Осколки Протокола. Пенталогия (СИ)
* * *Ангар оказался огромным – с футбольное поле, не меньше. Потолок – метров под десять, на нем – металлические балки, прожекторы, какие‑то механизмы… Вдоль стен выстроились ряды техники. Военные багги с трубчатыми усиленными рамами и огромными грязевыми колесами, квадроциклы армейского вида с кофрами и креплениями под оружие, какие‑то броневики, мотоциклы… Часть техники была под чехлами, те же, что стояли на виду, выглядели новенькими, будто только с конвейера. Твою мать, да для кого Плесецкий все это тут собирал? Для клонов?
В помещении резко махло смазкой, резиной, бензином, чем‑то еще. Ангар заливал яркий свет: лампы дневного света под потолком, прожекторы по углам, ни одной тени.
У дальней стены – массивные ворота из толстого металла, метров пять в высоту и десять в ширину, с мощными гидравлическими приводами по бокам…
И рядом с воротами, чуть справа от них – боевой мех.
Раптор.
Угловатый бронированный корпус серого цвета, камеры‑глаза темные, мертвые, два спаренных крупнокалиберных пулемета на плечевых турелях. Стоит неподвижно, обесточенный, похож на мертвого динозавра в музее… Фух. Ну, хоть с ним воевать не придется… Впрочем, мне и без него тут есть, чем заняться.
К сожалению…
Аврора поднялась на ноги. Кажется, мне все‑таки удалось достать эту суку. По крайней мере, сейчас она не выглядела такой же свежей и полной сил, как несколько минут назад. Из шеи и груди толчками выливается кровь, комбинезон пропитан насквозь… А в глазах – все та же пустота.
И опасность.
Дернув шеей, Аврора резко бросилась на меня. Я размахнулся топором навстречу, ударил сбоку, но белая тварь каким‑то чудом сумела перехватить топор за рукоять, дернуть, а потом я почувствовал, что лечу.
Полет закончился, когда я со всего маху врезался в багги, стоящий посреди ангара. Спину рвануло болью, металл возмущенно загудел… Я медленно съехал по борту, и тут же на меня снова набросилась Аврора.
От удара кулаком в живот меня согнуло пополам, к горлу подступила желчь. Новый удар – коленом в лицо. Что‑то хрустнуло, из носа хлынула кровь, затылок врезался в дверь багги, в глазах потемнело. Захват за шею, бросок – и я снова в воздухе. Только для того, чтобы врезаться в соседнюю машину. Я ударился о стойку, прокатился по капоту, грохнулся на бетон с другой стороны…
Застонав, я с трудом перевернулся на спину. Шаги. Надо мной снова возникла Аврора. Я ее тоже потрепал качественно, но тварь все еще крепко стояла на ногах. Твою мать, чем ее Плесецкий нафаршировал? Она сильнее любого механоида…
Сука в белом нависла надо мной, широко размахнулась… Кажется, только сейчас, вот в этот момент, я смог вывести ее на эмоции. Тварь улыбалась.
А в следующий момент послышался рев двигателя, гулкий удар – и ассистентку профессора просто снесло в сторону.
Застонав, я встал – еле‑еле, шатаясь, держась за багги. Потрепала она меня настолько качественно, что аж колени подгибались. Да и откат от нейрогена – это тебе не легкое похмелье. Ничего, справлюсь. Твою мать, что это было вообще?
Прищурившись, я навел фокус и сумел разглядеть, что ударило Аврору. Огромный двигатель от броневика, на цепях висящий под потолком. Кран‑балка, на котором он был закреплен, внезапно активировался и изменил положение. Вот и…
– Симба, это ты? – прохрипел я.
– Так точно, шеф. Но, боюсь, что я не сумел вывести Аврору из игры окончательно. Я бы рекомендовал поторопиться…
– Открывай ворота, – я сплюнул на пол сгусток крови. Симба прав – нужно валить. И чем быстрее – тем лучше.
Я окинул взглядом ангар. Угу. Вот оно. То, что нужно, лучше, пожалуй, и не придумаешь.
Чуть в стороне от багги стоял мотоцикл. Большой, тяжелый эндуро, с мощным электродвигателем, черным обтекателем и полным набором экспедиционных кофров. Если он окажется еще и заряжен…
Я заковылял к мотоциклу. В отдалении загудели двигатели – Симба активировал механизм ворот. Массивная створка медленно начала подниматься. Я добрался до мотоцикла, перекинул ногу через седло, клацнул тумблером… Есть! Полный заряд! Отлично! Взявшись за руль, я качнул байк, снимая его с подножки. Ворота впереди медленно открывались, за ними уде был виден тоннель, уходящий вверх под наклоном…
А совсем рядом со мной качнулся на цепях тяжелый двигатель.
Невероятно, но факт: ассистентка профессора не просто пришла в себя. Она сдвинула тяжеленный агрегат, прибивший ее к полу, и сейчас уже поднималась на ноги, не сводя с меня горящего взгляда.
Дерьмо!
Я нажал кнопку на рукояти. Стрелки ожили, мотоцикл чуть заметно качнулся вперед. Я выжал ручку газа, срывая его с места, и тут же Аврора сорвалась на бег.
Заднее колесо пробуксовало по полу, мотоцикл рванулся вперед, сразу же набрав внушительную скорость… А бестия в некогда белом, а сейчас залитом кровью комбинезоне оказалась позади меня в считанных метрах. Да какого…
Мотоцикл несся по ангару, а Аврора за спиной сокращала расстояние. Двадцать метров, пятнадцать, десять… Она бежала с невероятной скоростью, и я уже видел: мне не успеть. До того, как она догонит меня и сорвет с байка оставались считанные секуды…
И тут стоящий у входа Раптор ожил.
И тут Раптор ожил.
Камеры‑глаза вспыхнули ярко‑красным светом, корпус загудел низким звуком работающих систем, турели с пулеметами резко развернулись с металлическим лязгом, нацелились на бегущую Аврору…
И открыли огонь.
Раздался оглушительный грохот. Пулеметы Раптора исторгали сотни выстрелов в секунду, прошивая воздух красно‑оранжевыми линиями трассеров, на бетон сыпанули гильзы – а через миг Аврору снесло свинцовым шквалом.
Что с ней было дальше – я не видел, мне было не до этого. Пригнувшись к самому фальшбаку, я вжал голову в плечи и проскользнул под не до конца открытым воротами, вылетев в тоннель.
– Закрывай, Симба! – рявкнул я, стараясь удержать тяжелый мотоцикл.
Мощные фары рвали в лоскуты тьму, высвечивая широкий и прямой, как стрела, тоннель, ведущий наружу. Несколько секунд – и я выскочил на поверхность. Бункер остался позади, вместе с чокнутым профессором и его неубиваемой ассистенткой, а мне в лицо бил свежий ветер, который в последний раз я ощущал, кажется, целую вечность назад.
Ветер свободы…
– Симба, с Раптором – это тоже ты? – мысленно спросил я, сбрасывая скорость и пытаясь разобраться, куда мне вообще ехать.
– Так точно, шеф, – не без гордости ответил ассистент. – Повезло, что он был в режиме гибернации. Если бы элементы питания оказались разряжены… – Симба многозначительно замолчал. Да уж. Нетрудно догадаться, чем тогда это все закончилось…
Проехав метров пятьсот по дороге, я свернул с нее резко влево, в гущу леса. Мотоцикл послушно тащил меня вперед, по угадывающейся в свете фар грунтовой дороге, надежно замаскированной от нежелательного внимания настоящим живым тоннелем из переплетшихся крон деревьев. Все тело – сплошная боль. Ребра трещали при каждом вдохе – минимум два сломано. Губа разбита и распухла, кровь на подбородке засохла. Нос, похоже, тоже сломан. Руки в ссадинах и порезах. Горло болит после удушения. Комбинезон рваный, мокрый от крови – чужой и своей… Недолго же я продержался после «обновления» – не успел снова получить тело, как тут же едва не ушатал его в хлам.
Ну, ничего. Запас наноботов обновлен, день‑два – и снова буду как новенький. Вот только есть несколько моментов, которые меня всерьез напрягают. И, полагаю, нужно сначала разобраться с ними, а потом уже думать, что делать дальше.
– Что думаете делать дальше, шеф? – эхом отозвался Симба, и я усмехнулся.
– Для начала – убраться отсюда как можно дальше. А потом… Знаешь, друг, я бы совсем не отказался от нормального оружия, брони и экипировки. Построй маршрут к убежищу Севера. Кажется, пришло время вернуться на нашу временную базу.
– Слушаюсь, шеф, – через несколько секунд в слое дополненной реальности вспыхнул экран навигатора.