Гарри Поттер и новая семья. Первый курс (СИ)

Он вздохнул, натянул на ногу несчастный кроссовок, затолкал мокрую форму в сумку и, подхватив метлу, направился к выходу. Праздник в их общежитии уже наверняка в самом разгаре, и друзья, должно быть, гадают, куда он запропастился.
Льющий с неба ледяной дождь произвел на Гарри отрезвляющий эффект. С трудом добравшись по раскисшей земле до сарая, он поставил метлу в стойку и начал вытирать ее от влаги.
  
— В-в-вы хотели поговорить н-н-аедине, С-С-Северус?
Гарри замер от неожиданности. Голос Квиррелла доносился из-за тонкой стены так отчетливо, словно он находился прямо рядом с ним.
— О да, это очень личный разговор, — услышал он голос Снейпа. — Школьникам не стоит слышать о философском камне. Итак, Квиррелл, вы уже узнали, как пройти мимо этого трехголового зверя?
Ответ профессора защиты Гарри не расслышал, видимо, собеседники немного отошли от сарая. Затаив дыхание, он сделал несколько шагов вперед и приложил ухо к стене, стараясь разобрать, о чем они говорят.
— Вам не нужен такой враг, как я, — услышал он угрожающий голос Снейпа.
— Я н-н-не... н-н-не... н-н-не п-п-понимаю, о ч-чем в-вы... — по голосу Квиррелла было ясно, что он вот-вот грохнется в обморок.
— Вы прекрасно знаете, о чем я говорю... — голос Снейпа снова стал тише, и Гарри смог разобрать лишь окончание фразы, — ...насчет ваших фокусов. Я жду.
— Н-но я н-не... — запротестовал Квиррелл.
— Вам следует решить, кому вы храните верность...
Больше Гарри не смог ничего расслышать, но и того, что он узнал, было вполне достаточно.
— Ну что, госпожа адвокат, все еще думаешь, что Снейп — невинная овечка? — Гарри и представить себе не мог, что Гермиона может быть настолько язвительной. — Он зло! Он с самого начала ведет себя, как настоящее зло! Он хотел убить Гарри, он хочет украсть камень...
Элин выглядела обескураженной. Она не любила признавать поражение и тщетно пыталась найти хоть какой-то аргумент против, но сделать это было очень и очень сложно. Нельзя было трактовать подслушанный Гарри разговор иначе, как намерение Снейпа пройти через защиту.
— Почему Гарри смог их услышать? — произнесла, наконец, она. — Есть же заклинания от подслушивания, Снейп мог ими воспользоваться. И почему они решили поговорить возле сарая с метлами именно в тот момент, когда там находился Гарри?
— Ты просто не хочешь признать, что была не права, — сердито произнесла Гермиона. — Не нужно усложнять там, где все просто!
— Не нужно упрощать там, где все сложно! — в тон ей ответила Элин.
— Эй, не ругайтесь! — Гарри встал между девочками, не на шутку испугавшись, что они сейчас поссорятся, и ему придется выбирать, на чью сторону встать.
— Мы не ругаемся, — улыбнулась ему Элин, — мы дискутируем.
— Вот вечно ты какие-то слова подбираешь, которые все с ног на голову ставят, — насупилась Гермиона.
— Слова важны, — Элин пожала плечами, — но если ты настаиваешь... Хорошо, мы ругаемся. Гарри, отойди, пожалуйста, сейчас мы немножко покричим друг на друга, потом подеремся и оттаскаем друг дружку за волосы, а потом будем долго плакать и мириться...
Гермиона не выдержала и рассмеялась.
— Давай все же пропустим тот момент с дракой и перейдем сразу к примирению?
— Как скажешь, — Элин подсела поближе к подруге и обняла ее за плечи. — Знаешь, наверное, ты все же права, а я просто детективов пересмотрела. Только я думаю, что Квиррелл тоже не так прост, как кажется. Снейп явно запугивает его не в первый раз, а он до сих пор держится. И будет держаться еще долго... Наверное.
========== Глава 12. Драконья ловушка ==========
Март — апрель 1992 года
Как ни странно, Элин оказалась права. Прошли март и апрель, Квиррелл все бледнел и съеживался, но сдаваться явно не спешил. Зато характер Снейпа с каждым днем становился все несноснее, и что еще хуже, Гарри стал подозревать, что профессор специально преследует их компанию, видимо, как-то поняв, что им известно о его попытках завладеть камнем. Куда бы ни шли ребята, они постоянно натыкались на фигуру в черном, злобно следящую за ними. Гермиона даже предлагала временно прекратить их тренировки, чтобы не нарваться на штраф, но Элин категорически от этого отказалась.
— Если он нас поймает, мы скажем, что директор в курсе наших занятий, — отвечала она на все уговоры. — И это будет почти правда, а если Снейп нам не поверит, пусть спрашивает у Дамблдора.
В свободное от тренировок время Элин также пыталась найти ответы на свои вопросы, но результаты были более чем скромными. И не то, чтобы информация о Николасе Фламеле была недоступной, вовсе нет. Проблема была в том, что ее было слишком много, причем каждый прочитанный Элин источник опровергал остальные. Все писатели сходились только в одном: Фламель действительно был великим алхимиком и в начале XV века действительно создал философский камень.
Зато обо всем прочем каждый автор готов был до хрипоты спорить со своими оппонентами. Кто-то считал Фламеля алчным негодяем, живущим в роскоши и тайно раздающим эликсир жизни сильным мира сего (правда, непонятно, в обмен на что именно и с какой целью). А кто-то наоборот, утверждал, что Фламель чрезвычайно скромен и живет затворником. И хотя таких авторов было меньше, но зато среди них были те немногие, кто упоминался в справочниках в качестве соавторов великого алхимика и, вероятно, лично его знал.
Не было ясности и в том, что же такое, собственно, философский камень? По всеобщему мнению, с его помощью можно было создать эликсир жизни. Но даже вторая особенность — преобразование металлов в золото — уже вызывала споры. Одни говорили, что золото появляется в процессе создания самого камня (этот процесс часто называли «великим деланием»), другие — что золото лишь побочный продукт при производстве эликсира жизни. Третьи же полагали, что это не что иное, как миф, вызванный всего лишь присущей людям алчностью.
Неизвестно также было, каким образом и в каком объеме производился эликсир жизни и мог ли им воспользоваться кто-то, кроме создателя. Элин после некоторых раздумий все же пришла к выводу, что эликсир подходит не только Фламелю — почти все источники говорили, что алхимик вот уже шесть сотен лет счастливо живет со своей женой. Хотя, с другой стороны, Перренелла Фламель под руководством мужа могла создать и свой собственный камень...
Покончив с книгами, Элин перешла к общению с портретами и призраками, но тут ее постигло жестокое разочарование. Большинство из тех, кого она спрашивала, не могли сообщить ничего, о чем она сама уже не знала, и лишь несколько портретов, принадлежащих известным алхимикам, могли знать больше. Увы, но именно они при первых же вопросах настораживались и замыкались в себе, в лучшем случае отделываясь общими фразами.
Лишь один из портретов позволил себе немного откровенности.
— Послушай, девочка, не стоит вскрывать эту тему, — выговаривал он Элин. — Ты молодая, шутливая, тебе все легко. Это не то. Это не Темный лорд и даже не архивы Визенгамота. Сюда лучше не лезть, серьезно, ты пожалеешь. Лучше закрой эту тему и забудь все, о чем прочитала.
После Фламеля Элин перешла к Снейпу, но и тут не смогла выяснить почти ничего. Хагрид не мог рассказать ничего, кроме того, что она уже знала, подойти к другим преподавателям она не решилась, а из справочников и периодики узнала лишь, что Снейп поступил в Хогвартс в 1971 году одновременно с родителями Гарри, окончил его в 1978 и спустя три года стал профессором зельеварения, сменив на этом посту ушедшего на пенсию профессора Горация Слагхорна. Девочка также выяснила, что в «Зельеварении сегодня» и «Вестнике алхимии» регулярно выходили его статьи, в которых она могла понять процентов десять текста. Но ни о его личной жизни, ни о том, чем он занимался с 1978 по 1981 год, она узнать так и не смогла.
  
В отчаянии Элин принялась расспрашивать одноклассников, и вот тут ей неожиданно повезло. Сьюзен Боунс смогла вспомнить, что когда она во время каникул рассказывала семье про школу и упомянула придирки Снейпа, ее тетя шепотом сказала что-то вроде «недобитый пожиратель». Поскольку упомянутая тетя возглавляла Департамент магического правопорядка, Элин отнеслась к ее словам предельно серьезно и сразу же полезла в судебную хронику десятилетней давности. Она действительно нашла имя Снейпа в описании одного из процессов, однако рядом с ним стояла пометка «Дело рассмотрено в особом порядке, обвиняемый оправдан по всем пунктам. Информация засекречена». Тупик.