Шериф и его кот (СИ)
— А зачем лезть на камень, если и так видно? Стань сам и посмотри.
— Так кусты же… — Болтон осекся. — Ну да. Хотя… он мог… мог…
— Мог быть маленького роста, — закончил я за него и задумался
Убийца точно невысокого роста, поэтому ему пришлось лезть на камень, чтобы просматривать дворик Томпсона поверх кустов чапараля. И у него большой размер ноги, эдак сорок пятый, если не сорок шестой, по нашей системе измерения. А ещё он употребляет жевательный табак, а не курит. Ну что же, это лучше, чем ничего. Хотя, с другой стороны, под эти приметы подходит добрая треть населения Бьютта. Коротышей со здоровенным размером ноги здесь хватает. Да и табак жрёт каждый третий, если не второй. Тот же маршал Варезе мне в пупок дышит, а ножища как у питекантропа. Хотя этот вроде трубку курит.
Блядь, из меня криминалист и детектив как из Дункана Маклауда, тьфу-ты, Магвайра — Майкл Джексон. Эх, толковую бы собаку сюда, да по следу пойти.
Взгляд упал на Мусичку, вместе с Муной охотившегося неподалёку от нас на ящерок.
— Мусий, Муна, ко мне, будем из вас делать ищеек!
Пушистики примчались на удивление быстро.
— Вот… — я потыкал пальцем в плевки жевательного табака. — Искать! След! Тьфу ты… не туда пялишься колбаса мохнатая! Сюда, сказал!
Муся посмотрел на меня как на полного идиота и вальяжно удалился, не обращая внимания на окрики.
А вот Муна, чёрт побери, вдруг пискнула и рысью поскакала в кусты.
Я не поверил своим глазам и после секундного помешательства рванул за ней следом. Но, рысёнок… короче, она привела мне к кротовьей норке метрах в тридцати от хижины Томпсона, где и застыла, гордо задрав куцый хвостик.
Я присел возле дырки, досадливо ругнулся, но на всякий случай погладил котёнка. И только потом, заметил следы подков и объеденные ветки кустарника.
— Лошадь здесь привязывал? Ай да Муна! Ах ты моя красавица. А дальше? Веди дальше!
Но с «дальше» не сложилось. Маленькая рысь посчитала свой долг исполненным и свалила вслед за Мусием. Да и сами следы едва просматривать и никакой информации об убийце мне не дали.
Безрезультатно облазив всё в округе, я вернулся в офис и дёрнул к себе Макгвайра.
— Есть ещё одна проблема… — я плеснул виски шотландцу и подвинул ему стакан. — И от решения этой проблемы, зависит не только моё будущее, но и будущее города.
— Излагай, — Дункан с наслаждением понюхал виски. — Ты же знаешь, я с тобой, что бы не произошло.
— Для начала, ответь на вопрос, кто правит нашим городом?
— Мэр? — Макгвайр почесал затылок. — Совет? Э-э-э, судья Дженкинс?
Я покачал пальцем.
— Нет, мой друг. Этим городом правит закон. А значит — мы.
— Так-то да! — шотландец гордо покивал. — Ни одна сволочь не смеет пикнуть.
— Вот! Джозеф Меллори и братья Уолкеры не просто хотят отнять землю у мисс Меллори, тьфу ты… уже у миссис Ассман, они посягают на наше место. Сам понимаешь, если они возьмут верх — вся власть в Бьютте перейдёт к ним, а нас прогонят пинками как шелудивых псов.
— К делу, Бен, — шотландец пристально на меня посмотрел.
— За это я тебя и люблю, дружище… — искренне соврал я. — Короче так короче. Сюда едет группа лоеров дядюшки Джейкоба. Сам понимаешь, именно для того зарезали старика Томпсона, чтобы они порезвились здесь всласть. Так вот… они не должны сюда доехать.
— Не должны доехать? — шотландец посмотрел меня и с намёком провёл пальцем по горлу. — Совсем не доехать?
Я кивнул.
— Совсем. Или надолго задержаться в дороге. Либо напрочь потерять интерес к Бьютту. Но это надо сделать так, чтобы никто не пронюхал в этом сраном городишке. Я знаю, ты до сих пор водишь знакомство с нехорошими парнями из холмов.
— Сколько у нас времени? — лаконично поинтересовался шотландец.
— Насколько я понимаю, сегодня к вечеру они остановятся на стоянке у Плачущего ручья. Их самих четверо, с ними ещё два охранника и индеец-проводник.
— Я могу решить вопрос… — осторожно начал шотландец. — Есть у меня кое-кто подходящий для такой работы, но…
— Здесь триста пятьдесят долларов, — я открыл сейф и брякнул на стол увесистый мешок. — И намекни парням, что закон может быть снисходительным, когда понадобится.
— Я решу вопрос, — Макгвайр подтянул к себе деньги. — Вернусь к завтрашнему вечеру. А ты заскочи к Марии и скажи, что я уехал по делам.
— Не сомневайся, дружище.
Я проводил его взглядом и машинально взялся за бутылку, но тут же одёрнул руку, словно прикоснулся к раскалённой кочерге.
Нажраться хочется немилосердно, и я нажрусь, но только после того, как выполню всё, что задумал на сегодня.
Из офиса отправился прямо в суд — проведать судью Дженкинса и застал его в обществе мэра и городского священника.
Дублёные, морщинистые лица стариков напоминали собой каменные маски, перед каждым на столе стояла бутылка виски и стакан, под потолком витали густые клубы табачного дыма.
Раньше эту компанию называли «Бедовой» пятеркой: Патрик «Палач» Дженкинс, Бак «Дюйм» Эмерсон, Эдди «Пышный» Макфолл, Бенджамин «Косой глаз» Томпсон и Иосиф «Сладкий» Андерсон. Судья, мэр, шериф, адвокат и священник. Эти парни приехали в Бьютт, когда он был всего лишь стоянкой из десяти палаток. И с тех пор не расставались.
А теперь их осталось всего трое — Эмерсон уехал, а Томпсона убили. Последнее время между стариками не ладилось, но смерть Бена снова сплотила их.
У меня никогда не было друзей, да что там, даже с товарищами не особо складывалось. Но вот с этими стариками я совершенно странным образом в некотором смысле подружился. Да и они восприняли меня довольно тепло.
— Заходи Бенджамин… — судья показал на пустой стул, налил виски в свой стакан и подвинул ко мне.
Я молча выпил и тихо сказал:
— Пока ничего. Работаем.
Дженкинс помолчал немного, покачал и сурово поинтересовался у меня.
— Ты же знаешь сынок, из-за кого заварилась эта каша и почему убили Бена, не так ли?
— Знаю…
— Значит тебе её и расхлёбывать! — гаркнул мэр, шарахнув кулаком по столу. — Иди и найди этого ублюдка!
— Мы на твоей стороне, сын мой… — тихо добавил преподобный Иосиф. — И постарайся, чтобы эта тварь сдыхала долго и мучительно.
— Обещаю, — я встал и пошёл к двери.
— Подожди… — окликнул меня судья. — Если опровергнуть недееспособность мисс Меллори — дело против неё лопнет с треском. Мы соберём специальную комиссию, а ты подготовь свою женщину. Понял? А теперь иди…
Я кивнул и вышел. Встреча с Пруденс была назначена на вечер, и оставшееся время я решил провести с пользой, как для души, так и для дела.
На выходе из суда меня встретил Малыш Болтон.
— Шериф…
— Чего тебе, сынок?
Парень округлил глаза и застенчиво сообщил:
— Я тут ещё кое-что раскопал, шериф.
— Излагай.
— Убийца был маленького роста! — важно сообщил помощник.
— Это мы и так уже знаем. Валун, помнишь?
— Э-ээ… — парень хитро улыбнулся. — Это подтверждает не только валун.
— Что ещё?
— Вы же сами говорили, что удар был нанесен снизу-вверх? Высокий человек ударил бы по-другому. А низенький — как раз снизу.
Я сдержал скептическую ухмылку и на всякий случай похвалил помощника.
— Молодец, Малыш, далеко пойдёшь. А теперь дуй за мной, есть одно дельце. И верёвку прихвати.
— А что мы будем делать, шериф?
— Делать больно одному плохому человеку. Но если ты…
— Я с вами! — парень гордо отдал честь.
— Хорошо подумай, Малыш.
Последовал чёткий ответ:
— С вами — хоть к чёрту в задницу, шериф Вайт! И пусть меня оскальпируют, если я распущу язык!
— Идёт. А теперь слушай…
Наша дорога закончилась в городской тюрьме — невзрачном бараке на окраине города. Я обосновался за столом в комнате надзирателя, а сам надзиратель, огромный индеец-полукровка Лукас через пару минут приволок за шиворот Джеймса Меллори.
Несмотря на расквашенную физиономию, дядюшка Пруденс выглядел бодрячком, эдаким несгибаемым стальным солдатиком, нагло пялился на меня и шипел словно змея.