Квест в стране грёз (СИ)

Из темноты им навстречу выступила внушительная фигура в форменном полицейском дождевике.
— Вы куда? Сюда нельзя.
Фигура старалась говорить внушительным басом, но чувствовалось, что она принадлежит зеленому еще юноше.
— Мое удостоверение, — сухо произнес Капитан, раскрывая перед постовым выбранную ранее корочку.
— Я… э-э-э… может, огоньку найдется? Не вижу ничего.
— Майор? — бросил Капитан через плечо.
Стас выдвинулся вперед.
— Да, товарищ следователь! — нотки подобострастия в его голосе были настолько натуральными, что прошли бы любую проверку на детекторе лжи.
— Посвети, — распорядился Капитан.
Щелкнул фонарик, высветив удостоверение и заодно настороженные глаза постового.
Всмотревшись в корочку, он отступил в сторону и козырнул.
— Проходите, товарищ следователь.
— Где тело?
— Вот там, чуть левее.
— Дознаватели уже здесь?
— Нет еще, один медэксперт.
— А кто остальные?
— Это патруль. Ну, который нашел… э-э-э, тело.
Оперативники двинулись дальше.
Почти дойдя до каменистого берега, на который набегали, одна за другой, невидимые в темноте, но, судя по звуку, некрупные волны, Капитан остановился и огляделся по сторонам.
— Это, что ли, арматурный завод?
Сбоку и впереди, вдоль берега реки протянулись темные коробки заводских корпусов. Лишь кое-где пространство между ними освещалось тусклыми маломощными лампами.
— Если верить карте, это он, — подтвердил Стас.
— Похоже, арматура никому нынче не нужна, — заметил Капитан.
— Да, территория выглядит заброшенной, — согласился Стас.
Сзади к ним приблизился человек в очках с тонкой роговой оправой.
— Вы кто?
Капитан молча протянул удостоверение. Стас посветил фонариком.
— Вот как? — судя по голосу, человек сильно удивился. — А что вы?… Простите… Я — судмедэксперт.
Капитан благосклонно кивнул.
— Хорошо. Вы нам понадобитесь. Мы хотим осмотреть тело.
Человек в очках засуетился.
— Да, конечно, конечно. Сюда, пожалуйста.
Он затрусил вперед. Стас с Капитаном пошел за ним.
Крупная волна плеснула о берег, окатив им ноги холодными брызгами.
3
Выше линии прибоя, но не намного, лишь на какой-то метр, лежало то, что недавно было живым человеком.
В момент смерти агент Алекс — настоящее имя которого, конечно же, было совсем другим — был одет в дорогой темно-синий костюм, белую рубашку и шелковый галстук сложной серо-голубой раскраски. Сейчас, пропитавшись водой, костюм выглядел черным, рубашка пожелтела, и один лишь галстук сохранял все тот же респектабельный вид. На правой ноге и трупа почему-то не было, как на левой, ни черного полуботинка, ни даже носка.
Но это выглядело лишь незначительным диссонансом, не слишком оскорбляющим торжественное и всепобеждающее присутствие смерти. И лишь когда они сделали последний шаг, подойдя к телу почти вплотную, стало видно то, что не замечалось раньше — левой руки у трупа не было. Точнее, вместо руки присутствовал обрубок: что-то отсекло предплечье чуть ниже локтя, отсекло вместе с рукавами пиджака и рубашки.
Яркое пятно фонаря замерло на обрубке. Капитан автоматически отметил, что пятно лежит неподвижно, без малейших признаков дрожи. Старший оперативник команды явно контролировал сейчас свои эмоции, а значит — и ситуацию в целом.
— Руку нашли? — осведомился Стас скучным и потому немного страшноватым голосом.
— Нет, э-э-э… не нашли.
Судмедэксперт только что не извинился за проявленную халатность.
— Так-так, — процедил Стас. — А чем это его, по-вашему? Топором?
— Ни в коем случае. Уж явно не топором.
Начав говорить о конкретных деталях, медэксперт почувствовал себя уверенней. Он извлек из нагрудного кармана круглые очки в тонкой металлической оправе и нацепил их на нос, сразу став похожим на располневшего и изрядно постаревшего Гарри Поттера.
— Вот, посмотрите. — Он присел на корточки и двумя пальцами приподнял ткань на рукаве пиджака.
Капитан наклонился, внимательно всматриваясь.
— Срез? — уточнил он с вежливой заинтересованностью.
 
— Да-да, он самый, — закивал «Гарри Поттер». — Это видно невооруженным взглядом. Характер среза указывает на то, что произведен он очень острым предметом. О том же самом говорят нам и ткани руки на поперечном разрезе. Никакого сдавливания, характерного для удара топором, пусть даже очень острым. Срез такой, будто произведен он правленой бритвой.
Стас скептически хмыкнул.
Капитан заинтересованным взглядом повернулся к эксперту.
— А что, это возможно — так вот, бритвой?
«Гарри Поттер» пожал узкими, но пухлыми плечиками.
— В принципе, может, и возможно, но в данном случае речь идет не о бритве.
— О чем тогда?
— О каком-то колюще-рубящим оружии. Сабля, например, или, возможно, меч.
Брови Капитана чуть приподнялись.
— Откуда такая уверенность?
— А вот, посмотрите.
Два пухлых пальчика эксперта перепорхнули на лацкан пиджака. Приподняли его, оттянули в сторону.
На равномерном грязно-желтом фоне некогда белой рубашки обнаружилось овальное пятно бурого цвета, с довольно четко очерченными краями.
— Его убили прямым уколом в сердце. Длина разреза, — пальцами другой руки он раздвинул взрезанную материю рубашки, демонстрируя рану, — три с половиной сантиметра. Для обычного ножа это слишком широкое лезвие. Вероятно, клинок этого оружия был и значительно длиннее, чем у ножа.
Капитан благосклонно кивнул, давая понять, что впечатлен безупречной логикой «Гарри Поттера».
Эта благосклонность заметно оживила поттерское красноречие.
— Судя по характеру ранения, он умер мгновенно. Сердце остановилось сразу, а вместе с ним кровообращение. А потом его убийца вытащил меч из груди, взмахнул снова и — раз! — отрубил руку.
— Почему? — бесцеремонно и все с той же скукой перебил его Стас.
— Что э-э-э… почему? — переспросил «Поттер».
— Зачем он отсек ему руку, если убитый и так уже был трупом?
Эксперт неуверенно повел пухлыми плечиками.
— Ну, э-э-э… Кто же это может точно знать? Может, убитый держал в руке оружие. Может, нападавший действовал в состоянии аффекта. А возможно, просто нанес страхующий удар, что-то аналогичное контрольному выстрелу.
Стас снова скептически хмыкнул.
Капитан уточнил:
— А не мог ли убийца сначала отрубить руку, а потом добить ударом в сердце?
«Гарри Поттер» с подчеркнутой уверенностью покачал головой.
— Нет, это практически исключено. В таком случае открылось бы обширное кровотечение. Пострадавший даже за короткое время потерял бы значительный объем крови. Но этого не произошло. Состояние кожных покровов, — видите эти пятна? — указывает, что основная часть крови осталась в организме. А ее обилие в подкожных тканях указывает на то, что поверхностные кровеносные сосуды в момент смерти были расширены. Вероятно, смерть наступила в помещении с достаточно высокой температурой. Во всяком случае, не под открытым небом.
Капитан задумчиво потер подбородок.
— Получается, убийца вытащил труп из помещения, дотащил до берега и сбросил в воду, в надежде, что течение утащит его вниз по реке, за пределы города…
По круглому лицу «Поттера» скользнула хитроватая усмешка.
— Это, знаете ли, очень распространенная ошибка. Обыватель считает, что плавучие предметы течение сносит от обрывистого берега к пологому. В городе почти везде берег высокий, за исключением русел оврагов, как вот в этом месте. Противоположный берег — низкий, местами даже заболоченный. Вот и кажется, что стоит что-то бросить в реку, как вода отнесет это, во-первых, далеко вниз по течению, а во-вторых, прибьет предмет к отмели на том берегу.
 
— А на самом деле? — заинтересованно спросил Капитан.
— А на самом деле течение всегда направлено в сторону более высокого, обрывистого берега. Это закон природы. Наш берег потому такой обрывистый, что его подмывает напирающее течение. А такие вот пониженные места, как это, служат своеобразными ловушками. На этих отмелях застревает большая часть мусора, плывущего по реке.