Неугодная хозяйка драконьего поместья (СИ)

— Быть может, меня неверно поняли, или плохо услышали, — он недобро усмехнулся, — тут у меня не ночлежка для бродяжек. Так что собирай манатки и проваливай, иначе я вышвырну тебя сам…
С этими словами он угрожающе шагнул вперед.
Я невольно отпрянула, но потом увидела довольный блеск в аквамариновых глазах и опомнилась.
Схватив первое, что попалось под руку, я замахнулась на нахала…
    
4
 
Мужчина ответил мне таким взглядом, что у меня мгновенно отбило желание лезть на рожон.
Я почувствовала себя маленькой и жалкой по сравнению с ним.
Где-то поблизости истошно орала курица. До меня не сразу дошло, чем именно я замахнулась на агрессивного гостя.
Трепыхаясь в моих пальцах, птица верещала:
— А ну поставила на место, дура! Иначе тебя постигнет страшная кара могущественного Матильдергона!
Я брезгливо встряхнула руками, пытаясь отбросить от себя противную курицу.
Нецензурно прокудахтав, рыжая бестия вспорхнула ввысь и одновременно с этим уронила на рукав нахала кляксу помета.
Я испуганно замерла, глядя как стекает по дорогой темно-синей ткани мерзкая куриная жижа.
Мужчина медленно опустил взгляд на испачканный рукав, а потом так же медленно поднял глаза.
По моей спине пробежался мороз, и я невольно отступила назад. Курица с воем скрылась в зарослях крапивы.
Гость смотрел на меня так, словно я собственноручно изгадила его одежду.
А затем он принялся снимать с себя камзол.
— Постираешь! — процедил он, бросая его мне в лицо.
Я едва успела схватить одежду обеими руками, а потом опомнилась и швырнула себе под ноги.
— С какой стати? — поинтересовалась с подчеркнутой вежливостью. — Это ваша чокнутая курица, вам и стирать!
Мужчина раздраженно выдохнул сквозь плотно стиснутые зубы, опасно сузив аквамариновые глаза.
Его темные брови сошлись на переносице.
Я с трудом сглотнула. Отчего-то вдруг очень захотелось метнуться вслед за курицей.
Сейчас это показалось идеальным вариантом.
— Ты, наверное, не совсем меня поняла, — обозначил гость, делая плавный шаг вперёд, — перед тобой сюзерен местных земель герцог Асгарт!
Я не впечатлилась.
Герцог? И что?
— Мне нужно на колени перед вами упасть?
Он закатил глаза.
— Невежа…
Мне начало это порядком надоедать. Мало проблем с новой реальностью, так еще и этот высокомерный мерзавец жизнь портит!
Я уперла руки в бока и заявила:
— По крайней мере у меня хватает воспитания не оскорблять людей, которых я совершенно не знаю! Так кто из нас тут невежа?
Плечи герцога напряглись. Он резко шагнул в мою сторону и вдруг схватил меня за шкирку, как нашкодившего котенка.
Я задохнулась от возмущения:
— Вы что творите?!
Сильная рука держала без возможности вырваться. Я дергалась, пытаясь оттолкнуть его от себя, но бесполезно.
Противный герцог впился, как клещ.
И вскоре я поняла, куда меня тащат. Неподалеку, как раз рядом с крапивой, где спряталась курица, возвышалось старое деревянное корыто, наполненное тухлой дождевой водой.
Я задергалась интенсивнее и возмущенно заорала:
— Отпустите меня сейчас же! Вы не имеете права! Вам это с рук не сойдет!
Вместо ответа он швырнул меня в воду. Я едва успела задержать дыхание прежде, чем погрузиться в отвратительную вонючую жижу.
— Уже сошло, — донесся до меня самодовольный голос, стоило вынырнуть из корыта.
Следом сюда же полетел испачканный пиджак, накрыв меня с головой.
Я сдернула его и откинула в сторону, чувствуя себя хуже некуда. Вода стекала по волосам и по груди. Кажется, дикая вонь за секунду пропитала меня насквозь.
Внутри клокотало яростное негодование.
Подняв взгляд, я отфыркнулась.
Явно очень довольный собой герцог Асгарт стоял неподалеку, любуясь творением своих рук.
Кто бы знал, как мне хотелось вцепиться ногтями в это высокомерное лицо и порвать его на лоскуты.
Я медленно поднялась из корыта. Тяжелый, напитавшийся жижей подол, тянул вниз.
Тело мгновенно озябло. Мокрая ткань тонкого домашнего платья облепила меня всю, не оставляя простора для фантазий. Взгляд герцога стал заинтересованным, и я поторопилась прикрыться хотя бы руками.
Такого унижения я не испытывала никогда в своей жизни. Еще ни один мужчина не вел себя со мной так отвратительно.
И мне захотелось ответить чем-то равноценным. Жаль, ударить его я не могла. Разве только словами.
А потом убежать и спрятаться, надеясь на то, что он посчитает ниже своего достоинства меня преследовать.
— Вы мерзавец, а не мужчина, — прошептала дрожащим от гнева голосом.
На красивых мужских губах зазмеилась презрительная усмешка.
— Неужели? — сощурился он, опустив руки на ремень с тяжелой бронзовой пряжкой. — Если так в этом сомневаешься, могу продемонстрировать обратное.
Я с ужасом поглядела, как тот вытягивает кожаную полоску из штанов.
Колени вдруг подогнулись, заставив пошатнуться на ослабевших ногах.
Что он собирается делать? Избить меня ремнем, или, не дай боги…
Теперь я уже ничему не удивлюсь.
Мои губы задрожали, а глаза наполнились слезами. Впервые в жизни я чувствовала себя такой униженной и несчастной, и слезы заструились по щекам.
Герцог медленно опустил руку с ремнем и презрительно протянул:
— То-то же. Впредь думай, с кем говоришь, — развернувшись, он направился к своему экипажу, бросив напоследок: — завтра мой камзол должен блестеть, в ином случае твоя прелестная задница отведает моего... ремня.
  
5
 
Экипаж герцога скрылся за воротами. Едва дыша от злости, я смотрела ему вслед и сжимала пальцы в кулаки.
Да хоть бы он сгорел! Жаль, я не обладаю талантом стрелять лазерами из глаз. Иначе на месте этого нахального гада осталась бы лишь жалкая кучка пепла.
На крыльце показалась испуганная нянюшка. Оглядев масштаб трагедии в моем лице, она всплеснула руками и кинулась навстречу, запричитав:
— Ой, что же это такое делается, госпожа!
— Что видите, — прошипела я, дрожа от холода.
— Идемте скорее в дом, — старушка подхватила меня под руку и повела в сторону крыльца, — неровен час простудитесь.
К ее чести, она даже нос не сморщила от моего отвратно смердящего платья.
Мы вошли в дом. Я огляделась и вздохнула. При свете дня прихожая выглядела еще более плачевно.
Сколько же тут прибираться… но нянюшка об этом и не думала.
— Ну что опять? — спросила она с беспокойством, заглядывая мне в лицо.
— Этот… паршивец, — процедила я, — решил, что он может мой командовать! Курица обгадила его чертов камзол! И тот швырнул его мне, чтобы я почистила, представляете?
Нянюшка ахнула.
— Да кто он вообще такой?! — продолжала я гневно. — За кого он меня принимает, за бесплатную прачку??
— Ой… и как же это… — распереживалась нянюшка, — и что же теперь делать? Давайте я постираю?
— Не смейте!
И тут мне в голову пришла интересная мысль. Развернувшись, я кинулась во двор. Нянюшка не отставала.
Еще вчера я приметила в зарослях лебеды у крыльца старый ржавый топор.
Кое-как вырвав его из дерна, я решительно направилась к колоде с тухлой водой.
Топор, разумеется, оказался тупым. Как бы ни хотелось разбить несчастную колоду в щепы, у меня вышло лишь вырубить из нее пару длинных досок.
Их я связала крест-накрест оторванным лоскутом от пришедшего в негодность платья.
Нянюшка наблюдала за моими манипуляциями с крыльца, испуганно прижав руки к груди. Она мудро решила не прерывать такую агрессивную меня.
Тем более теперь, когда у меня был топор.
Я воткнула импровизированный деревянный крест в мягкую землю у забора, затем нацепила на него герцогский камзол.
  
Замерев неподалеку, полюбовалась на результат своего труда.
— Отличное вышло чучело, — улыбнулась я удовлетворенно, — вылитый герцог!