Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 (СИ)

Очнулся я лежа на кушетке, чувствуя сильную слабость, головокружение и дичайшую головную боль. Бывает такое состояние, так голова болит, что аж тошнит. Вот у меня было что-то примерно в этом роде.
Геллер сидел рядом в новой нелепой футболке, на этот раз с персонажем собакой из популярного мультфильма. Он задумчиво прихлебывал из кружки с двумя торчащими из нее нитками с бумажными ярлычками на конце и чертил что-то на листе бумаги. Рядом с маэстро на полу валялись несколько скомканных чертежей, похожих на работу абстракциониста. Увидев, что я очнулся, он протянул мне вторую кружку, еще исходящую паром и приказным тоном заявил:
  
— Пейте, Алексей. Вам это сейчас нужно.
— Простите, маэстро, но от вашего чая мне станет только хуже. Я и так едва сдерживаюсь, чтобы не блевануть, простите за подробности.
— Это не чай. Кое-какие травки и сушеные грибы. На вкус, кстати, все равно отвратно. Но страдания от магического отката облегчит. Или вы пьете, или я вызываю скорую. Потерять клиента в самом начале исследования я не хочу.
— Хорошо. Давайте ваш волшебный отвар, маэстро. — Я попытался сесть, и комната повернулась по диагонали, как будто я был внутри диковинной центрифуги.
«Кай! Дай мне изображение с импланта. Сгенерируй адекватную картину реальности в ДР. Зрительные нервы пока заблокируй».
«Секунду. Готово. Пользуйся на здоровье».
Я все же сел и протянул руку к изображению кружки. Ощутил теплую керамическую поверхность и поднес ее ко рту. Запах был вовсе не отвратительным. Пахло действительно странной смесью трав и прочих ингредиентов.
— Залпом! — Сказал Геллер, увидев, что я подношу кружку ко рту. — Первый раз большую порцию. Потом минуту подождите и допейте остатки маленькими глотками.
На вкус жидкость оказалась горькой. Первый глоток комком провалился в желудок. Однако спустя минуту тошнота стихла, а по телу начало разливаться приятное жжение. Я допил отвар мелкими глотками, поставил кружку на стол и попросил Кая отключить визуализацию.
Комната все еще слегка плыла в восприятии, но уже не пыталась сделать неожиданный кульбит при каждом повороте головы. Головная боль уменьшилась до приемлемой.
— Что скажете, маэстро? — Хрипловатым голосом произнес я.
— Первое, что необходимо сделать, — это определить блок, отвечающий за регистрацию внешнего вмешательства, и нейтрализовать его. Задача сложная, но подъемная. Иначе дальнейшие исследования будут сопряжены для вас, Алексей, с большими рисками. Печать настолько интегрировалась в вашу энергосистему, что может убить или покалечить вас, даже если изначально воздействие было задумано, как предупреждение. Мне кажется, блок я нашел. Сейчас пытаюсь закрепить на бумаге схему взаимосвязей, которые успел заметить, пока нас с вами не вышибло наружу. Потом построю объемную нейромодель. Протестирую способы блокировки. И только потом попробуем на живом, пока еще примере. Хе-хе. Простите.
— Сколько это займет времени?
— Сутки? Неделю? Я не знаю. В норме три, четыре дня. Вы уверены, что все это стоит таких рисков? Может, обратитесь к более сильному ритуалисту?
— Нет, спасибо. Я вам вполне доверяю. При работе с печатями важна не сила, а точность манипуляций. Вы были очень аккуратны, я оценил.
— Я вас чуть не угробил, между прочим. Вы помните, что контроль пространства на вас. Не надо дожидаться, когда нас вышвырнет. Можно не доводить до крайности, как сегодня. Надеюсь, что у печати нет блока «запоминания», и она мое вмешательство в следующий раз будет оценивать заново.
Он вздохнул, снова отхлебнул свой химозный чай. Вообще, Геллер тоже был немного человек-загадка. У него на кухне стояла дорогущая кухонная техника. Я просто не так давно выбирал ее для себя, и такой стоимости модели позволить себе не мог. При этом дурацкий чай. Любой маг, даже если почти не развивал восприятие, все равно чувствует острее обычного человека. Маскарад этот и странная комната для посетителей. Он намного более умелый специалист, чем пытается показать. А в «эфире» про него нет вообще ничего. Кроме рекламы вот этой вот консультации. По крайней мере, Кай ничего не нашел.
— Сегодня еще все равно будет ощущаться слабость, и голова будет болеть. — Проинформировал он меня.
— Хорошо, что у меня сегодня выходной. — Ответил я, пробуя встать. Получилось. — Я пойду, пожалуй.
— Да, да. Где дверь, знаете. — Ответил он, снова склоняясь над листом бумаги. — И плату за сегодняшний сеанс не забудьте. Пятьсот. И я бы, на вашем месте, к целителю сходил.
Недешево нынче обследования внутреннего мира обходятся. Но, благодаря трофеям с «синицы» я смогу себе позволить такие траты. По крайней мере, я надеюсь на это. А без целителя я как-нибудь обойдусь.
Уважаемые читатели, е сли книга нравится — поставьте лайк, напишите содержательный комментарий.
 Глава 42 
 Трофеи 
Звонок сержанта застал меня за просмотром информации по личному архиву. Кай сделал все, как я просил. Структурировал документы, вытащив намеки из переписки с отцом и матерью. В результате я получил ряд зашифрованных посланий, которые мог бы понять только сейчас. Впрочем, состояние у меня было не самое лучшее для расшифровки документов. Меня все еще штормило. Виски ломило, хвост отваливался. Так что вызову от Ветра я был даже рад.
— Здорово благородие-на. — Жизнерадостно поприветствовал меня Ветер. — Как жисть молодая?
— Неплохо. Хотя могла быть и лучше. А ты, зачем такой оживленный? Плохое что случилось?
— И вовсе нет-на. Наоборот, хорошее. Наши трофеи почистили. Ну и у нас право выбора есть. Понял, Боярин?
— Прости, я сегодня туго соображаю. Ты мне-то зачем звонишь?
— Ну привет, приехали, благородие. А кто будет трофеи отбирать-на? Я чель? Так я наотбираю-на. Давай бери свою свистоперделку и лети в участок. Если завтра пойдем, там половины уже недосчитаемся. Снабженцы с других районов налетят, как коршуны-на. Право выбора у нас из того, что есть, понял?
— Сначала не понял, а вот теперь, как понял. Понял-на. Когда надо подъехать, Олег?
— Вот ты вредный-на. Пойду к логопеду этому, а то каждое встречное благородие надо мной простодырым потешается. Короч, чем раньше, тем лучше. Я тебя уже здесь жду. И не сказать, что моя супруга этим довольна. Понял-на, Боярин?
— Усек! Свистоперделку под задницу и полетел! Скоро буду.
— То-то-на! — Довольным тоном произнес Ветер и отключился.
Мне иногда кажется, что он эти свои «на» вставляет, просто чтобы позлить окружающих.
Через полчаса я поднялся на лифте из гаража участка. Ветер, ждавший меня в комнате группы, подскочил поближе и, заглянув в глаза, заявил:
— Чего-то ты, Боярин, выглядишь как-то не очень. Краше в гроб кладут-на. Глаза красные, как у упыря. А кожа бледная. Че, отравление словил?
— Нет, Ветер. Не отравление, а откат. Не обращай внимания. Завтра буду, как новенький. Это я сегодня «удачно» на обследование сходил. — Слово «удачно» я заключил в кавычки пальцами обеих рук. — Куда мы сейчас?
— Щас дежурную «буханку» возьмем и сгоняем на промежуточный склад-на. Пойдем, я уже договорился.
По дороге Ветер разъяснил мне политику распределения трофеев после «синицы».
— Там смотри, Боярин, какая схема. Все сваливается в общую кучу по категориям-на. «Леденцы» отдельно, «звезды» отдельно, «камушки» отдельно, ну и все в таком духе. Наше участие оценивается в определенную сумму. И каждая категория стоит своих денег, ну чутка подороже цены скупки. Мы нашу общую сумму выбираем или деньгами, или отдельными трофеями. Раньше, мы с ребятами сразу брали деньги. Возни с реализацией много-на. А выгода от перепродажи такая-себе. А теперь у нас ты появился. И можешь отобрать самые ценные шурушки из кучи. Даже если их продать, а не на развитие пустить, все равно выгода будет. Понял-на?
  
— Схема интересная. А трофей из пятерки был? — Спросил я, не без содрогания вспоминая гигантского паука.