Муж моей подруги (СИ)

— Ты такой милый, — говорю я Стасу. — Я поищу, если это повторится.
— Молодец. — Он поворачивается, чтобы уйти.
— Стас. Андрей Махнев предложил мне работу.
Стас оборачивается.
— Ого. Ты согласилась?
— Пока нет. У меня есть лето, чтобы принять решение. Я еще не сказала Максиму.
— Почему?
— Ну, ты знаешь, там слишком высокая зарплата.
— Максим — современный мужчина, он не будет переживать по этому поводу.
  
— И это все изменит.
— Рано или поздно все меняется.
— Я знаю.
— Жалко, конечно, что мне придется найти нового партнера.
— Да, прости. — Я смотрю на Стаса. — Как ты думаешь, что я должна сделать?
— Без понятия. Тебе лучше поговорить с Максимом.
— Ты прав. Я поговорю.
Я поговорю, но я не знаю, когда.
  
Глава 8
 
Лето 2010 года
К тому времени, когда Рите исполнилось три, я чувствовала себя ответственной, состоявшейся женщиной.
И все же мне было… Я не скажу, что мне было скучно. Мне не было скучно. Но часть меня не была удовлетворена. Кира была для меня находкой с ее сарказмом, колкими замечаниями и честной похотью. То, что у нас было двое детей одного возраста, которым нравилось играть друг с другом, казалось хорошим предлогом для сближения.
Было бы слишком оптимистично надеяться на то, что наши мужья понравятся друг другу. Я обдумывала идею пригласить Степановых на ужин; я могла бы накрыть стол, Митя и Рита могли бы поиграть. Но когда я однажды случайно встретила Владимира Степанова на дне рождения нашего общего знакомого, я быстро отказалась от этой идеи. Если Кира выглядела как модель, то ее муж выглядел как Аполлон. Высокий, стройный и красивый; у него были светлые волосы и узкое благородное лицо. Просто глядя на него, я чувствовала себя маленькой, неказистой и косноязычной. Он был на три года старше меня, что заставляло его казаться гораздо более искушенным и зрелым. Не помогало и то, что он был очень сдержанным. Кира говорила мне, что эта черта его характера сводила ее с ума и была главным источником всех их ссор.
— Я так рада наконец с Вами познакомиться. Кира все время говорит о Вас. Ну, оно и понятно, она ведь Ваша жена, — пробормотала я, когда мы пожали друг другу руки.
— Я тоже рад с Вами познакомиться, — спокойно ответил он.
— Рита очень любит играть с Митей.
— Да, Митя без ума от Вашей дочери.
Максим сидел за столом и пил вино; я пожалела, что не могу прямо сейчас сделать большой глоток, чтобы снять напряжение. Кира разговаривала с каким-то статным мужчиной.
— Кира сказала мне, что Вы адвокат.
Он кивнул. Его взгляд был добрым, но напряженным.
— Вы сейчас ведете какие-нибудь интересные дела?
— Я не могу Вам рассказать о них.
Наш разговор зашел в тупик. Я судорожно пыталась найти какую-то тему для разговора, но ничего не выходило.
В отчаянии я сказала:
— Я видела ваш дом. Он прекрасен.
— Спасибо.
Он не выглядел скучающим и было не похоже, что я досаждаю ему. На самом деле он казался довольно дружелюбным. Он просто был очень тихим.
Тут появился Максим, и я чуть не бросилась ему на шею от облегчения.
— Максим, это Владимир Степанов, муж Киры.
Они пожали друг другу руки.
— Я слышал, вы живете в своем доме. Как вам жизнь загородом? — спросил Максим.
— Нам нравится, я устал от шума.
Я внимательно наблюдала за жидкостью, которую отхлебывала из своего бокала. Я искренне надеялась, что эти двое не возненавидят друг друга. Максим был таким же красивым, как Владимир, но он был ниже ростом, и в тот момент это казалось недостатком.
Максим сказал:
— А я все детство провел в деревне и решил, что ни за что туда не перееду.
— Почему?
Максим наморщил лоб, размышляя.
— Зимой надо чистить снег, летом косить траву. Я ни за что не променяю городскую жизнь на чистый воздух и тишину.
Владимир рассмеялся.
Двое мужчин завели разговор о плюсах и минусах загородной жизни. Я стояла ошеломленная и совершенно влюбленная в своего мужа. Он был неотразим. Он мог разговорить любого. Я взглянула на Киру, она кивнула в сторону наших мужей и подмигнула мне. Произошло еще одно чудо.
Я пригласила Киру и Митю провести пару недель со мной и Ритой в Сочи, в доме тети Тани. Она с радостью согласились. Наши мужья не смогли поехать с нами из-за работы, но пообещали приезжать по выходным. В душный августовский понедельник мы с Кирой и детьми отправились на вокзал. Поездка на электричке до Сочи заняла чуть больше четырех часов, Митя и Рита ужасно капризничали все это время. Нам казалось, что мы едем вечность. Дети все время были на взводе, им хотелось бегать наперегонки по вагону, хотелось заглянуть в каждое окно, хотелось делать все, что угодно, только бы не сидеть на месте.
— О чем мы только думали? — спросила у меня Кира.
Когда мы добрались до места, Кира пошла за продуктами, пока я застилала кровати и прибиралась в доме. Мы приготовили праздничный ужин, пока дети бесились во дворе, как сумасшедшие.
Было почти одиннадцать часов, когда мы наконец рухнули на диван в гостиной после того, как наконец-то уложили детей спать.
— Так не может продолжаться все лето, — вздохнула Кира.
— Первый день всегда тяжелый.
— Я всегда мечтала пожить летом на море. Я никогда не представляла себе такой отдых.
— Ты не представляла себе отдых с трехлетним ребенком.
— Интересно, почувствую ли я себя когда-нибудь снова молодой, безбашенной и свободной?
— Я не думаю, что это входит в обязанности матери.
— Я так устала, Юля! Я так больше не могу!
Я на мгновение задумалась, а затем сказала:
— Кажется, у меня есть идея.
  
Глава 9
 
Лето 2010 года
Тур по местным дискотекам должен был стать нашим противоядием от рутины. Мы попросили соседку присмотреть за детьми и пообещали, что будем дома к полуночи.
Мы отправились в бар «Муза». По выходным там играла живая музыка. Как только мы вошли внутрь, наше настроение автоматически поднялось. Бар был битком.
Кира, более высокая, чем я, и более агрессивная, проложила путь сквозь толпу к барной стойке. Я последовала за ней.
— Две «маргариты», — крикнула она бармену.
Воздух в баре был пропитан запахом пота, алкоголя, дешевого одеколона и сигарет. Я пригубила свой напиток; на вкус он был сладким и крепким. Кира протиснулась сквозь толпу к краю танцпола.
Мы наблюдали за выступающей группой из пятерых парней в джинсах и рваных футболках. Темные волосы вокалиста мокрыми прядями свисали вокруг его лица. Его подбородок и скулы были такими острыми, что ими можно было резать бумагу.
— Какие красавчики! — крикнула мне Кира, и ее слова потонули в грохоте музыки.
— Согласна!
Я ужасно быстро допила еще один коктейль, пытаясь преодолеть свои комплексы с помощью алкоголя.
Все на танцполе казались мне молодыми, крутыми и беззаботными. Мне было двадцать семь, и я чувствовала себя древней. Вдруг мужское тело загородило мне вид на танцующих. Крупный парень, чуть моложе тридцати, с красным лицом и выгоревшими на солнце волосами и бровями, наклонился ко мне. Он что-то выкрикнул. Моей первой реакцией было замешательство. Мне потребовалась секунда, чтобы понять, что этот незнакомец хочет, чтобы я потанцевала с ним. Мгновение я балансировала на грани честности, трезвости и пристойности. Затем Кира ударила меня между лопаток и вернула в настоящее.
— Потанцуй с ним! — закричала она. — Дай мне свой стакан!
Я допила остатки коктейля, передала Кире бокал и поплелась за парнем на танцпол. Несколько мгновений я лишь робко покачивалась и шаркала ногами, но мой партнер был одним из тех мужчин, которые, несмотря на массивность и коренастость, отлично двигались. Он бил в ладоши, качал головой и подпевал. Это было ужасно заразительно. Какое мне было дело до того, что он думал обо мне? Я отбросила свою защитную броню и позволила музыке хлынуть внутрь, взбудоражив мою кровь.