И снова дождь... (СИ)

— Значит, так. Или вы нас ведете туда, где лежат наши вещи, или я вам сейчас одним ударом ломаю шею. Вы мне сразу не понравились, и я с трудом удерживаюсь, чтоб не оборвать ваше существование в этом бренном мире, тем более что это уже давно пора было сделать. Не думаю, что здесь много помещений, так что через какое-то время, с вашей помощью, или без нее, но мы отыщем свои вещи. А вот что касается вас… 
  
— Я подчиняюсь силе…  — с ненавистью выдохнул Яков Иннокентьевич.
— Очень разумное решение…  — кивнул Кром.
Судя по взгляду, который Яков Иннокентьевич бросил на нас, о добровольном подчинении и речи нет.
Скорей бы уйти отсюда… 
  
Глава 13
 
Не знаю, что это было за небольшое помещение, в котором отыскались наши вещи — на мой взгляд, тут находилось нечто вроде склада, где лежала одежда (большей частью поношенная), далеко не новая обувь, ружья, старые одеяла и тому подобное имущество. Судя по тому, что мы видим, Яков Иннокентьевич оказался жутким барахольщиком. Понятно, что перед нами находятся вещи тех несчастных, кто не своей волей оказался в этой (назовем ее так) странной тюрьме. Хотя, если вдуматься, то все логично: кем бы ни были Яков Иннокентьевич и его милая дочурка, но им надо каким-то образом одеваться и иметь под рукой самое необходимое для жизни, а потому все, что когда-то находилось при себе у старателей и охотников, позже оказывалось здесь, на этом так называемом складе.
— А вы, как я вижу, человек запасливый…  — с непонятной интонацией в голосе произнес Кром. — Хотя порядка у вас тут никакого нет, одним словом — бардак. Как я понял, собираете здесь все, что попадает вам в руки.
— Ваш сарказм неуместен…  — поморщился Яков Иннокентьевич. — Мы всего лишь берем то, что требуется нам для жизни в этих местах. Магазинов, как вы заметили, поблизости нет.
— Просто удивительно, как вы инвентаризационный лист до сего времени не завели, чтоб оприходовать все это добро.
— Я вам не счетовод…  — только что не огрызнулся мужчина.
Первое, что сделал Тимофей Михайлович, оказавшись здесь — так это кинулся искать свое ружье, и, к счастью, почти сразу его нашел, а заодно и патронташ с патронами. После этого у мужчины словно прибавилось сил, и он даже стал чувствовать себя увереннее. Покопавшись, старый лесовик обнаружил свой рюкзак и кое-что из личных вещей. Здесь же нашлось и оружие моих спутников, так что голыми руками нас теперь не возьмешь.
Отыскались и наши вещи, в том числе аптечка с лекарствами и перевязочные материалы, которые сейчас были так необходимы Коту — увы, но раны у него, похоже, были достаточно глубокими, и одежда бедного парня намокла от крови.
— Тимофей Михайлович, просьба к вам…  — повернулся Кром к охотнику, кивнув на Якова Иннокентьевича, стоящего у стены. — Я буду занят пару минут, так что не сочтите за труд — присмотрите за гм…  нашим любезным хозяином. Если только он вздумает шагнуть по направлению к двери или… 
— Наповал положить?.. — деловито поинтересовался старый лесовик, вскидывая оружие и направляя его в сторону явно струхнувшего мужчины.
— Достаточно ногу прострелить, чтоб у человека не было желания совершать необдуманные поступки…  — пояснил Кром.
— Не сомневайся, сделаю, как велено…  — согласился тот, глядя без малейший любви на Якова Иннокентьевича. — Ружье у меня, правда, давненько уже не чищено, однако промаха все одно не дам. Главное, чтоб рука случайно не дрогнула, и чтоб в лоб кое-кому не залетело по ошибке… 
— Вы уж как-нибудь постарайтесь сдержаться…  — попросил Кром.
— Я, конечно, постараюсь, но руки так и чешутся спустить курок… 
Меж тем Кром осмотрел раны Кота, которые выглядели так, будто они были нанесены острым ножом, затем залил их какой-то сероватой жидкостью, после чего стал бинтовать места ранений, причем делал это весьма умело — похоже, это занятие для него привычно. Затем открыл аптечку, и вытащил из гнезда шприц-тюбик с синей маркировкой, снял с иглы колпачок и воткнул иглу в вену раненого бедняги, аккуратно выдавив тюбик. Следом достал из все той же аптечки несколько трубочек с таблетками, вытряхнул из каждой по паре штук и протянул их Коту.
— Глотай.
Вздохнув, Кот послушно взял таблетки и с трудом их проглотил — увы, но воду мы пока еще не отыскали, и пить хотелось все больше… 
— Так…  — Кром еще раз огляделся по сторонам. — Препараты подействуют очень скоро, а пока что Ника, собери-ка наши вещи — похоже, они все еще лежат одной кучей, потому как наш любезный хозяин, вытряхнув их из мешков, скорей всего не успел разложить их по местам. Ну, а тем временем я с Яковом Иннокентьевичем и Тимофеем Михайловичем совершу небольшую познавательную прогулку по этому месту. Так сказать, небольшое обзорное посещение здешних мест с экскурсоводом. Надеюсь, милейший Яков Иннокентьевич не откажется показать нам свое жилье. Я, знаете ли, с детства любил ходить в гости.
— Так ведь Илларионович постарается удрать!.. — вырвалось у охотника.
— Конечно…  — согласился Кром, подходя к мужчине, который все еще стоял у стены. — И даже наверняка попытается это сделать, только вот и мы не лыком шиты… 
— Это что еще за фокусы?.. — вдруг растерянно произнес Яков Иннокентьевич. Он поднял руку, и я увидела, что она скована с рукой Крома тонкой серебристой полоской наручников.
— При общении с вами, господин хороший, иначе поступать нельзя…  — пояснил Кром. — Вдруг у вас появится желание прервать нашу познавательную экскурсию на самом интересном месте, и оставить нас с Тимофеем Михайловичем в одиночестве, а это непорядок. Так сказать, моветон по отношению к гостям.
— Откуда, интересно, у вас наручники оказались?.. — похоже, Яков Иннокентьевич, и верно, не мог это понять. — Их в ваших вещах не было.
— Некоторые мелочи предусмотрительные люди носят при себе — для того и существуют карманы, а обыскивать нас тут не стали…  — пожал плечами Кром.
— Таскать при себе наручники…  Странные у вас наклонности, я бы даже сказал, весьма причудливые…  — заметил мужчина. — Очевидно, я что-то не понимаю в пристрастиях нынешней молодежи.
— У каждого свои увлечения…  — отмахнулся Кром. — Ну, все, мы пошли, а ты, Ника, тут похозяйничай, пока нас не будет, собери наши вещи, а Кот тебе в этом поможет.
Мужчины ушли, и после этого я спросила у Кота:
— Коля, ты как себя чувствуешь? Только честно.
— Средненько…  — проворчал тот. — Ничего страшного, скоро полегчает. И не стоит беспокоиться понапрасну — Кром свое дело хорошо знает, помереть не даст.
— Кот, ответь мне на вопрос — Кром сказал, что в этом самом Комитете по исследованиям природных явлений вы относитесь к группе «Бета». Что это такое?
— Нет, женскую логику мне не понять…  — развел руками Кот. — Нашла время, чтоб этим интересоваться! Ладно, не сердись, тем более что тут все просто. В общем, если применять военную терминологию, группа «Бета» занята полевой работой — мы разбираемся на месте с теми или иными непонятными случаями…  Это если коротко.
— Ясно…  вздохнула я. — Не буду тратить время понапрасну, займусь поисками нашего добра… 
Должна сказать, что мне не доставило никакого удовольствия копаться в старых вещах, и хорошо еще, что наши рюкзаки лежали почти что на виду. Так, их отложим в сторону, будем искать дальше, тем более что особого труда это не составило — когда я в чем-то сомневалась, то просто показывала Коту ту или иную вещь, а он мне говорил, принадлежит она им или нет. Отыскалось даже с десяток железных банок с консервами, которые я тоже прихватила с собой — мы не ели уже почти сутки, так что эти банки оказались просто находкой, тем более что срок годности у них еще не вышел, хотя у двух банок подошел уже к пределу.
  
Мужчины вернулись не скоро — признаюсь, я уже всерьез стала беспокоиться, не случилось ли что, и когда они, наконец-то, появились, я облегченно выдохнула:
— Наконец-то! Как долго вас не было! У вас все хорошо?