Сердца, горящие в сумерках. Часть вторая. Богиня и Дракон

– А я его нет!
– Вы разберетесь.
Она мягко улыбнулась и протянула мне конверт, тот самый, который писала в начале встречи.
– Передай это Серафу. Лично. Никому, кроме него.
– Обещаю, – ответила я, бережно принимая письмо.
– Ты возвращаешься к семье, Элисия. Надеюсь, земля и ветер услышат мои молитвы и сделают ваш путь лёгким.
– Спасибо, – прошептала я.
Мы поднялись одновременно. Сатти положила руку мне на плечо и слегка сжала его.
  
– Пойдём. Пора ужинать. И заодно… – её губы скривились в лукавой улыбке, – сообщить Заерии приятную новость. Он, наверное, уже успел отдохнуть после дороги.
– Он ещё не знает? – моё сердце замерло.
– Нет, – её голос был лёгок, как шелест листвы. – Но сейчас узнает.
Внутри у меня всё сжалось. Мне не нужно было быть провидицей, чтобы предугадать: это известие его точно не обрадует.
 
Глава 9
 
Заерия
Я проснулся позже, чем собирался. Слишком поздно. Сквозь тяжёлый полог сна и вязкую пустоту внутри, я разлепил глаза и бросил взгляд на часы. До ужина оставалось не более часа. За окном вечер уже полностью вступил в свои права – чёрное, почти осязаемое небо медленно затягивало вершины Драконьих гор. Я чувствовал эту ночь кожей, как груз, как камень на груди.
Сон не принёс облегчения. Только отголоски боли и смутные образы – обрывки видений, чьи голоса звучали так, будто кто-то звал меня по имени с другой стороны реальности.
Я встал и вышел на балкон, облокотившись о перила. Над горами висела луна – тонкая, призрачная, как взгляд того, кто видит всё, но не вмешивается. Она наблюдала за этим миром с равнодушием древнего божества, которому нет дела до наших страданий.
В дверь постучали. Я не ответил, но это не остановило стучавшего. Спустя миг в комнату вошёл Айгел.
Мой племянник. Сын моего брата, и при этом почти мой ровесник. На его лице растянулась улыбка.
– Что ты такой весёлый? – бросил я через плечо, натягивая рубашку, направляясь в ванную чтобы умыться.
– Рад, что ты снова с нами, – с искренней лёгкостью ответил он, падая в старое кресло – то самое, что когда-то стояло в кабинете отца. Я забрал его, когда он исчез. Странно, что, вернувшись, он не потребовал его обратно. Возможно, это было его молчаливое одобрение… или равнодушие. Я не знал, и не хотел думать об этом.
Я взглянул на Айгела – и кивнул в сторону. Он всё понял без слов и, не споря, пересел на диван рядом.
– Сатти просила, чтобы ты пришёл на ужин, – сказал он, подбирая тон почти дипломатический. – Она хочет обсудить то, что произошло в Полярисе.
– Что тебе известно?
– Ничего. – Он поднял руки в жесте, напоминающем капитуляцию. – Я только передаю сообщение. Но… ты ведь познакомился с Сэмом и Амаэль? Легендарные полубоги, тут все о них говорят.
Я фыркнул, обжигая слова, как раскалённый металл.
– Познакомился. И не заметил в них ничего, что стоило бы восхищения. Силы у них много, да. Но ведут себя так, как и все полубоги. Напыщенные и высокомерные. Ты знал, что эта девчонка, что чуть не свалилась с оврага тоже из их семьи, что он сестра Амаэль?
Он замер. Я видел, как изменилось его лицо – исчезла лёгкость, и тут же сменилась разочарованием. Или, быть может, обидой. Но он сдержался.
– Да, но тут это тайна, открытая только избранным. И не говори так про ее семью, Заерия, – тихо, но твёрдо произнёс он. – Ей это будет как минимум не приятно.
Я пожал плечами и принялся за воду. Она была холодной, но легко согрелась от прикосновения моей магии.
– А почему я должен учитывать чувства этой девочки-полубога? Она такая же, как и все они.
Айгел встал. Его взгляд стал прямым, тяжёлым. В нём было что-то новое – не мальчишеское, а взрослое.
– Нет. Ты не знаешь ее, так что держи свое мнение при себе!
– И какого черта что она здесь делает? Я не помню, чтобы хоть кто-то из детей богов хоть раз посещал Финтраэль.
– Твоя мать. – Его голос был слишком глухим от еле сдерживаемой ярости. – Сатти, она пригласила ее. Это был единственный способ… – Он запнулся не желая продолжать.
– Сделать что? Излечить ее от лихорадки божественного лицемерия…
Я даже не досказал – и всё вокруг вздрогнуло от взрыва косяка рядом со мной – кулак Айгела пробил камень, оставив в стене дыру. Осколки медленно оседали на пол. Я молча смотрел на него, удивлённый.
– Какого дьявола… Айгел?
Он не извинился. Только стоял, тяжело дыша. Лицо было искажено гневом. Его кулаки сжимались, костяшки побелели.
– Хватит. – Его голос был ледяным. – Ты судишь ее без причины. Клеймишь, только за происхождение. Я помню другого тебя. А теперь вижу лишь злобного придурка.
– Похоже, кто-то влюбился, – бросил я в ответ, испытывая его предел.
– Не твоё дело. – Он шагнул ко мне, и мы поравнялись, в его взгляде была гроза. – Но, если ты хоть раз обидишь Элисию, я встану на ее сторону. Мы все станем на ее защиту, если потребуется.
– Конечно. Моя семья снова выбрала не меня. Кто бы мог подумать…
Я сказал это спокойно, но внутри всё горело. Злость распирала меня, глухо стучала в висках, будто буря собиралась внутри. Айгел отвернулся. И вышел, громко хлопнув дверью.
А я остался.
Один, среди тишины, разбитой и пыльной.
На ужин я пришёл поздно. Привести в порядок мысли оказалось труднее, чем залечить рану. Когда я вошёл в столовую, все взгляды уже были устремлены к центру стола. Ужин был в скромной компании. Мать – во главе, как ей и подобает, хоть она и не любит церемоний. По правую руку – Сшива, улыбчивая и внимательная, что всегда не соответствовало ее готовности начертать использовать клинки при любом удобном случае. По левую – Ностра, ровная, как острие копья. Рядом с ней – она.
Элисия.
Она выглядела… по-человечески. Усталая, с задумчивым взглядом. Я заметил, как она вздрогнула, когда я вошёл, едва заметно, но это оставило внутри меня неприятный осадок.
Единственное свободное место было рядом с ней – и я сразу понял, что это ловушка.
Мама сделала это намеренно. Не иначе.
Я заставил себя сесть, но сдвинул стул чуть дальше, чем нужно. Она заметила. В её взгляде отразились и удивление, и ярость, как будто я только что ударил её. Я пожал плечами. Мне нечего было сказать.
Я не желал прикасаться к ней. Даже случайно.
– Спасибо что пришел, Заерия. – спокойно произнесла мать. – Ты смог отдохнуть?
– Да, немного.
– Это хорошо. – Она кивнула и вернулась к еде.
Я положил себе кусок баранины и овощи в сливочном соусе и тоже принялся за еду.
–Ты летал туда и обратно, братец – весело начала Ностра – Это уже прогресс! Хочешь я потренирую тебя, а то похоже у тебя практики было не много.
Я бросил на нее взгляд, а она лишь мягко улыбнулась отчего стала сильно похожа на мать.
– Мам, ну хватит уже нагнетать, что случилось в Полярисе? – Сшива всегда была самой нетерпеливой среди нас.
Сатти отложила вилку и выпрямилась. Смертельная тишина повисла над столом.
– Ангелос…, младшую дочь Агаты – убили.
Сшива и Ностра сразу стали серьезными. А вот Айгел смотрел на Элисию, его рука потянулась через стол, и он положил свою ладонь на ее руку.
Ностра тоже протянула руку и мягко коснулась плеча девушки.
– Мне жаль, Лис, – сказала она тихо. – Очень жаль.
Элисия только кивнула. Без слов.
– Отец считает, что Темный вернулся и что-то может случиться или уже случилось с богами. – Продолжила мама. – И если это так…
– То миру придёт конец, – мрачно закончил я, даже не дослушав.
– Ты прав, – она посмотрела на меня с тревогой. – Потому что некому будет поддерживать равновесие.
  
– Но вы с отцом могли бы…
Девчонка повернулась и посмотрела на меня, но в ее глазах был интерес, а не упрек, как я ожидал.
– Мы не сможем, даже если бы захотели. Они создали жизнь, создали нас.