Попаданец. Маг Тени. Книга 11

– Вам что-нибудь принести? – спросила Яла перед уходом.
– Нет, красавица. Мне только бы до подушки головой добраться, а ты отвлекаешь. Идите и без моего вызова не появляйтесь, иначе хозяйке вашей нажалуюсь. Вам влетит.
 
Глава 2
 
Он нисколько не устал, путешествуя по городу, зато впечатления о столице южного королевства кое-какие получил – мало, но впереди ещё целый день.
  
Хотел было скинуть камзол, жарковато, да не решился идти к Полине Георгиевне одетым не по форме, уж больно та строга взором и манерами. Это к Тане случалось заявляться хоть в одних подштанниках, но Тень для Андрея словно родная сестра, причём любящая своего не кровного брата и любимая им.
На заднем дворе на лавке – увидел через распахнутые настежь оба окна – глухонемой раб колол дрова, а рядом крутился мелкий пёс. Немченко вспомнились тургеневские Герасим и Муму. Понадеялся, что почтенная Горция Парк не как та барыня и собаке не придётся тонуть.
Грустно усмехнулся, отходя от окна, оставил многоразмерную сумку на сундуке возле кровати, достав перед этим иллюзионы, и потянулся сознанием к восьмой стихии своего источника.
Переходы в магические слои у него и раньше много времени не занимали, а теперь и вовсе стали происходить мгновенно.
В прошлые разы жизнь встречала его среди небольших живописных холмов, покрытых цветочными полянами, между которыми шла тропинка, где она со своим адептом и прогуливалась. Ни сесть никогда не предлагала, ни постоять на вершине какой-нибудь из горок, ни угощения.
А сегодня, шагнув в слой стихии, оказался вдруг в кабинете главврача, точь-в-точь таком, как в первой серии «Интернов». Полина Георгиевна – белый верх, чёрный низ, очки в роговой оправе – сидела, откинувшись в кресле хозяйки кабинета за длинным столом, и смотрела на своего адепта взглядом директора школы, к которому привели нарушителя дисциплины.
У стихии в выбранном ею образе была восхитительная фигура зрелой женщины, и Немченко поймал себя на мысли, что жалеет о невозможности в данной ситуации полюбоваться её ногами.
Тряхнул головой, прогоняя фривольные мысли, и поприветствовал подругу улыбкой.
– Я в чём-то провинился? – уточнил он. – Строго смотришь.
– А как я ещё на тебя должна смотреть, если ты должен был вчера явиться, а зашёл только сейчас? – подняла брови Жизнь. – Надеюсь, хоть не забыл обещанное?
– Как можно! – изобразил обиду благородный Анд. Он передумал садиться на противоположном от хозяйки кабинета конце стола, прошёл и сел на ближайший к ней боковой стул. – Вот, принёс. – Он положил перед стихией кристаллы. – Две следующие серии и боевик, чуть ироничный, «Бэтмен и Робин». И готов продолжить наш прошлый разговор, только я ведь уже говорил…
– Да, я помню, Андрей, – слегка взмахнула рукой стихия. – Ты не врач по образованию, ты ростовщик.
– Не совсем ростовщик, – поморщился Немченко. – Но спорить не буду. А так-то да, бесплатного ничего не бывает, ну, кроме сыра в мышеловке. Так у нас говорили. Надеюсь, и говорят. Поэтому многие операции большинству просто недоступны.
– И при этом ваши врачи обязаны всем помогать? Почему же не помогают?
– Можно подумать, в Гертале по-другому, – хмыкнул землянин.
– Не по-другому, – согласилась Полина Георгиевна. – Только ведь наши лекари и целители на дают клятву Гиппократа, как ты её называл. Нарушение клятв, причём разрешённое, разве может быть нормальным?
Андрей тоже считал это неправильным, только от наивности в подходах к существованию людей и обществ избавился ещё в детстве. Полина Георгиевна, кстати, весьма польщённая тем, что адепт решил к ней обращаться не только по имени, а и по отчеству – в отличие от других стихий. Однако, несмотря на свою строгость, любопытством ничем от своих коллег не отличалась, только была более дотошной и вдумчивой. И да, попаданец являлся и в случае с ней единственным, кто мог общаться будто с человеческой личностью. Исключением стала Джиса, но пока только во взаимоотношениях с Таней, остальные могущественные сущности принимать у себя супругу ола Рея не спешили, и примут ли, неизвестно.
– Как-то у нас получается игра в одни ворота, – вздохнул Немченко, за час ответив на десятки вопросов и рассказав о чём угодно, даже о глубине Марианской впадины, хотя зачем и это нужно Жизни, совсем непонятно. – Ничего ни от тебя, ни от других не скрываю, а как доходит дело до моего интереса, так сразу же от ворот поворот. Так нечестно.
– Нечестно? – Вот тут впервые землянин увидел, как Полина Георгиевна смеётся. Очень красиво. Ей идёт. – Не ты ли говорил, что честно-нечестно – это детский лепет? Принимай то, что есть. Поверь, мы тебя очень ценим и при первой возможности открываем тебе наши тайны. Ну что так смотришь, Андрей?
– Да вот надеюсь, может, хоть ты мне скажешь, зачем я вам, раз уж так получилось, что ты самая старшая из всех моих магических друзей?
Напоминать женщинам о возрасте не следует, но ведь Жизнь необычная женщина, да и подтекст его вопроса совсем иной. До знакомства с ней самым возрастным был Арнольд, Земля, представавший перед адептом мужчиной чуть за тридцать, а Полине Георгиевне больше сорока – так она выглядит, и да, при этом сногсшибательно.
– Тебя не устраивает наша дружба? – удивилась подруга и поправила сложенные сзади в пучок русые волосы.
– Всё меня устраивает, – хмыкнул попаданец. – Мне непонятно, что вам от меня нужно.
– Простого интереса или симпатии, ты считаешь, недостаточно для нашей дружбы? Ладно, вижу, понимаешь, что это так и есть. Только ответ ищи сам. Или не ищи, он и так придёт. Скажу лишь, что Аркадий нас подвёл, очень сильно подвёл. Мы так надеялись, что он даст движение вперёд нашему миру, а то… – Она вдруг замолчала, будто решила, что и так сказала лишнего. Тут же перевела разговор. – Почему ты у Тени не спросишь? Или она потеряла твоё доверие? Слышала, Таня теперь с новой своей адепткой Джисой общается чаще, чем с тобой. Я даже догадываюсь, кого они обсуждают.
– Я тоже догадываюсь, – не сумел скрыть досаду Немченко, чем вновь вызвал улыбку на строгом лице стихии Жизни. – Спрашивать же её – то же самое, что и тебя. То есть бесполезно.
– Понятно, – покивала Полина Георгиевна. – А как тебе здесь? – махнула она неопределённо рукой.
– В кабинете-то? Честно? Бутафория. В холмах всё словно живое, а тут…
– Так лучше? – спросила подруга.
Здание тут же наполнилось гулом голосов и шагов. Даже с улицы стали доноситься крики, а спустя пару секунд в дверь, постучав, заглянула дородная пожилая женщина с крупным мясистым лицом.
– Полина Георгиевна, там комиссия из Минздрава приехала. По поводу препаратов строгой отчётности. Их трое, они сейчас в бухгалтерии. Проводить потом к вам?
– Не нужно. Я сама сейчас к ним спущусь. – Она посмотрела, как секретарша вышла за порог, и перевела взгляд на своего адепта. – А теперь тоже явная бутафория?
– Теперь нет, – поднялся Андрей. – Даже в сердце кольнуло, будто я и в самом деле вернулся на родину. Не делай так больше. Пожалуйста. Ты же не хочешь, чтобы я вслед за Аркадием принялся искать способ вернуться в свой мир? – Он не станет возвращаться. Джиса, их ребёнок – всё это крепко приковало его к Гертале. Но зачем-то захотелось немного уколоть Жизнь, слишком уж та строга. Задаётся чересчур, хотя ни на ступени развития для адепта Анда, ни на заклинания для него не жадничает. – Извини. Шутка не очень удачная. Если позволишь, я пойду в реальность. Там ещё дел много.
– Не буду тебя задерживать, – поднялась подруга следом. Тут-то он и смог перед уходом ещё раз с удовольствием оценить фигуристые прелести Полины Георгиевны. – Не забывай, главное. За подарки спасибо. Прими и ты от меня. – Она наградила заклинанием озеленения, теперь её адепт мог хоть в биологи подаваться, исцеляя не только людей или животных, но и растения.
  
В дверь опять постучали, Жизнь создала даже не иллюзию, а параллельную реальность. Ждать, кого там принесло на этот раз, Немченко не стал, шагнул и моментально оказался в выделенной ему спальной комнате дома-лавки почтенной Парк. Бросил взгляды по сторонам – вроде никто сюда не входил – и сел на кровать. Опёрся спиной на стену и мотнул головой. Сам от себя не ожидал, что соприкосновение с родным миром, пусть и искусственным, так его зацепит. Неужели всё ещё жива ностальгия? Наверное. Но его шуточная угроза насчёт поступка, аналогичного тому, что сделал предшественник, покинувший Герталу, пустое.