И снова дождь... (СИ)
— Увы, рыбная ловля и банька откладывается… — хмыкнул один из прибывших. — Да ты же сам все понимаешь — надо как можно быстрей доставить до места то, что вы тут отыскали. Давай, показывай, куда идти.
Пока мужчины разговаривали между собой, я стояла в стороне. Мне бы очень хотелось узнать, отправят меня с этим катером назад, или оставят здесь, но я благоразумно помалкивала, стараясь не обращать внимания на любопытные взгляды, которые бросали на меня приехавшие мужчины. Ничего, скоро и так все станет ясным. Ну, а сейчас мне, пожалуй, не стоит мешать людям выполнять приказ, а потому надо пойти к дому старосты — все одно Кром позже придет именно туда.
Сидя на деревянной лавочке, я смотрела на то, как из старого дома, стоящего немного на отшибе, прибывшие выносят на носилках большие черные мешки, которые несут к пристани, вернее, заносят их на катер. Да, у всех свои дела, только я сижу на лавочке жду, что мне скажут дальше…
Невольно вспомнилось, как вчера мы с Кромом до ночи сидели на причале и разговаривали обо всем, что приходило нам в голову — о книгах, фильмах, компьютерных играх и многом другом (хотя стоит заметить, что личные темы мы не затрагивали). Конечно, нашему общению очень способствовала та фляжка с коньяком, которая довольно быстро опустела, но, тем не менее… Говоря откровенно, ранее я даже не представляла, что можно вот так сидеть с малознакомым человеком, смотреть на темнеющее небо и болтать о всякой ерунде. А еще и при этом не надо держать себя в руках, можно не сдерживать эмоции, и не опасаться того, как при этом ты выглядишь со стороны, чтоб (не приведи того Бог!) своим поведением или глупыми разговорами не опозорить имя деда-академика. Я даже не заметила, как быстро пролетел вчерашний вечер, и жаль, что он так быстро закончился, тем более что ранее неразговорчивый Кром, к моему удивлению, оказался весьма эрудированным человеком, а когда он улыбался, то его невозмутимое лицо сразу преображалось, мой спутник выглядел очень симпатичным парнем…
Я так задумалась, что не заметила, как ко мне подошли Кот и Кром, и даже вздрогнула, когда услышала голос Кота:
— Это ж надо как девушка витает в облаках, даже на кавалеров внимания не обращает! А ведь я, чтоб произвести на нее впечатление, в дороге аж цельных два стиха наизусть выучил!
— А может, я сейчас медитирую?.. — мне не хотелось оставаться в долгу. — Познаю, так сказать, высший смысл вселенной.
— Дзен, значит, ловишь… — вздохнув, сделал вывод Кот и повернулся к Крому. — Не, тут двумя стихами не обойдешься, надо еще парочку виршей выучить, причем из тех, что позаумней и позаковыристей.
— Ах, молодой человек, вы меня так впечатлили!.. — я сделала вид, что смущена. — Позвольте пригласить вас посидеть на лавочке рядом со мной. Зря, что ли, стихи учили? Желаю их послушать.
— Во Кром, учись, как нужно за красотками ухаживать… — посоветовал Кот, усаживаясь рядом со мной. — Только вот должен признаться прекрасной даме, что оказавшись рядом с ней, у меня от чувств-с все стихи из головы вылетели, будто их там и не было никогда!
— Ладно, поболтали — и хватит… — Кром присел на лавочку с другой стороны от меня. — Вот что, Ника, тебе, пожалуй, лучше отправиться назад. Катер отойдет от причала минут через сорок, так что…
— То есть это только твое пожелание, а не приказ, верно?
— Да. Ты у нас, скажем так, человек, привлеченный со стороны на добровольной основе. Конечно, твоя помощь была как нельзя более кстати — с этим я не спорю. Задание мы выполнили, и потому ты имеешь полное право поехать домой и постараться забыть о том, что здесь произошло.
— А вы, если я не ошибаюсь, собираетесь остаться здесь, и вовсе не для собственного удовольствия?
— Можно и так сказать… — кивнул головой Кром. — У нас с Котом еще есть дела.
— Тогда и я остаюсь.
— Ты, видимо, не поняла… — парень говорил со мной, как с неразумным ребенком. — Мы не намерены задерживаться в Раздольном, а отправляемся дальше.
— Я иду с вами.
— Неужто мы с Кромом произвели на тебя такое неизгладимое впечатление, что ты более не желаешь расставаться с нами?.. — хохотнул Кот. — Надо же, а я и не подозревал, насколько неотразим!
— Я говорю серьезно.
— Извини, но я тебя не понимаю… — покачал головой Кром. — Не спорю — иногда логика женщин мне непонятна, но в любом случае она опирается на те или иные интересы. Твое же поведение я понять не могу. Суди сама: ты у нас городская девушка, типичный столичный житель, для которой любой пригородный лес — нечто вроде диких непроходимых зарослей… А сейчас, несмотря ни на что, ты упорно твердишь, что хочешь направиться еще дальше в тайгу, хотя я пытаюсь донести до тебя, что там по-настоящему опасно… Прости, но не верю, что ты поступаешь так по зову сердца, да и не похожа ты на искательницу приключений — увы, но встречается немало любительниц огрести неприятности на свою пятую точку, сталкивался уже с такими. В основе твоего желания остаться здесь лежит что-то иное, а потому давай поговорим откровенно. Согласна?
— Да… — вздохнула я.
— Итак, если у нас разговор пошел начистоту, то признаюсь: хотя нам и сказали, что ты чувствуешь, скажем так, стороннее влияние, и только поэтому оказалась среди нас, но, тем не менее, первое время я был почти уверен, что ты из контрольно-ревизионного отдела — иногда оттуда присылают людей для проверки, и те ребята весьма ушлые, да и талантами не обделены.
— А что, для этого, то есть для проверки, имелись какие-то основания?
— Всякое бывает… — уклонился от ответа Кром. — Все эти дни я наблюдал за тобой и понял, что ошибался в своих предположениях. То, что ты ранее не имела никакого отношения ни к нашему ведомству, ни к э-э… соседним структурам — это очевидно. Ты — типичное гражданское лицо, или, выражаясь высоким стилем, обычная девушка, которая (скажем так), волею судьбы, случая и своего необычного дара оказалась привлеченной к нашим делам. Все бы ничего, но если рассуждать логически, то ты должна стремиться домой, где спокойно и безопасно, а заодно постараться как можно скорей выкинуть из головы все произошедшее. Ты же по-прежнему хочешь остаться с нами, хотя многое из того, что ты здесь увидела, тебя по-настоящему страшит… По-моему, это нелогично.
— Возразить нечего… — отозвалась я. Пожалуй, придется сказать правду, пусть и в несколько усеченном виде. — Возможно, вам это покажется несерьезным, но причиной того, почему я не хочу возвращаться домой, является семейный конфликт. Дело в том, что я недавно рассталась с женихом, и основание для подобного поступка с моей стороны было достаточно серьезным, только вот отвергнутый жених не желает это принять — у него уже были составлены далеко идущие планы на наше совместное будущее, которые он не намерен менять. Да и свадьба у нас уже была на подходе… К тому же моя бабушка (к сожалению, другой родни у меня нет) неожиданно для меня встала на его сторону — дескать, нечего валять дурака и выдумывать то, чего нет, в жизни всякое случается… В общем, если сказать коротко — наше противостояние дошло до того, что я просто-напросто сбежала от них обоих, причем для меня было уже не важно, куда отправиться, лишь бы подальше от этих двоих. Ну, а потом произошла цепь случайностей — и я оказалась здесь. Вот и все.
Молодые люди переглянулись, и я поняла, что к моим словам они всерьез не отнеслись. Похоже, считают услышанное если не выдумкой, то обычной женской дурью, или же глупым капризом избалованной девицы.
— Выходит, ты еще и со свадьбы удрала?
— Ну, не прямо со свадьбы, хотя подготовка к ней уже шла вовсю.
— Ты у нас, оказывается, сбежавшая невеста… — неприятно усмехнулся Кром. Больше того: в голосе молодого человека едва заметно прозвучали холодные нотки. Надо же — еще вчера мы с ним так хорошо сидели на причале, разговаривали, весело смеялись над шутками, а сейчас я вдруг ощутила плохо скрываемую неприязнь.
— Так получилось… — развела я руками. — Бывает.