Охоться на меня (ЛП)

Мой телефон звонит три раза подряд.
Ты игнорируешь меня.
Плохая идея.
Я вижу, ты в Сети. Что бы ты ни делала, остановись.
Я полностью отключаю свой телефон.
В последнем документе в досье Моррисона перечислены имена. Оперативники проекта "Паслен". Агенты, участвующие в "операциях по сдерживанию".
Я просматриваю список в поисках чего-нибудь, что могло бы...
  
Кирилл Волков. Статус: Активен. Текущее назначение: Защита активов, район Бостона.
Не Иванов. Волков.
Совершенно другая организация.
Я потратила годы, взламывая "не ту семью", убежденная, что братья Ивановы убили моих родителей, хотя они не имели к этому никакого отношения.
Годы взлома и преследования семьи Ивановых, в то время как настоящие убийцы действовали под совершенно другим флагом.
Экран моего ноутбука расплывается, слезы обжигают глаза.
Мой экран становится черным.
Затем экран монитора заполняет лицо Алексея.
— Черт. — Я тянусь к клавиатуре, чтобы прервать соединение, но он заблокировал доступ к моей собственной системе.
— Куда-то собираешься, детка? — Он без рубашки, камера повернута так, чтобы показать его обнаженную грудь, а рука обхватывает его член. Уже твердый. — Я ждал два часа.
У меня пересыхает в горле, несмотря на все, что я только что обнаружила. Несмотря на доказательства убийства правительством, все еще открытые в моих фоновых окнах.
Мои бедра непроизвольно сжимаются вместе.
— Я занята. — Мой голос звучит громче, чем предполагалось.
— Ты должна быть занята тем, чтобы насаживаться на мой член. — Он медленно, обдуманно гладит себя. — Или то, что ты, блядь, делаешь, важнее меня.
Я наблюдаю, как его рука движется по всей длине, вспоминая, как он чувствовался внутри меня.
— Алексей...
— Не надо. — Его глаза на экране темнеют. — Не ищи оправданий. Садись в свою машину и приезжай ко мне. Или я приду туда и трахну тебя на глазах у твоей соседки по комнате.
Тепло разливается внизу моего живота. Неправильно. Это так неправильно на многих уровнях.
— Мне нужно закончить...
— Единственное, что тебе нужно закончить, — это я. — Он встает, открывая мне полный обзор своего обнаженного тела. — Тридцать минут, Айрис. Или я приду за тобой.
Мои пальцы впиваются в край стола.
— Ты не можешь просто...
— Осталось двадцать девять минут. — Его свободная рука сжимает основание члена. — И за каждую минуту твоего опоздания я продержу тебя в своей постели еще час.
Я должна отказаться и объяснить, что я нашла в файлах.
Но мое тело помнит его руки, его рот, то, как он заставлял меня кончать.
— Это не...
— Двадцать восемь минут.
— К черту.
Я выдергиваю вилку из розетки своего компьютера, наблюдая, как гаснут экраны. Все эти улики. Все эти файлы, которые доказывают, что я потратила годы впустую, преследуя не того врага.
Я не могу думать об этом прямо сейчас.
Я хватаю свою толстовку со спинки стула, засовываю телефон в карман и направляюсь к двери.
— Куда ты идешь? — Майя зовет из гостиной.
— Вон.
Я не жду ее ответа.
Поездка до Бикон-Хилл занимает восемнадцать минут. Я провожу каждую секунду, пытаясь не думать о файлах Моррисона, о проекте "Паслен", о том, как грандиозно я провалила всю свою вендетту.
Впереди маячит здание Алексея.
Я паркуюсь в подземном гараже, используя код доступа, который он прислал мне на прошлой неделе. Поездка на лифте кажется бесконечной.
Прошло двадцать семь минут с момента его ультиматума.
Дверь пентхауса открывается прежде, чем я успеваю постучать.
Алексей стоит в холле, полностью обнаженный, член все еще твердый и торчит. Никакого стыда. Никаких колебаний.
— Хорошая девочка. — Его голос понижается на октаву. — Осталась одна минута.
Я открываю рот, чтобы ответить, но он отходит в сторону, жестом приглашая меня войти.
Дверь со щелчком закрывается за мной.
— На колени.
У меня перехватывает дыхание. Я должна протестовать. Должна сохранять достоинство.
Вместо этого я падаю на деревянный пол, все еще в толстовке, телефон впивается в бедро.
Я просто хочу чувствовать. Хочу перестать думать о том, какой глупой я была, как ошибалась, как совершенно напрасно потратила годы своей жизни.
— Посмотри на меня. — Алексей сжимает свой член в кулаке, поглаживая один раз. — Подними глаза, детка.
Я поднимаю взгляд, чтобы встретиться с ним. Эти проницательные зеленые глаза сверлят меня, видя слишком много.
— Открой.
Мои губы автоматически приоткрываются.
Он подходит ближе, головка его члена касается моего рта. Предварительная сперма размазывается по моей нижней губе.
— Ты избегала меня весь день. — Его свободная рука запутывается в моих волосах. — Теперь ты собираешься это исправить.
Я обхватываю его губами, ощущая вкус соли и кожи, когда он скользит глубже. Моя рука проникает в штаны, пальцы проскальзывают под нижнее белье и обнаруживают, что я уже мокрая.
— Вот и все. — Его хватка в моих волосах усиливается. — Трогай себя, пока сосешь мой член, как отчаянный маленький хакер, которым ты и являешься.
Я стону рядом с ним, вибрация заставляет его бедра дергаться вперед. Мои пальцы обводят клитор, когда я беру его глубже, расслабляя горло так, как я научилась у...
Я не хочу думать. Просто хочу чувствовать.
— Черт, посмотри на себя. — Он вонзается в мой рот контролируемыми толчками, от которых у меня слезятся глаза. — Ты так легко ломаешься из-за меня.
Мои пальцы проникают внутрь меня, подстраиваясь под ритм его движений. Растяжка кажется пустой по сравнению с тем, чего я действительно хочу.
— Ты весь день игнорировала мои сообщения. — Его голос становится грубым. — Заставила меня ждать, пока ты делаешь то, что, черт возьми, делала.
Я втягиваю щеки, посасывая сильнее, когда мой большой палец находит клитор. Двойное ощущение посылает жар по моему телу.
— Думала, ты могла просто… Господи Иисусе… — Его член набухает под моим языком. — Думала, что могла избегать меня?
Я двигаюсь быстрее, двигая пальцами внутрь и наружу, в то время как другой рукой сжимаю его бедро для равновесия. Его дыхание становится прерывистым надо мной.
— Айрис...
Я чувствую, как он приближается, напряжение сковывает его мышцы. Мой собственный оргазм нарастает, когда я прикасаюсь к себе, теряясь в унизительном стоянии перед ним на коленях.
— Блядь. — Он дергает меня за волосы, отрывая от своего члена с влажным хлопком. — Вставай.
Прежде чем я успеваю возразить, он поднимает меня на ноги и прижимает к стене. Моя толстовка задирается, когда он срывает с меня брюки и нижнее белье до колен.
— Алексей...
Он поднимает меня, мои ноги автоматически обвиваются вокруг его талии. Головка его члена прижимается к моему входу.
— Ты хочешь игнорировать меня? — Он врывается внутрь одним жестоким толчком. — Я дам тебе то, что ты, блядь, не сможешь игнорировать.
Я вскрикиваю, когда он заполняет меня полностью, угол настолько глубокий, что граничит с болью. Он не ждет, не дает мне привыкнуть. Просто жестко прижимает меня к стене, каждый толчок выбивает воздух из моих легких.
Мои ногти впиваются в его плечи, когда он вонзается в меня, каждый толчок вырывает прерывистые вздохи из моего горла. Стена у меня за спиной холодная, что резко контрастирует с жаром его кожи.
— Ты чувствуешь это? — Его дыхание обжигает мою шею. — Чувствуешь, каким твердым ты меня делаешь?
Я не могу произнести ни слова. Мое тело в ответ сжимается вокруг него, заставляя его стонать.
— Я провел весь день, думая об этой пизде. — Он меняет угол наклона, ударяя куда-то внутри меня, от чего за моими веками взрываются звезды. — О том, чтобы снова наполнить тебя.
  
— Алексей... — Его имя звучит отчаянно, нуждающе.
— Скажи это. — Его зубы впиваются в мое горло. — Скажи, что ты скучала по этому.