Аквилон. Маг воды. Том 4 (СИ)

— Подавай корзинки, — скомандовал я, перешагивая через борт.
У лодки Елена Павловна оглядела наш скромный набор провизии с видом полководца, обнаружившего, что его армию сократили втрое и распустили по домам.
— И это всё? — она смотрела на меня с таким видом, словно я обрёк всю компанию на голодную смерть.
— Копчёная рыба, варёные яйца, жареная курица, овощи, бутерброды, пирожки с яйцом, рисом и мясом, хлеб, квас, — более чем достаточно в дорогу, — заверил я.
  
— Может, запеканочку?
— Нет.
— Огурчики малосольные? Хоть одну баночку?
— Елена Павловна…
Она вздохнула, но тут же оживилась и сунула мне в руки ещё один кулёк.
— Это лично для Наденьки! Пирожки с творогом, ей понравилось, я видела!
Спорить было бессмысленно. Я принял кулёк и передал Федьке.
— Берегите себя, — Елена Павловна вдруг посерьёзнела. — И девочку эту берегите. И Ивана Петровича. И сами там… осторожнее.
— Всё будет хорошо, — пообещал я, отталкиваясь от причала.
Мощно, басовито заработал движитель. Шесть русалочьих камней ожили, заиграли голубоватым светом. Катер плавно отошёл от пристани.
— Не простудитесь! — крикнула вслед Елена Павловна, махая платочком. — И не купайтесь в холодной воде! И ешьте вовремя!
Её напутствия ещё долго неслись нам вслед, пока катер не свернул за поворот канала.
Капля плыла рядом с катером, время от времени выпрыгивая из воды.
«Машет-машет!» — заметила она. — «Зачем машет? Мы же не видим!»
«Прощается».
«А! Капля тоже помашет!»
И она поплыла на спине, активно размахивая всеми четырьмя лапками вслед остающемуся позади причалу.
* * *
Пристань Волнова встретила нас привычной утренней суетой. Торговки уже раскладывали свежую рыбу на прилавках, рыбаки неподалеку чинили сети, а сам Иван Петрович стоял на причале сурово смоля свою трубку с видом адмирала перед дальним походом. Большой саквояж у его ног говорил о серьёзных приготовлениях. На нём была его лучшая жилетка — та самая, что он надевал на переговоры с Добролюбовым в самом начале нашего знакомства.
— А, вот и вы! — загудел Волнов, едва мы причалили. — Всё любуюсь на эту красоту! Добролюбов, прав, что его подарил. Такому катеру простор нужен, а не у причала киснуть. Сгнил бы у него без дела.
Он прошелся вдоль борта, присвистывая от восхищения, хотя видел его уже вчера.
— Шесть камней, и все поют как соловьи! Как ты это делаешь?
— Профессиональный секрет, — улыбнулся я.
Действительно, вчера первым делом вернувшись домой, я занялся настройкой камней в движетеле. Плетение бывшего владельца было грубым, я провозился с ним даже дольше, чем если бы обрабатывал камни с нуля. Где-то пришлось поправлять косо проведённые силовые линии, а в других местах заново переделывать весь рисунок.
Но зато результат того стоил. Если бы я сейчас вышел состязаться с катером Кузьмича, то обогнал его на половину дистанции без всяких манёвров.
Федька тяжело вздохнул, слушая Волнова. Больше всего ему бы сейчас хотелось отправиться в поездку с нами.
Старый лодочник уже занёс ногу, чтобы перебраться в катер, когда его за рукав схватил Митька.
— Иван Петрович! — затараторил мальчишка. — А как же пристань? А если кто лодку захочет взять? А деньги куда складывать?
Волнов застыл с поднятой ногой, потом медленно опустил её обратно на причал.
— Тьфу ты, чёрт полосатый! — он почесал затылок. — Придётся закрывать на три дня. А то ты тут без меня такого наворотишь…
— Позвольте предложение, — вмешался я. — Федька может остаться помочь. Он знает работу пристани, толковый парень.
Федька резко выпрямился. В глазах моего ученика читалось столько гордости, словно его только что произвели в генералы.
— Федька? — Волнов окинул его оценивающим взглядом. — Молодой ещё…
— Зато исполнительный, — добавил я. — И ответственный, и с Митькой они сработаются.
Митька смотрел на Волнова с мольбой во взгляде. Три дня простоя означали для него три дня без денег. Волнов перевёл взгляд с одного мальчишки на другого, потом расплылся в улыбке.
— А что? Идея-то недурная! Эй, Федька, поди сюда!
Следующие пять минут Волнов с увлечением инструктировал своего временного заместителя. Он тыкал пальцем в разные стороны, показывая, где какие лодки стоят, сколько за них брать, как проверять исправность движителей.
— … и главное, — Волнов грозно ткнул Федьке пальцем в грудь, — деньги считай правильно! Сдачу давай точно! И без оплаты — ни одной лодки! С вас выщитаю потом, черти полосатые!
— Не подведу, Иван Петрович! — Федька старательно кивал на каждое указание.
— И за семёркой приглядывай особо, — добавил Волнов, садясь наконец в катер. — Она хоть и старая, но камни там отличные. Не продешеви!
Митька уже потащил Федьку показывать, где лежит тетрадь учёта. Мы отчалили, оставив двух мальчишек разбираться в премудростях лодочного бизнеса.
«Плывем⁈ Уже плывем?» — булькала Капля, кружа вокруг катера.
Ей не терпелось отправиться в путешествие.
«Скоро поплывем. Надо ещё Надю забрать».
«Надя! Надя хорошая!» — одобрила Капля.
Через несколько минут мы причалили у её клиники. Оказалось, что она снимает комнату в том же доме, в мансарде. Надя уже ждала на крыльце — в практичном дорожном платье тёмно-синего цвета, с небольшой сумкой в руках. Волосы она убрала под соломенную шляпку — разумное решение для путешествия под летним солнцем.
— Доброе утро! — она спустилась к причалу лёгкой походкой. — Не опоздала?
— Как раз вовремя, — я подал ей руку, помогая перебраться в катер. — Прошу, устраивайтесь поудобнее. Места у нас теперь предостаточно!
Надя устроилась на одном из диванчиков, поставив сумку под сиденье.
— Какая роскошь! — она окинула взглядом просторный катер. — А диванчики-то какие мягкие!
— Не то, что наше первое совместное плаванье, — улыбнулся я, вспомнив про каюту третьего класса.
— В нём тоже были приятные моменты, — поддержала меня она. — Я была уверена, что эти взрывы шампанского — ваших рук дело.
Я развёл руками, мол каюсь, всё ради пользы дела.
— Вы так мило беседуете, — хитро распушил усы Волнов, — может и присядете рядом? А я бы порулил, моё дело маленькое…
— Погонять охота? Иван Петрович? — догадался я.
— Охота! — согласился лодочник. — Когда еще доведётся такое удовольствие.
— Ну так, пожалуйста.
Я освободил своё место, пересаживаясь на другой диванчик, напротив Нади.
Волнов взялся за рычаг, и с мечтательным выражением тут же прибавил скорости.
Капля плыла рядом, время от времени подныривая под катер и выныривая с другой стороны.
«Ой-ой! Быстро! Капля устала!» — весело забулькала она.
«Можешь держаться за борт, если устанешь», — мысленно засмеялся я.
Капля тут же сделала три быстрых круга вокруг катера, выпрыгивая из воды.
«Капля пошутила! Капля быстрая! Смотри-смотри!»
Городские каналы остались позади. Впереди расстилалась широкая река, сверкающая под утренним солнцем как расплавленное серебро. Волнов с видимым удовольствием вырулил на середину по широкой дуге и решительно прибавил ходу.
— Эх, давно я не выбирался из города! — он глубоко вдохнул речной воздух. — Хорошо-то как! На пристани всё одно и то же — лодки туда, лодки сюда, денежки в кассу. А тут — простор!
— Вы часто раньше путешествовали? — спросила Надя.
— В молодости — постоянно! — Волнов явно обрадовался возможности поговорить. — Я ж боцманом на бронеходе служил, все Южные моря исходил. А потом на берег списался, осел в Синеозёрске, лодки купил… Вот так и превратился из морского волка в портового кота.
  
— Не жалеете? — спросила Надя.
— Иногда жалею, — честно признался Волнов. — Особенно когда вижу, как молодые вроде вас в приключения пускаются. Но с другой стороны — дело есть, стабильность. Не всем же по волнам скитаться.
Надя сняла шляпку, подставляя лицо свежему ветру. Несколько прядей выбились из её причёски и развевались, как золотистые флаги.