Гарантия на жизнь (СИ)

— И что теперь? — Кажется, меня все-таки пробрало страхом.
— Теперь ты выпьешь лекарство, которое убьет в тебе ребенка и останешься жить, если будешь держать язык за зубами, — пожал он плечами. — Мне конкуренты в этом деле не нужны.
— Я не буду это пить, — помотала я головой, совершенно не понимая, что он хочет провернуть.
— Тогда я тебя убью, — все так же равнодушно пожал он плечами.
  
— А без убийства хоть кого-нибудь можно будет обойтись? — Приподняла я брови.
— Нет, — он шагнул ко мне.
— Даже если мы заплатим вам несколько миллионов? — Затараторила я. — Поймите, вам невыгодно сейчас продавать «Топинамбур». Там все деньги вбуханы в завод и болота. На счетах почти ничего нет. Сделку лучше заключить через пару лет, когда мы выйдем на максимальные мощности и продукция выйдет за пределы нашей области. А до этого мы выплатим вам несколько миллионов. Я даже могу свою квартиру ради этого продать. А вы взамен не будете никого убивать.
На равнодушном лице мужчины появилось выражение некоторой задумчивости. Он вообще вел себя малоэмоционально, что казалось мне очень странным.
— Где гарантии того, что вы не упечете меня в тюрьму? — Выдал он мне результаты своего мыслительного процесса.
— Ну, мы заключим договор со всеми заинтересованными сторонами и дадим гарантии на жизнь и свободу всех заинтересованных в этом сторон, — я так опешила от того, что он задумался об этом, что молола все, что на язык придет. До меня только что дошло, что этот преступник не умный интеллектуал (как пишут в детективах), а очень ограниченный в своем сознании маньяк, зацикленный на определенной цели. Он явно был психически больным человеком и от этого становилось еще страшнее. — Затем заверим этот договор у нотариуса, и вы получите свои деньги.
— Так просто? — Не поверил он.
— Нет, — помотала я головой, думая о том, что меня не очень-то и торопятся спасать. Где, что б их, спецназ и иже с ними. — После этого надо будет заключить договор о том, что вам будет полагаться процент с доходов….
— Тина, ложись на пол, — услышала я позади себя голос Никульчина и вместо того, чтобы подчиниться, оглянулась и улыбнулась.
— У нас все нормально. Мы будем договор заключать, — я сделала «страшные» глаза, чтобы показать Толе, что его бывший свекор — душевно больной человек.
— Договор? — Кажется, взглядом я объясняю плохо, потому что Никульчин совершенно ничего не понял.
— Ты отдашь мне десять миллионов сейчас, — Авдей смотрел на Анатолия с плохо скрываемым торжеством во взгляде. — А потом и «Топинамбур» отдашь. Через пару лет.
Муж покачал головой, шагнул ко мне и сильно прижал к себе и тому столбу, к которому я была привязана. И тут же что-то громко взорвалось совсем рядом, зашумело и засверкало, но я ничего не видела, так как носом уперлась в рубашку Никульчина.
— Эй, теперь можно разлепиться, — услышала я веселый голос Аси.
Отодвинувшись от мужа, я огляделась и успела увидеть, как бессознательного похитителя уволакивают люди в форме.
— Ты как? — Анатолий тут же обхватил мое лицо ладонями и принялся на нем что-то разглядывать.
— Ноги устали, — пожаловалась.
— Сейчас, — он отстранился и принялся развязывать веревки. Справившись, он обхватил меня руками и сильно, но нежно притиснул к себе. — Дура! — Выдохнул куда-то в волосы.
— Мгм, — согласилась.
— Да нет, — тут же влезла Ася. — Она нам кучу информации собрала, деда этого на признание преступлений раскрутила, детей освободила. Молодец она у вас! Ребята аппаратуру для прослушки вовремя подвезли, так что с доказательствами проблем не будет.
— Как Дима? — Спросила я, когда мне удалось вдохнуть и немного освободиться из захвата Никульчина.
— Сильный сотряс, но жить будет, — пожала плечами моя телохранительница.
— Дети? — Подняла я взгляд на Толю.
Он недовольно поджал губы.
— Напуганы немного, но уезжать отказались. Сидят в твоей машине, — он скрипнул зубами.
Представляю, чего стоило Дэну отстоять такую позицию.
— Хорошо, — кивнула, улыбнулась и принялась оседать на пол, так как на меня накатило все разом. Обычный обморок в моем случае был спасением.
  
Глава 23
 
Анатолий
Тину я успел подхватить и беспомощно оглянулся.
— Медиков сюда! — Крикнула Ася.
Носилки появились через полминуты, так что Тину я устроил с комфортом.
— Надо расслабить нервную систему, — один из медиков раскрыл чемоданчик.
— Она беременная, — вставил я, но медик только отмахнулся.
— Знаю.
Рукав рубашки я закатал ей сам, чтобы колоть было удобнее. В скорую мою жену занесли уже через три минуты. Дети тут же подбежали к машине.
— Что с ней? — Выдохнул Дэн.
— Перенервничала, — вместо меня ответила проштрафившаяся телохранительница Тины. — Сейчас ее в больнице снова подлатают и все хорошо будет.
— Это я виноват, — сын вдруг опустил голову и хлюпнул носом. — Это я дедушке дверь открыл. Он написал мне сообщение и попросил помочь ему устроить сюрприз для Надьки. Вот я и….
Я на секунду прижал его к себе.
— Все нормально, — скривился и, кивнув Асе на детей и Ниссан, забрался в машину скорой помощи, что была вызвана сразу, как только мы узнали адрес. По-хорошему, винить мне в сложившейся ситуации некого, кроме себя самого. Недоглядел. Заигрался в детектива тогда, когда надо было сразу брать моего бывшего тестя, едва я заподозрил его в этом деле. Но доказательств не хватало. То, что Тина вытащила из него, составило полную картину происходящего. Но какой ценой…. Я сжал ее руку и посмотрел, как спецы убирают оборудование от ангара. — Она беременна, — я заметил, что к жене подтащили капельницу.
— Мы в курсе, — бесстрастно ответил медбрат.
Я вздохнул и опустил взгляд. Мы приехали сюда еще до того, как дети вышли на улицу, но мне строго настрого запретили входить в ангар. Оборудование для прослушки развернули за минуту, записали все. Только потом мне позволили отправиться за женой, которой эта сволочь хотела причинить вред.
— Миха, с люстрой едем, — сообщил один из медиков водителю. — Мало ли что.
У меня сердце удар пропустило. Я сделал прерывистый вдох и постарался успокоиться. Там дети в машине за нами едут….
Я не сразу среагировал на зазвонивший телефон. Вытащил его из кармана и под неодобрительными взглядами медиков приложил к уху.
— Мне Ася позвонила. Говорит, что вы Тину без сознания в больницу везете, — голос Смолова звучал укоризненно. — Я ее пару часов назад домой отпустил, а теперь вот это? В какую больницу ее везут?
— Не знаю, — поднял голову.
— Трубку там дай кому-нибудь, — велел он, поняв мое неадекватное состояние.
Я протянул телефон ближайшему ко мне мужчине. Тот бросил несколько быстрых фраз, отдал мне аппарат и повернулся к водителю.
— Мих, к парку едем, — сообщил он, после чего чем-то зашуршал и вскоре мне в плечо пришелся укол.
— Зачем? — Нахмурился я.
— Чтобы не трясло, — мужчина кивнул на мою руку, в которой был зажат телефон. Та ощутимо ходила восьмерками. — На вот, положи под язык, — протянул он мне еще и таблетку.
Я повиновался и принялся каждые десять секунд смотреть на время. Сколько еще ехать? Почему так медленно, ведь машина же едет с сиреной и мигалками? Что с Тиной и почему она до сих пор не пришла в себя?
— Выгружаем, — последовал приказ, который стряхнул с меня накатившее оцепенение.
Смолов встречал нас на улице. Я удостоился лишь обвиняющего взгляда, а потом Евгений отправился за каталкой. Я бросился следом. Молча. А что я еще мог сделать? Работники скорой помощи в это время сыпали терминами, которых я не понимал.
  
— Здесь сиди, — приказал Смолов, указав на скамейку у дверей отделения.
Я кивнул и сел. Так, надо что-то сделать. Нельзя же просто тут с ума сходить. Поморщившись, я набрал номер Ивана.
— Ну? — Нетерпеливо спросил он в трубку. На заднем фоне слышалась нецензурная брань.