Стратегия (ЛП)

- Малыш... Мне так жаль. - Я делаю еще один шаг вперед.
Но он отходит задом наперед, его лицо все еще серьезно. Сожаление пронизывает меня.
- Ты хоть представляешь, что это сделало со мной, - выдыхает он. - Услышать это от кого-то постороннего? Потому что, позволь сказать, ни один чертов человек на поле не знал, что ты отдала деньги на благотворительность. Они смотрели на меня, как на огромного простофилю, пиздец, как смешно.
  
Дерьмо. Я не подумала, что затянула между тем, как попросила денег и тем, как дала интервью, которое выходит в эфир где-то как раз в данный момент.
- Мне очень жаль, Итан. Ты прав. Мне следовало предупредить тебя. Я не подумала. Просто... Я хотела освободить нас. Мне нужно было забрать ветер с их паруса. Взять деньги отдать их на благотворительность от твоего имени? Что теперь все скажут о нас?
Он напряженно выдыхает.
- Ладно, хорошо. Но мы должны были сделать это вместе.
Я отрывисто киваю, страдая от происходящего.
- Прости.
Итан невесело смеется, наклоняя голову назад, чтобы несколько раз моргнуть, глядя в потолок.
- Боже. Ты просто подставила мне подножку, Фи. Меня втянули в это вслепую.
- Итан...
- Знаю, - говорит он, почти рыча. - Тебе жаль. Ты не этого хотела. - Он смотрит на меня, и в его глазах нет радости. - Поверь, я пытаюсь смириться. Но ты была моей безопасной гаванью, Фи. Тем человеком, о действиях которого я никогда не должен был переживать... - Он выплевывает ругательства и разворачивается, словно не может на меня смотреть.
- Ты тоже моя безопасная гавань, - говорю я, сдерживая рыдания. - Я запуталась. Никогда не собиралась тебя ранить. Я не думала...
- Нет, - орет он, - ты не думала.
Эмоции ударяют меня в грудь, и я срываюсь.
- Черт побери, Итан. Ты тоже меня ранил! Это не твои обнаженные фото заполнили интернет. Не тебя называли шлюхой и не твое тело обсуждали гребаные преследователи!
- Ты думаешь, я не знаю этого? - Он делает шаг ко мне, пока румянец распространяется по его шее. - Думаешь, меня на хрен не тошнит от того, что я этому виной? Ты знаешь, что это так.
- Тогда не ругай меня за то, что наконец взяла контроль над ситуацией! Потому что твоя "без комментариев" позиция на фиг не помогала.
Он замирает и хмурится, словно видит меня впервые.
- Дерьмо, так ты поступила таким образом, потому что злилась на меня?
Весь воздух покидает мои легкие. Я практически задыхаюсь, когда шагаю назад.
- Ты только что произнес это? Ты только что, черт возьми, меня обвинил? Иди на хрен, Итан!
Его лицо искажается.
- Не трави всех собак на меня. Я поставил под сомнения твои мотивы.
- Значит, ты не винишь во всем меня? - кричу в ответ, поднимая палец вверх. - Я понимаю, что облажалась. Понимаю, что ты злишься. Но у тебя нет права...
- Нет права? - Его выражение сейчас реально дикое, зубы обнажены, мускулы напряжены. - Потому что я спокойный, здравомыслящий Декс? Парень, который принимает удар и возвращается в норму без жалоб? Ну, слишком на хрен хреново. Я зол. И сожалею, если это тебя оскорбляет, но я не собираюсь брать свои слова обратно. Пока что нет. Пока что, на фиг, нет, Фиона!
Я ненавижу, как мое имя звучит сейчас с его уст - не с благоговением, а с проклятием.
- Я не хотела тебя ранить, - шепчу я.
Его подбородок задирается вверх.
- Знаю. Знаю, ты не собиралась, но... блядь. - Он начинает метаться из стороны в сторону, его руки хватаются за голову, тянут за волосы, которые теперь не такие длинные как обычно.
От беспокойства его шаги становятся резкими, руки нервно шарят туда-сюда.
- Знаю. Я просто. К черту. Я не могу... - Он глубоко вдыхает и еще раз.
Я вижу момент, когда он теряет остатки контроля, словно плотина, которая больше не в силах выдерживать напор воды. Он трескается, издавая долгий прерывистый крик.
- Блядь! - Декс ударяет боком кулака о кирпичную стену. - Блядь, блядь, блядь! - Каждое ругательство следует за ударом.
- Итан. Успокойся...
- Нет! - кричит он на меня, его взгляд прикован к стене. Слой пота покрывает его кожу, поблескивая на бицепсах. - Нет. Мне пиздец как надоело всегда вести себя рационально! Ладно, угадай что? С меня хватит.
Его голос становится громче с каждым словом, доходя до крайней точки.
- Я зол. На все. Я просто... пиздец, как зол, Фи!
Ясно.
Я прикусываю губу, ощущая наворачивающиеся слезы. Не только из-за случившегося сегодня. А и из-за всего, что было до этого. Из-за того, что Итан никогда не позволял себе отпустить эмоции до сегодняшнего дня.
Издавая гортанный рык, он поворачивается, срывая одну из своих картин со стены. Она взлетает в воздух, паря, словно коробка пиццы, а затем врезаясь в дальнюю стену, так что трескается рама.
Я могу лишь молча стоять, пока он кричит, его голос полон боли и ярости. Он ударяет кулаком о край тяжелого деревянного шкафа, разделяющего гостиную и читальный уголок.
- Просто... ебаное дерьмо!
Книги рассыпаются по всей комнате, пока он быстро швыряет их.
Я всегда гадала, каково было бы для Итана слететь с катушек. Теперь знаю.
И это разбивает мне сердце. Потому что понимаю, его ярость сейчас - выражение боли, глубокой душевной боли, которая не находит иного выхода, как сжигать, испепелять и насиловать.
Всхлип разочарования вырывается с его груди, и Итан наваливается на книжный шкаф. На секунду, я думаю, что он успокоился.
Ужасный рев вырывается из него, и его мышцы бугрятся, когда парень отталкивается от шкафа, который крепится к полу. Вся конструкция скрепит, угрожая развалиться.
- Итан, - кричу я. - Осторожно...
Но слишком поздно. Массивный шкаф кренится слишком быстро и разбивается о пол с такой силой, что дом дрожит. Я отпрыгиваю, прижимаясь к стене, пока осколки разбитой керамики, безделушек и книги разлетаются во все стороны.
Это до чертиков меня пугает. Знаю, он никогда бы меня не ранил, но базовое насилие акта содрогает мои кости.
Он стоит там, его мышцы напряжены, грудь вздымается. Несколько раз Итан моргает, словно прочищая мысли, но сумасшедший взгляд так и не покидает его глаза.
- Ладно, - говорю, едва дыша. - Вот так.
Я поворачиваюсь, хватаю свою сумку и пальто с крючка.
- Фи! - крик Итана растекается по моей коже. - Если выйдешь через эту дверь... - Я не слышу остаток предложения, потому что уже захлопываю дверь за собой.
Декс
КРАСНЫЙ ТУМАН, ЧТО клубился перед глазами, сдувает захлопывающаяся дверь. Слишком долго я просто смотрю в пустое пространство, которое обычно занимала Фиона, пытаясь понять, что, черт побери, случилось. И затем все то, что сделал, доходит до меня, словно слепой снаряд. Мое дыхание выходит из легких со свистом, и я с трудом его снова восстанавливаю.
- Фи! - бросаюсь вперед, спотыкаясь о дурацкий книжный шкаф. - Дерьмо. Дерьмо!
Перепрыгивая по ходу, я пробираюсь через беспорядок.
Дерьмо, я такой мудак. У меня случился неконтролируемый приступ гнева, и сейчас я до чертиков ее напугал. Выражение в ее глазах отражало ужас. И это все из-за меня.
Я распахиваю дверь и бросаюсь вниз по лестнице.
- Фи! Я ее не вижу, но она не могла уйти далеко.
На улице идет дождь, падая большими каплями. Я мгновенно промокаю, мое зрение размывается, так как вода заливает глаза. Я вытираю лицо, осматривая мрачный двор.
Пустота.
Крича ее имя, бегу к гаражу. Ее там нет. Как и в студии.
Мое сердце колотится, страх и сожаление сжимают грудь. Я знал, когда увидел ее мучительный взгляд, что Фи не хотела ранить меня, ранить нас. И все равно сорвался.
  
Я сказал ужасные вещи, испугал ее. Думаю о разрушенной у нее на глазах гостиной и ощущаю тошноту.
Упираясь руками о мокрые колени, я пытаюсь дышать, думать о том, где она может быть. Меня озаряет догадка, что она может быть вышла через парадные двери. Но улица темная и пустая, за исключение одинокого, сгорбленного бездомного вдали, блуждающего между баков с мусором, его фигура черная на фоне туманного света фонаря.