До предела

— Пришли кого-нибудь, — сказал Рейнджер.
— У меня есть посылочка.
Мы остались проводить Питча, которого увозил очередной из весёлых ребят, мы заперли дом и направились к машине.
— Ты мог бы сказать мне, чтобы я отошла, а не швырять меня в кусты, — сказала я Рейнджеру.
— Это была одна из тех инстинктивных штучек. Оберегать тебя от опасности.
— Ага, конечно. Скорее, отыгрываешься за то, что я направила Апусенджей поговорить с тобой. Рейнджер открыл для меня пассажирскую дверцу.
  
— Когда я расквитаюсь, это будет куда приятнее, чем швырять тебя в кусты.
Я пристегнулась ремнём и посмотрела на часы.
— Моя сестра сегодня приехала домой с малышкой. Надо бы заглянуть, посмотреть, как у неё дела.
— Танк будет рад, что сломал ногу, когда узнает, как я провёл свой день.
— Ты не любишь малышей?
— Я из большой семьи. К малышам я привык.
— Ну тогда?
— Моя бабушка — маленькая кубинская женщина, которая целый день готовит и говорит по-испански. Твоя бабушка смотрит платное порно.
— Раньше она смотрела Канал Погоды, но сказала, что там слишком мало событий.
— Может, тебе стоит проверить у неё дозу гормонозаместительной терапии. В последний раз, когда я её видел, она пыталась представить меня голым. Я расхохоталась.
— Это всегда так, когда ты красавчик. Женщины представляют тебя голым. Лула представляет тебя голым. Конни представляет тебя голым. Двухсотлетняя миссис Бестлер представляет тебя голым.
— А как насчёт тебя?
— Мне не надо представлять. Я видела тебя голым. Твоё голое тело выжжено в моём мозгу.
Рейнджер свернул на улицу моих родителей.
— Я буду ждать в машине. И если ты пришлёшь свою бабулю меня доставать, клянусь… — Ну?
— Не знаю, чем я клянусь. Не могу придумать ничего настолько ужасного, что можно было бы сделать с тобой и что не оставило бы тебя искалеченной или психически травмированной.
— Приятно знать, что есть границы. Рейнджер припарковался перед домом моих родителей и вышел из машины.
— Я думала, ты не заходишь, — сказала я.
— И не захожу. Я останусь здесь снаружи. Я не могу видеть всю улицу, если сижу в машине.
Бабуля Мазур открыла мне входную дверь.
— Это Рейнджер с тобой? Он не зайдёт?
— Он думает, что у него начинается простуда. Не хочет всех заражать.
— Как заботливо! Он такой милый молодой человек. Часто мужчины, когда они так классно выглядят, не такие милые. Может, я вынесу ему что-нибудь с кухни.
— Нет! Он только что поел. Он не голоден. А ты не можешь рисковать заразиться. Вдруг ты подцепишь простуду и передашь её малышке?
— А, да. Ну, скажи ему, что я про него спрашивала.
— Обязательно. Валери была на диване и кормила грудью малышку. Девочки наблюдали за Валери. Мой отец был в кресле, сосредоточившись на CNN. Моя мама вышла из кухни, взглянула на меня и перекрестилась.
— Твоя рука забинтована, на штанах у тебя пятна от травы, а в волосах застряли куски какого-то куста. А Рейнджер снаружи, и у него пистолет. Она присмотрелась повнимательнее.
— Это парик?
— Это мои настоящие волосы. Я подстриглась.
За исключением малышки, все прекратили свои занятия и уставились на меня.
— Иногда прикольно что-то менять, — сказала я.
— Да? Что вы думаете?
— Это… симпатично, — сказала Валери.
— Я не отказалась бы носить волосы вот так, — сказала бабуля.
— Держу пари, здорово смотрелось бы, если бы они были розовые. Зазвонил телефон.
— Это Лоис Келнер через дорогу, — сказала бабуля Мазур.
— Она хочет знать, не вторжение ли это. Она говорит, ей кажется, что у нас на подъездной дорожке стоит один из этих террористов.
— Это просто Рейнджер, — сказала я.
— Я это знаю, — сказала бабуля, — но Лоис вызывает армию. Моя мама перекрестилась ещё раз.
— Может, тебе стоит убрать Рейнджера с подъездной дорожки, — сказала Валери.
— Если парашютисты высадятся на крыше, малышку это расстроит.
Глаза бабули загорелись.
— Парашютисты! Вот это да.
— Позже загляну ещё, — сказала я всем. Я остановилась перед зеркалом в коридоре, чтобы вытащить ветки из волос и получше рассмотреть стрижку. Я никогда раньше не считала себя симпатичной. Иногда я чувствовала себя сексуальной. А иногда я чувствовала себя прямо-таки жирной и тупой. Симпатичная — это было в новинку. Я открыла входную дверь и махнула Рейнджеру.
— Визит окончен.
— Это было быстро.
— Женщина, которая живёт через дорогу, думает, что ты террорист. Она сказала, что вызывает армию.
— У тебя ещё куча времени, — сказал Рейнджер.
— Армии понадобится время, чтобы мобилизоваться.
Рейнджер отвёз меня обратно к дому Морелли. Мы пристегнули Боба к поводку, я сунула пару пластиковых пакетов для бутербродов в карман джинсов, и мы побрели по улице следом за Бобом. Я и террорист на прогулке с собакой.
— Мне кажется, я должна что-то делать, чтобы найти гвоздичного убийцу, — сказала я.
— Над этим сейчас работает полиция штата и местная полиция. У них много ресурсов, и у них есть хороший материал для отслеживания. Фотографии, письма, цветы. И теперь у них есть взаимосвязанные убийства. Они могут пересмотреть их и поискать общие черты. И они вернутся к материалам дел, чтобы посмотреть, смогут ли они найти других жертв Игры. Твоя задача сейчас — остаться в живых. Я взглянула на Рейнджера. Он побывал в квартирах троих жертв. Плюс в таунхаусе Барта.
— Ты был в доме Клейна?
— Я был там вчера вечером, когда там была полиция.
— Полиция разрешила тебе доступ?
— У меня есть друзья.
— Морелли?
— Юниак.
Джо Юниак раньше был начальником полиции. Его избрали мэром Трентона, и теперь он баллотировался на пост губернатора.
— Клейн жил с родителями, — сказал Рейнджер.
— Его комната была типичной комнатой пацана. Беспорядок, постеры рок-групп, небольшой арсенал под кроватью и личный запас травки в ящике с бельём.
— Ты думаешь, это типичная комната пацана?
— В моём районе — да.
— А как насчёт компьютера?
— У Клейна был ноутбук. Его родители сказали, что он брал его с собой повсюду. Его не было ни в его комнате, ни в его пикапе. Вероятно, веб-мастер забрал компьютер после того, как застрелил Клейна. Компьютер Паресси пропал. Компьютер Розена пропал. К тому времени, когда полиция добралась до квартиры Хауи, его компьютер пропал.
— Клейн где-то облажался, когда убирал Сингха. Он не заполучил компьютер Сингха, — сказала я.
— Он, вероятно, ждал, пока Лу уйдёт, но к тому времени ты, Конни и Лула уже были на месте.
Боб остановился, присел перед домом старика Галуччи, и разговор на мгновение прервался, пока мы наблюдали, как Боб какает. До чего унизительно. Какашки — это не то, чем мне комфортно делиться с Рейнджером. Вообще-то, мне некомфортно делиться какашками с кем угодно. Мне даже некомфортно с этим, когда я одна. Когда Боб закончил, я подобрала какашки в пакет для бутербродов. И теперь кошмар продолжался, потому что у меня был пакет с какашками и некуда его деть.
— Детка, — сказал Рейнджер. Сложно было понять, был ли он в ужасе или впечатлён моим подбиранием какашек.
— Не думаю, что у тебя есть собака в Бэт-пещере?
— спросила я его.
— В Бэт-пещере собак нет.
Боб потянул поводок, и мы продолжили прогулку.
— У всех замешанных был ноутбук, — сказала я.
— У них было что-то ещё общее?
— Сингх, Хауи, Розен и Клейн были компьютерными гиками и одиночками. Паресси не совсем вписывается в профиль, но она стала компьютерной наркоманкой, когда рассталась со Скрагсом. Вероятно, есть связь между ней и Розеном. Может быть, Паресси рассказала Розену об Игре, и Розен включился в дело после того, как Паресси убили. Всем им было от девятнадцати до двадцати семи лет. Розен был самым старшим. Никто из них не был особенно успешен.
  
— Барт Коун не вписывается в профиль, да? Рейнджер смотрел вперёд на дома и машины.