предмету изучения госпожи Шприц, Ардан заметил, что большая часть заметок так или иначе имели отношение к Гильдии Охотников.
На столе же, рядом с кипой бумаг, блокнотов и множества карандашей, стояла старенькая, затертая фотография на плотной желтой бумаге. С неё на Арда смотрел мужчина средних лет, в котором угадывались черты лица госпожи Шприц.
Её отец.
Из кухни, через всю гостиную, донесся голос Милара:
— Тогда почему мы здесь, а не в гостях этого… как его…
Ардан, уже собираясь выходить из кабинета, запнулся взглядом об одну из этикеток на ящичке архива. Подойдя ближе, юноша выдвинул жестяную полку, но изнутри, кроме пыли и мелкой паутинки, на него посмотрела разве что осиротевшая пустота.
Задвигая обратно, Арди застыл на мгновение, после чего, отгибая прижимную скобку, вытащил этикетку и, развернув, прочитал с обратной стороны.
— Господин маг! — гаркнул Милар, отрывая Арда от размышлений. — До тебя, Вечные Ангелы, не докричишься. Нашел что-то?
— Милар, нам надо… — начал было отвечать Арди, как резко замер.
Замер и, прижав ладонь ко рту Милара, с силой ударил посохом по распределительной коробке, расположенной между архивом и окном. Серебристые искры осыпались на посох сверкающим дождем, а лампы над головой моргнули, и свет погас.
Милар, подняв брови, кивнул и отодвинул ладонь Арда от своего лица. Следующим движением капитан аккуратно расстегнул кобуру и вытащил револьвер.
Ардан же, прикрывая дверь так, чтобы осталась щелочка, прислушался. До его нечеловеческого нюха донесся запах, который никоим образом не мог принадлежать местным жителям.
Те пахли цветочными и ягодными духами, выделанной кожей и шерстью, деньгами и роскошью, а никак не порохом и недорогим алкоголем. И, самое странное, запах доносился не со стороны лифта, где смешался бы с прочими ароматами, а с лестниц, принося с собой резкое амбре чистящей химии уборщиков.
Следом за запахом, утопая в высоком ворсе ковров, глухим стуком зазвучали деревянные каблуки рабочих ботинок. К ним, судя по глубине звука и величине пауз, двигалось несколько крепких и далеко не маленьких мужчин.
Милар, разумеется, ничего не слышал и не чувствовал, но капитан уже давно привык доверять Арду, когда тот вел себя подобным образом. Тем более, в данный момент ноздри Арда раздулись, зрачки вытянулись длинными веретенами, а уши дергались, как у собаки.
— Если материалы не здесь, то нам придется что-то придумать, — прозвучал первый, немного шероховатый, как не обструганная доска, голос.
— Здесь, — ответил ему второй. Свистящий и хрипящий. Такие остаются после перенесенной чахотки. — Иначе ей конец. Шприц должна это понимать.
— Лучше бы сразу прикончили, — произнес третий. Самый мягкий и гладкий из всех.
Всего по шагам Ардан насчитал пятерых, но еще двое хранили молчание.
— Известную журналистку? Отличная мысль, Калеб. Просто замечательная, — с издевкой прокомментировал «Доска».
— Она все равно не жилец, — возразил Калеб. — Ей не дадут уйти.
— Именно поэтому мы отвезем её в Предместья и бросим на какой-нибудь особенно неприятный стационарный щит, — сипло и хрипло прошипел «Чахотка». — Пусть потом в газетах напишут не что «таинственным образом погибла известная журналистка», а « акула пера, как и любопытная кошка, стала жертвой собственного любопы…» Вечные Ангелы. Почему мы вообще это обсуждаем?
  
Арди почувствовал на спине недоумевающий взгляд Милара, но сейчас не тот момент, чтобы вдаваться в подробности о том, как сильно влияли Звездная магия и искусство Эан’Хане друг на друга и насколько могущественнее стал Взгляд Ведьмы юноши.
Без всякого лязганья и щелчков открылся замок на входной двери, явно давая понять, что неизвестные пользовались вовсе не отмычками, а ключами.