Изгой рода Орловых: Ликвидатор 2 (СИ)

Когда мы начали снижение, пилот по внутренней связи спросил:
— Сразу к складу летим, командир? Или как?
— Давай-ка, кружок сделай над этими мудовищами-на, — скомандовал Ветер. — Надо глянуть местность сверху, на всякий случай. Затем сажай перед управой. Надо его благородие Волкова десантировать. А затем уже и к складу полетим.
Сверху Ендовище выглядело не очень гостеприимно. Начать с того, что в двух местах к небу поднимались столбы дыма. Один обычный, а вот второй густой, жирный. Так горит разлившаяся нефть или скопление дряни. Массовые отравления в поселке гарантированы. Если учесть, что целителей так близко к земле калачом не заманишь, дела у местных совсем плохи.
  
— Что там горит? — спросил сержант, напряженно глядя на экран. — Чую неспроста-на пожар-то случился.
— Первый пожар, это какой-то скворечник (многоквартирный дом, стоящий на опорах). А вот второй, кажется, аккурат ваш склад полыхал. Какие указания?
— Все, как решили-на. Облет. Управа. Склад. Возможно придется у управы задержаться слегонца.
Сверху Ендовище выглядело не очень гостеприимно
Облет показал, что на улицах поселка, помимо пожаров, наблюдаются большие скопления местных. Одно из них как раз возле управы, второе — вокруг горящего жилого дома. Пилот выдал на экран несколько кадров с большим увеличением. Пожар никто не тушил. Люди просто стояли вокруг полыхающей многоэтажки и тупо таращились на пиршество пламени. Странно. Это все-таки уездный центр. Пожарная команда в нем, по идее, должна быть.
— Командир, — доложил пилот, с тревогой в голосе, заставляя машину зависнуть над площадью. — Здесь внизу толпа, могу покалечить кого-нибудь при посадке.
— Сажай, я сказал-на! Просто медленно. Можешь пушки раскрутить свои. Кто не сбежит, тот, значит, мля, сам себе тупой земец.
— Давай, Серега! Поработай за естественный отбор! — подбодрил пилота Красавчик.
Добрые они. Коллеги мои. Человеколюбивые.
Пилот ювелирно посадил многотонную махину глайдера, практически вплотную к зданию управы. Садящийся глайдер, бьющий под себя струями воздуха, с недвусмысленно крутящимися роторами шестистволок произвел на местных эффект ведра холодной воды. Даже целого бассейна. Толпа с площади, к моменту, когда мы выскочили наружу, практически рассосалась.
Мы все были снаряжены в «малые комплекты ликвидаторов». Особенных трудностей на этом выезде не ожидалось, но в целом для местных мы выглядели, наверное, как инопланетные вторженцы.
— Сергей, двигатели не глушить, — приказал Ветер. — Будь готов взлететь в любой момент. — И обращаясь к Волкову, — Вы точно уверены, что хотите остаться в управе чаи гонять, ваше благородие. Как-то тут людно. И беспокойно-на.
— С исправником и управителем все равно нужно поговорить, — рассудительно ответил Волков. — Но оставаться я, пожалуй, не буду. Меня вполне устроит глайдер. Он выглядит достаточно надежным.
На крыльцо управы выскочил полицейский чин в мундире исправника. Вид местный представитель полицмейстера имел растрепанный и ошалелый. Фуражку он то ли оставил в помещении, то ли где-то потерял. Один из рукавов мундира был надорван. Сама форма была покрыта грязными разводами, как будто исправник катался по земле. Под глазом наливался багровый бланш.
— Господа, — закричал он высоким голосом. — Вы из Лисок? — не угадал я ни с Бобровым, ни с Борисоглебском. — Почему вас так мало? У нас здесь дрянь знает, что твориться! Форменный бунт! Самоуправство! Управитель сбежал, подлец. Губернаторских людей вылавливают по поселку и избивают! А вы кто, собственно?
Под конец пламенной речи он осознал, что герб на борту не принадлежит Лискам и вообще боярский, и что стоящие перед ним вооруженные люди одеты, мягко говоря, не как полицейский спецназ.
— Титулярный советник Волков. Управление ликвидации аномалий, — сократил название нашего ведомства Орин. — Мы прибыли, чтобы разобраться с проблемой склада, на котором нечисть завелась. Барон Фурсов должен был предупредить.
— А! Ликвидаторы! С самого Воронежу? Знаете, что, господа. Заходите в здание. Нечего нам на улице делать. Здесь иногда постреливать начали.
Ничего себе у них здесь дела творятся. Постреливают, значит. По зданию управы. Очень любопытный поворот сюжета. Сержант выразился в том же ключе, но короче:
— Постреливают? Ну ох…ть теперь!
Мы все зашли в управу. Волков принялся расспрашивать исправника, а я погрузился мыслями в свое последнее видение. Вот что делать? Не могу же я назначить себя телохранителем Красавчика? Зачем неведомый некто шлет мне эти предупреждения о чужой судьбе. И что значит повторяющийся сюжет видения? Головная боль одна, а не сверхспособность!
Краем уха слушал, о чем говорят Орин с исправником. Собственно обстановка от той, что описывал нам его милость Фурсов, отличалась радикально. Нет, барон нам не соврал. Просто за то время, что прошло с нашего разговора, в Ендовище произошло столько событий, сколько обычно за несколько лет в этом сонном уездном городке не приключалось.
После появления «пугающего места» в виде склада контрабанды, и нападений неведомой зверушки на местных обывателей, атмосфера в городке стала накаляться. Помимо всего прочего, подверглись порче солидные запасы продовольствия на местных складах и в магазинах. В том числе был подчистую уничтожен семенной фонд будущей посевной, фонд не поселка, а всего уезда. Неизвестные твари проникали в хорошо запертые и даже заклятые магами помещения и приносили с собой порчу дряни.
Аборигены требовали от властей решительных действий, а те, скорее всего, надеясь на барона и его партнера, ограничивались обещаниями светлого будущего и общими фразами. Исправник выставил возле склада полицейский пост, и тем все «решительные меры» местных властей по устранению угрозы и ограничились. Начальник уезда даже губернским властям не доложил о случившихся инцидентах.
Несмотря на «принятые меры» тварь разорвала еще несколько человек. В народе постепенно начала зреть паника, пополам с бунтарскими настроениями. Верхи мол не могут, значит, низы им покажут кузькину мать.
А этой ночью тварь разгулялась уже на полную катушку. Разорвала на куски тот самый полицейский наряд, беспечно выставленный в ночное время. После этого она проникла в скворечник, который сейчас полыхал ярким пламенем, и устроила там массовую резню. Какой-то умник полез на нее с паяльной лампой. Видимо, слышал, что твари дряни боятся огня. Тварь откусила ему голову, а лампа, судя по всему, явилась причиной пожара.
У местных было какое-никакое оружие, так что тварь они, в конце концов, отогнали. И так раздухарились, что побежали за ней следом. Тварь нырнула в дыру в земле возле пресловутого склада. Народ увидел порванный в мелкие лоскуты полицейский наряд, и тут окончательно взыграло ретивое!
Склад подожгли.
Сунувшийся было запрещать, не пущать и наводить порядок исправник получил по морде и благоразумно ретировался в управу.
Приехавшая тушить склад пожарная команда с огнем справилась, но вся поголовно потравилась ядовитым дымом от гнезда. Как и еще примерно сотня земцев, большая часть из которых к настоящему времени уже умерли.
  
Связи с губернией или даже соседним городом нет.
Электричество внезапно отключилось во всем городке еще вчера.
Уездный начальник сбежал с парочкой прихвостней в неизвестном направлении.
Предводитель дворянства стал одним из зачинщиков бунта.
Когда прибыли мы, народ уже собрался линчевать остаток уездных властей, которых в управе насчитывалось пятнадцать человек. Сам исправник, оставшиеся на службе четверо городовых, и гражданский персонал управы и телефонной станции. В основном женщины в годах.