Муж моей подруги (СИ)

Меня будит стук во входную дверь.
Стас влетает внутрь, стряхивая капли дождя со своего плаща, как щенок.
— Что с тобой? — спрашивает он. — Ты ужасно выглядишь.
Я улыбаюсь.
— Большое спасибо.
— Почему ты не отвечаешь на мои сообщения?
— Извини. Я была очень занята. Как ты? Ты завтракал?
Стас такой нормальный, такой привычный, такой милый, что я готова его обнять.
  
— Я бы выпил твоего фирменного кофе.
Я веду его на кухню.
— У меня есть котлеты с макаронами. Немного горохового супа с копченостями…
— Юля. Забудь о еде. В чем дело? — Он с глухим стуком бросает свой портфель на стул.
Я закрываю дверцу холодильника. Я пытаюсь сохранить самообладание, затем поворачиваюсь к нему лицом.
— Они сказали, что у Вани муковисцидоз.
— Кто они?
— Врачи.
— Почему они так сказали?
— Мы сдавали анализы.
Стас свято верит во все научное.
— Отстой. От этого есть лекарство? Можно что-нибудь сделать?
— Лекарства нет. Все зависит от формы.
— И какая форма у Вани?
— Врачи говорят, что это легкая, но они не знают наверняка. Мы можем только ждать и наблюдать.
— Как Ваня это воспринял?
— Я ему еще не говорила. Есть еще некоторые осложнения... — У меня кружится голова. Я спешу присесть на стул.
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально.
— Не хочу показаться злодеем, но ты давно смотрела на себя в зеркало? Ты выглядишь очень потрепано.
Я дотрагиваюсь до своей головы.
— Ты сильно похудела, Юль, и все лицо обвисло...
Его беспокойство выводит меня из себя. Интересно, почему Рита не сказала мне, что я так плохо выгляжу; она всегда была моим самым активным критиком. Я начинаю рыдать.
— Юля, ты чего?
— Все летит к чертям, Стас, и это моя вина.
— Так. — Он обнимает меня. — Рассказывай.
Я делаю глубокий вдох и рассказываю ему все. О моем романе с Володей. О болезни Вани. О гневе Максима. О гневе Киры. О неразберихе, которая вот-вот обрушится на наших детей. Когда я заканчиваю, Стас качает головой.
— Как в бразильском сериале...
— Да уж, — фыркаю я.
— Тебе нужно обратиться к психологу.
— Он мне не поможет.
— Тебе нужна поддержка, ты потеряла свою лучшую подругу и мужа одним махом.
— Ты думаешь, я потеряла их навсегда?
— Я не могу предсказывать будущее. Но тебе нужна помощь. И знаешь, что еще? Тебе нужно сосредоточиться на работе. Это поможет. К тому же, не исключено, что вы с Максимом разведетесь, лишние деньги точно не помешают.
— Да, ты прав. Но прямо сейчас... сегодня... — Я встречаюсь с ним взглядом. — Я не в состоянии работать.
Лоб Стаса озабоченно хмурится. Его голос срывается, когда он спрашивает:
— Чем я могу помочь?
— Дай мне немного времени прийти в себя.
— Это я могу, — говорит он.
  
Глава 40
 
Осень 2021 года
Когда Стас уходит, я чувствую себя увереннее. Есть вещи, которые я должна делать, чтобы дом функционировал как раньше; я стираю белье и начинаю прибираться на кухне.
У Вани началась учеба, и у меня появились новые поводы для переживаний. Не устанет ли он? Не подхватит ли он какие-нибудь вирусы? Школа — это рассадник вирусов. Я знаю, что мне нужно быть менее гиперопекающей мамашей. Но сейчас я чувствую себя настолько подавленной, что не могу думать рационально.
Вдруг я слышу, как в замке начинает проворачиваться ключ. Максим? Дыши, говорю я себе. Все в порядке. Дыши.
Я подхожу к двери. Она открывается. На пороге стоит Максим.
— Ты уходишь? — спрашивает он удивленно.
— Нет. Я услышала, что кто-то идет... — Нам так неловко.
Над его верхней губой блестят капельки пота.
— Нам нужно поговорить.
— Да, конечно. Проходи.
Я такая гостеприимная, веду себя как приветливая хозяйка, и меня удивляет, когда Максим проходит мимо меня на кухню. Он наполняет стакан водой и жадно пьет.
Я стою в дверях, глядя на спину своего мужа.
— У меня нет этого гена.
— Володя уже заходил. Пришли его результаты. Он является носителем гена.
— Вот так штука. — Максим со стуком ставит стакан на стол. — У него двое сыновей. У меня нет ни одного.
— Это неправда.
— Что значит неправда?
— Максим, ты не присядешь? Давай спокойно обо всем поговорим.
— Нет смысла ворошить прошлое, — говорит Максим. — Мы ничего не можем изменить. Что сделано — то сделано. Нам нужно двигаться дальше.
— Да, — с готовностью говорю я, наклоняясь к мужу. — Точно. И нам нужно подумать о Ване.
— Я подаю на развод.
— Максим…
— Я не собираюсь бросать Риту. Все имущество поделим поровну, за исключением, конечно, дома в Сочи.
— А как же Ваня?
— А что с ним?
— Максим, черт возьми! Он твой сын.
— Все, — резко говорит Максим, — я ухожу отсюда. На самом деле я заехал, чтобы забрать кое-какие вещи. Я останусь в редакции, пока не найду квартиру. Тебе тоже лучше собраться; нам нужно выставить квартиру на продажу.
Он проскальзывает мимо меня, выходит из кухни и направляется в нашу спальню.
Я следую за ним, разрываясь между гневом и недоверием. Максим снимает спортивную сумку с полки шкафа, бросает ее на кровать и начинает набивать нижним бельем, рубашками, носками.
— Максим, — мягко говорю я. — Ты не можешь перестать быть отцом Вани. Это же не так просто, как щелкнуть выключателем.
— Но это именно то, что произошло, — отвечает Максим, безжалостно собирая свою одежду. — И это ты щелкнула выключателем, Юля. Ты. Не я. — Его лицо краснеет, когда он это говорит.
— Я знаю это. Я знаю. Прости меня, Максим! Я никогда не смогу выразить, как мне стыдно за то, что я причинила тебе боль. Но мы все еще семья, и в первую очередь мы должны думать о Ване. Он всего лишь маленький мальчик. У него впереди еще столько трудностей. Ты не можешь бросить его сейчас.
— Нет, — говорит Максим, — могу.
Он дергает молнию так быстро, что она взвизгивает, поднимает сумку и поворачивается, чтобы уйти.
Я загораживаю дверной проем.
— Вспомни то лето, Максим. Вспомни, что ты мне сказал. Ты не знал, любишь ли ты меня. Ты намекал на то, что собираешься бросить меня.
— Боже, — тихо произносит Максим, его лицо мрачнеет. — Разве это не ирония судьбы?
Рыдание застревает у меня в горле, и слезы текут по моему лицу.
— О, Максим. Пожалуйста. Не оставляй меня. Не оставляй нас. Ты нужен нам.
На глаза Максима наворачиваются слезы.
— Каждый раз, когда я смотрю на Ваню, я вижу живое доказательство того, что у тебя был роман с Володей. Я не смогу жить с этим.
— Максим, Ваня — это не доказательство! — бормочу я, подыскивая нужные слова. — Он маленький мальчик. Наш маленький мальчик.
— Твой маленький мальчик, — говорит Максим. Его лицо мокрое от слез.
— Максим, прости меня.
Я не могу вынести боль на его лице, боль, которая исходит от него. Я хочу обнять его, попытаться уменьшить эту боль. Я протягиваю руку.
— Не надо, Юля, — говорит Максим и отходит в сторону, подальше от меня, как будто мое прикосновение причиняет ему боль. Он обходит меня, идет к двери.
  
Глава 41
 
Осень 2021 года
Мне нужна помощь. Я хочу, чтобы кто-нибудь помог мне. Я не могу сделать это сама. Так чувствует себя преступница, выслушивающая приговор суда. Она полна отвращения к себе и удушающего ужаса, не может дышать, задыхается от самой своей жизни.
Я потеряла свою лучшую подругу. Я потеряла своего мужа. Я потеряю эту квартиру. Жизни моих детей будут разрушены. Я хочу выпороть себя, разодрать ногтями свое лицо.
Дрожащими руками я набираю номер Володи. После нескольких секунд ожидания я слышу его голос.
— Что-то случилось?
  
— Я подумала, тебе следует знать. Максим получил результаты. У него нет этого гена.
— Что ж. — Он прочищает горло. По его тону я понимаю, что он не один в комнате. — Мы должны встретиться как можно скорее, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.