Столица на краю империи (СИ)
Мордовороты, собиравшиеся крошить меня в капусту, испарились.
— Вводите, — разрешил я.
И последовал за своей провожатой.
К нам подошёл мужчина в чёрном костюме и протянул мне ключи от автомобиля:
— Ваше благородие, «Ирбис» на подземной парковке. Минус второй уровень, сто пятнадцатое место.
— Мощный сервис, — я принял ключи.
— Нам стоило больших усилий не допустить туда ясновидящего Медведей, — прокомментировала Милана.
Проводив взглядом мужика, отдавшего мне ключи, я ответил:
— Спасибо, графиня.
— Просто Милана, — улыбнулась девушка. — Отец много рассказывал о вас, господин Иванов.
— Сергей.
Девушка мне понравилась. Не было в ней того снобизма, который так раздражал в её отмороженном брате. Лев вообще по воспитанию сильно выбивался из этой семейной династии. Думаю, этот парень не ограничится банальным служением клану. Будет подниматься вверх по головам, максимально использовать своё положение.
— Ваша трость, — Милана остановилась в лифтовом холле. — Это ведь оружие?
— Самое настоящее, — подтвердил я, расстёгивая куртку и снимая шапку. В комплексе топили хорошо, и мне стало немного жарковато. — Надеюсь, это не станет проблемой.
— Благодаря отцу я немного познакомилась с вашими методами.
Двери кабины с тихим звоном раскрылись, выпустив узкоглазого азиата в ифу. Азиата сопровождали двое в чёрных костюмах без видимых признаков оружия. На груди у каждого телохранителя был вышит логотип Дома Рыси.
— Не думал, что в Турове живут китайцы, — заметил я, когда двери сомкнулись, и кабина поехала вверх.
— Ой, да ладно вам, — рассмеялась девушка. — За прошлый год Великие Дома приняли столько новых членов, что мы их уже и не считаем.
— Наёмники.
— Кто ж ещё.
— И Сапеги не отстают, как я погляжу.
— У них богатый опыт по превращению чужого в своё, — невозмутимо ответила Милана. — Помните, у Неваполиса была торговая война с Германией в семьдесят пятом? Тут же в северо-западных губерниях появилось отменное пиво туровского производства и братвурст-берестейская колбаска.
Я хмыкнул.
Федя обожает сардельки, выпускаемые под маркой «ББК». Там уже и ветчина, и сосиски, и куча всевозможных колбас. А выпускается вся эта история в Брестском уезде, если мне память не изменяет.
Двери открылись, выпуская нас в очередной мраморный холл.
— Наша делегация живёт в пансионате, — сказала Милана, направляясь в коридор. Всюду сновали люди. Охранники, журналисты с камерами и микрофонами. — Но сегодня мы задержимся. Надо дождаться результатов жеребьёвки.
Из небольшой рекреации доносились звуки включённого телевизора.
Спокойный мужской голос перечислял имена и фамилии бойцов, выступающих на Турнире.
Мы остановились у деревянной двери с трёхзначным номером.
— Эту комнату выделили вам, Сергей. Тут можно переодеться, принять душ. Есть коммуникатор внутренней связи, но линия перегружена.
— Где Маро?
— Сейчас она, как и другие бойцы нашего клана, в выделенной нам гостиной. Все подступы охраняются. Внутри гостиной тоже есть наши сотрудники.
— Вы меня проводите к ней?
— Конечно.
— Тогда мы сделаем это сейчас, — я взял ключ из рук Барской, открыл комнату и быстро скинул всю верхнюю одежду. Стало значительно легче. — Душ и еда меня не интересуют.
Выключив свет и закрыв номер, я вернулся в коридор.
Девушка бросила взгляд на трость-меч, но ничего не сказала.
— Идёмте, Сергей.
И мы углубились в лабиринт переходов, опоясывающих большую арену.
По дороге я узнал, что все делегации в сборе, их распределили по пяти секторам, между которыми перемещения запрещены. За этим следят эсбэшники. Везде камеры, всевозможные датчики, хитрые артефакты. Сектора имеют отдельные лестничные марши и лифтовые шахты. Таких комплексов, пояснила Барская, в стране очень мало. Их проектировали специально для Великих Турниров.
Минут через десять мы добрались до гостиной Эфы.
И да, народу там было много.
Глава 6
Из тех, кто сразу бросился в глаза — Маро, Барский, Воронова, Трубецкой, Мерген-оол. А ещё Ибрагим Таиров, главный ланистер Дома Эфы. Остальных я не знал. Думаю, тут присутствовали как обычные поединщики, так и помощники Таирова. Я уж молчу про сотрудников СБ — эти держались подальше от центра.
Народ смотрел телевизор.
Я не шучу.
Все слушали мужика с бородкой, который уже закончил оглашать список участников и теперь вещал про турнирную сетку и бои первого дня.
— Завтра начинается самый насыщенный событиями день, потому что у нас бои первого круга, — заявил этот хрен, равнодушно глядя в камеру. — Жеребьёвка проводится прямо сейчас, но её результаты официально будут озвучены в двадцать два ноль-ноль по московскому времени.
— Хотите сказать, — ведущий сделал умное лицо, — что и сами бойцы не знают, с кем им предстоит сражаться?
— Нет, — покачал головой мужик. — Знают только арбитры.
Увидев меня, Маро с кошачьей грацией отделилась от кресла, пересекла гостиную и оказалась рядом. Игнорируя Милану и остальных, крепко обняла.
— Здорово, что ты здесь.
— Уверена? Рядом со мной обычно образуются трупы.
Глаза бессмертной весело блестели.
— Но те, кого ты защищаешь, живут.
— Совпадение, — отмахнулся я.
— Не думаю, — к нам приблизилась герцогиня Воронова.
Собравшиеся оживлённо переговаривались, обсуждая недавнюю передачу. Похоже, сами участники до недавнего времени не подозревали, с кем схлестнутся на арене.
К нам присоединился Барский.
Строго посмотрел на дочь:
— Ты сориентировала барона по нашим действиям?
— В общих чертах, — смутилась Милана.
— Я так понял, дожидаемся результатов жеребьёвки. И едем в «Космос».
— Ты на «Ирбисе»? — поинтересовалась Маро.
— Куда ж я без него.
— Тогда я с тобой.
— Госпожа Кобалия, — возразил Барский. — Это противоречит протоколу безопасности.
— К чёрту протокол, — услышал я знакомый голос Николая Трубецкого. Князь приблизился незаметно и слушал всё это время наш разговор. — Я разрешаю.
— Прошу выделить эскорт из числа моих лучших людей, — тут же отреагировал начальник СБ.
— Вот здесь спорить не буду, — ухмыльнулся князь. — Я доверяю господину Иванову, но эскорт лишним не будет.
— Тут есть пропуска и всякое такое? — я посмотрел на Барского, потом на его дочь.
— Сергей, вы приехали очень… спонтанно, — смутилась девушка. — Вопрос решается. В ближайшие десять-пятнадцать минут всё будет улажено. Вы получите каббалистическую карту, она работает на отпечатке психотипа…
— Любите вы эти дела, — хмыкнул я. — Заодно вычислите мой ранг, не так ли?
Барская сухо улыбнулась:
— А разве вы не должны сертифицировать поднятие новых рангов, Сергей?
— Ой, что это я. Совсем запамятовал. Дела-дела.
— Господин Иванов получит обычный пропуск, — распорядился Трубецкой. — И никто из наших спецслужб не будет пытаться влезать в его дела. Проследите за этим, Артур Олегович.
— Всенепременно, — кивнул Барский.
Респект и уважуха.
— Приятно с вами работать, князь.
— А мне будет приятно, если госпожа Кобалия доживёт до конца Турнира.
Сказав это, лидер клана развернулся на каблуках и покинул наш круг.
— Здесь очень шумно, — я посмотрел на Маро. — Нам обязательно ждать в этой гостиной?
— Есть небольшая рекреация за углом, — сообщила Барская. — Я провожу.
Мы покинули комнату втроём и направились по коридору в указанном направлении. За углом действительно оказалось уютное пространство с закругляющимся панорамным окном, несколькими креслами и растениями в кадках. Пол здесь был мягким, ковролиновым.
— Я сообщу, когда что-то будет известно, — Милана удалилась, оставив нас с Маро одних.
Я задумчиво посмотрел в окно.
По ту сторону стекла раскинулся город. Огненные реки центральных проспектов, массивы жилых комплексов и дорогих отелей, подсвеченный арочный мост через Исеть.