Любить зверя (СИ)
Я пыталась подкатить к бабушке и продолжить допрос, но она закрылась от всех, как только мы спустились с холма. Натянула меховой капюшон и сгорбилась в седле. На вопросы не отвечала. Мелькнула мысль, что моя мама стала бы такой же, если бы не погибла в молодости. Вышла бы замуж за нормального парня, родила бы нормальных детей, а меня отдала в интернат на пятидневку. Хотя нет, в последнее не верилось. «Зацелую-зацелую-зацелую». Она меня любила.
На обратном пути устроили привал у живописного водопада. Зоя и Дима пожарили на костре сардельки и подогрели лепёшки. Заварили чай с травами, которые Зоя покупала у бабушки Ани в промышленных количествах. Постояльцы гостиницы подсаживались на травяной чаёк с первой чашки.
— Ты знаешь, что такое «шаманский чай»? — спросила я Димку, когда мы жевали булочки с корицей.
— Нет. Но звучит по-наркомански.
— Ты мне очень помог, друг. Даже не знаю, как благодарить.
— Ну поищи рецепт в интернете, — усмехнулся Дима. — Тебе понравился поход?
— Всё было замечательно! Я получила массу удовольствия. Буду рекомендовать ваш тур всем знакомым.
Димка фыркнул и пошёл поить лошадей.
***
Ну хорошо, допустим, лабиринт — это некая лаборатория, которая по капле крови распознаёт «свой-чужой». Допустим, я пройду проверку, и лабиринт пустит меня в лес, где я найду Элла. То-то он удивится. Но что дальше?
Ион.
Дальше — Ион.
И с большой вероятностью смерть во время родов.
Всё упиралось в это.
Но думать о чём-либо другом я уже не могла. Я бесконечно металась между желанием пробраться в таинственный мир Элла, недоступный для обычных людей, и страхом совершить самую чудовищную ошибку в своей жизни.
***
Однажды бессонной ночью мне пришла в голову гениальная идея — выяснить всё до конца. Увидеть Иона собственными глазами. Может, тогда меня попустит?
Я нашла в интернете частного детектива с хорошими рекомендациями и поручила ему выяснить личность Элла. Из зацепок — окончил в Москве физмат приблизительно двенадцать лет назад, необычное саамское имя, младший брат — слепоглухонемой инвалид, стоивший матери жизни, а отец занимается бизнесом. К этому я приложила словесное описание: приблизительно два метра ростом, спортивного телосложения, пронзительно зелёные глаза, полные чувственные губы и разрывающая душу сексуальность.
Детектив не удивился моему заданию. Взял задаток и приступил к работе.
Я думала, на поиски уйдут недели, но через пять дней получила на электронную почту отчёт детектива. Во рту пересохло, когда я увидела длинное письмо и кучу вкладок. Детектив не обнаружил среди выпускников московских вузов парня по имени Элл, хотя проверил не только указанный год, но и предыдущие, и последующие потоки.
Зато нашёл Илью Ларина, который идеально подходил под описание (фотографии в количестве десяти штук прикладывались к отчёту). Илья закончил вуз с красным дипломом. Все думали, что он пойдёт в аспирантуру, но талантливый выпускник пропал из города. С тех пор о нём мало кто слышал. У Ильи был брат Иван, инвалид по зрению, и отец — Виктор Николаевич Ларин, вдовец и успешный предприниматель. Иван тоже не на пособие по инвалидности жил. Он стал парфюмером и пять лет назад запустил производство эксклюзивных нишевых духов. Никто из троих мужчин не состоял в зарегистрированном браке.
Фотографии Ивана и Виктора Николаевича, а также рабочие адреса и телефоны прилагались. Детектив предложил пробить личные телефоны за дополнительную плату, но я отказалась. Мне хватило информации.
Как же Ваня был похож на Илью! Просто невероятное сходство.
Единственное отличие — короткая блондинистая стрижка и чёрные очки, похожие на солнечные. Но, подозреваю, они защищали не столько глаза хозяина, сколько хозяина от чужих глаз.
Я просидела над фотографиями до вечера, бесконечно разглядывая братьев. Сердце стучало о рёбра, в глазах плыло. Когда Марк вернулся с работы, я сказала, что хочу съездить на книжную выставку в Москву, — буквально на один день, чтобы повидаться с однокурсниками и окунуться в литературную среду.
— Хочешь, я поеду с тобой? Задержимся на пару дней, погуляем по музеям, сходим на какой-нибудь концерт.
— Не нужно, милый. — Я изо всех сил старалась, чтобы голос не выдал волнения. — Я вернусь в тот же день. Привезу тебе самые скандальные книжные новинки.
Он усмехнулся. Как издатель он имел доступ ко всем новинкам, но ему нравилось, когда я подсовывала ему нашумевшие романы. Он даже читал их иногда.
— Только не про мужскую любовь, ладно? — попросил он. — Этого мне на работе хватает. Скандал за скандалом.
Я нервно рассмеялась:
— Обещаю! Никакой любви. Одни драмы и триллеры.
На следующий день я позвонила Ивану Викторовичу Ларину. Трубку, естественно, взял его секретарь, который представился Глебом. Я попросила о личной встрече с Иваном. Глеб ответил, что шеф общается с внешним миром исключительно через переводчика, то бишь секретаря.
— Возможно, для меня Ион сделает исключение, — сказала я, держа ладонь на сердце, чтобы утихомирить его бешеный стук. — Недавно в Карелии я познакомилась с его братом Эллом.
Глеб надолго замолчал. Потом сообщил, что обсудит ситуацию с Иваном Викторовичем и перезвонит. Через десять минут я получила сообщение: «Иван Викторович ждёт вас завтра в офисе в тринадцать часов».
Я заказала билеты на самолёт и бросилась собирать вещи.
Завтра я познакомлюсь со слепым братом Элла!
11. Слепой
Я пришла на полчаса раньше назначенного. Стояла в холле бизнес-центра, переминаясь с ноги на ногу. Будний день, обеденное время. Вокруг сновали мужчины и женщины в деловой одежде. Меня потряхивало от волнения, во рту пересохло. Как я решилась на эту авантюру? Зачем потревожила покой незнакомого человека? Кто мне позволил лезть в чужую жизнь в своих грязных сапогах?
«Мы с тобой одной крови», — сказал как-то Элл.
Илья.
Мы не в Мухоборе, в Москве он — Илья.
Илья Викторович Ларин.
Возможно, кровь, бегущая в моих венах, толкала меня на безрассудства? Давала право обращаться к братьям в случае необходимости? И вот необходимость настала.
В центре зала располагался парфюмерный магазинчик — сверкающий корнер, отделанный в лаконичном стиле. На стеклянных полках выстроились гранёные флаконы из чёрного стекла, консультанты в униформе улыбками встречали каждого посетителя. Ну конечно! У Ивана Ларина три точки по продаже нишевой парфюмерии в столице. Не масс-маркет, не люкс, а редкие ароматы, произведённые в небольшом количестве на усмотрение создателя. Штучный товар.
Я взглянула на часы и зашла в бутик. Какие ароматы мог придумать слепоглухой парфюмер? Меня снедало любопытство.
Первый же затест из флакончика под незатейливым названием «ИЛ №1» заставил меня задрожать. Духи пахли мхом, дымным обгорелым кострищем и ядовитыми грибами. Ничего подобного я в жизни не нюхала. Как ему вообще такое в голову пришло? Густой, интенсивный, навязчивый аромат обволакивал, проникал в мозг не только через нос, но и через все поры, уносил в далёкие края, где я никогда не была. А вот Иван, похоже, бывал.
— Вам нравится? — спросила миловидная девушка-консультант.
— М-м, необычный запах, — выдавила я. — Очень… доминирующий. Один раз понюхаешь и никогда не забудешь.
Она широко улыбнулась:
— Правда? Не все его слышат.
— В смысле? — не поняла я.
— Некоторые говорят, что им ничем не пахнет.
Я хмыкнула и поставила духи на полочку. Заметила цену и мысленно упала в обморок. Но аромат стоил своих денег. Я его уже хотела, хотя не считала себя фанаткой нишевой парфюмерии.
— Вы Ульяна Горская? — раздался позади мужской голос.
Я обернулась. Возле меня стоял молодой человек южной наружности — тонконосый, черноволосый, с цепким взглядом. Кудрявые волосы были приглажены гелем и зачёсаны назад.
— Да. А вы Глеб?