Легион (СИ)
Впрочем, знакомство с Силой произошло больше тысячи лет назад. За такое время любой разумный изменится. Ведь когда-то и Хемет был идеалистом, пытавшимся спасти родную планету. Но проиграл.
Потому что никто не мог выиграть у Вселенной.
С тех пор его ничего не сдерживало, а принципы и мораль начали меняться по мере необходимости. И невозможное прежде стало возможным и даже желанным. Так что Бесформенный был неплохим выбором, если бы не необходимость служения.
Но Хемет не хотел терять связь с Жизнью, так как именно она делала его выдающимся энергетическим хирургом. Правда, чем больше он знакомился с Бесформенностью, тем больше видел путей развития профессии. И что он может сохранить специализацию, просто инструменты изменятся.
Тем более с каждым новым изменением Хемет все проще относился к Силе. Да, он понимал, что это влияние Бесформенного, но ведь оно не приходило просто так.
«Бесформенность подходит мне», — признавался он сам себе.
Ведь главным условием принятия Силы был сам разумный. Поэтому одни Достойные с каждой трансформацией становились сильнее, другие скатывались на грязный путь, третьи никак не могли измениться, потому что Бесформенный им не подходил.
В любом случае Хемету все давалось на удивление легко. Поэтому в эту трансформацию он посвятил еще одни врата Бесформенному. Процесс занял всего четверть часа, и теперь пять его врат были связаны с Жизнью и пять — с Бесформенным.
Половина на половину.
На этом он решил пока остановиться, несмотря на свои же советы другим Достойным. Двигаться дальше было опасно, а то вдруг мечта добиться личного могущества незаметно преобразится во что-нибудь другое. Например, в желание вырастить хвост…
«Пока я не выясню, как Фест сохраняет разум, или пока не накоплю статистику по Достойным, рисковать не буду», — твердо решил он, открывая глаза.
Ничего интересного снаружи не происходило — Достойные так и висели рядами вокруг Котла. Каег и другие отступники держались где-то позади.
Однако в этот момент пространство вокруг завибрировало.
«Поток увеличился», — машинально отметил Хемет и вгляделся в Котел.
Там явно что-то происходило. Что-то нестандартное, а значит, интересное. К сожалению, красный туман скрывал картинку, хотя пять врат Бесформенного прекрасно показывали течение энергий и плотный шар из адептов внутри.
«Что они задумали? Зачем соединились? — гадал Хемет. Тут он заметил, что в Котле остались лишь пленники, монстры исчезли. — А вот это уже любопытно!»
Он с огромным интересом стал ждать, что предпримет Бесформенный. Роль зрителя нравилась ему куда больше, чем активное участие. К сожалению, все испортил Фест…
— Надо это остановить, — приказал безэмоциональный голос.
— Что именно? — невинно поинтересовался Хемет.
— Адепты сопротивляются изменениям. Останови это.
— Как? Мы не должны сейчас соваться в Котел. Хотя я могу послать туда бойцов. Но часть из них погибнет…
— Не надо никого никуда посылать. Достойные — часть трансформации. Бесформенный действует через ваши врата, — объяснил Фест.
— А еще что Бесформенный делает? Смотрит через нас?
— Он только дает энергию… Направьте ее внутрь Котла.
— Мы никогда не пробовали.
— Научись…
Отдав команду, Фест просто замолчал. Видимо, посчитал, что скудных объяснений вполне достаточно. Впрочем, этого действительно было достаточно, тем более Хемет управлял всеми Достойными. Поэтому он просто велел им выпустить энергию перед собой, а сам направил ее внутрь Котла. Так же как это делали координаторы великих школ, во время серьезных сражений.
Ничего сложного в этом не было, особенно с пятью вратами Бесформенного. Обычный коллективный навык…
«Представление продолжается», — мысленно ухмыльнулся он.
Как ни странно, он сейчас «болел» за пленников, поскольку хотел посмотреть, что еще сделает Фест, или Бесформенный, или Ферма. Но что бы они ни сделали, это будет на пользу Хемету…
* * *— Как дела у Ильды? — отрывисто спросил Алекс.
— Пока ее команда неплохо справляется, — сухо ответила Мирам. — Но это потому, что ты делаешь большую часть работы!
— А что творится снаружи?
— Достойные взялись за нас всерьез. Поток энергии от них увеличился. Связи с Каегом нет. Когда легион заработает в полную силу, попробую еще раз. Хотя я бы не рассчитывала на связь до конца трансформации. Все идет не по плану.
— Мы пока живы, а значит, план работает…
Алексу было тяжело говорить, но он хотел выяснить ситуацию, перед тем как перейти к следующей фазе операции. А для этого требовалось отключиться от всего вокруг, потому что он не мог одновременно следить за адептами и управляться с водоворотом Бесформенности внутри белой пустоты…
— Происходит что-то странное, — продолжила Мирам. — Сюда больше не засылают монстров. Нет идей, что задумали Достойные?
— Есть… думаю, что за нас взялись не Достойные, а сам Бесформенный или Фест. Я еще не научился их различать. Но меня пытаются сварить.
— Это как?
— Так же как во время варки Крови. Сначала накачивают энергией, а она потом делает все остальное.
— Зачем из тебя Кровь варить? — удивилась Мирам.
— Это я образно. Меня хотят преобразовать, и я должен с этим разобраться. Поэтому оставляю легион на тебя и Ильду. Сама объясни ей ситуацию.
— Э-э-э… хорошо. Но что нам делать? Дай хотя бы пару намеков.
— Поддерживайте связь между адептами, а я займусь всем остальным… На это меня должно хватить. Наверное… Все, дальше сами. Но помни, что легион не должен развалиться…
Не дожидаясь ответа, он переключил внимание на Ученика пустоты. Очевидно, что главная битва переместилась туда, и от ее результатов зависит исход всего сражения. Хотя это было громко сказано, так как водоворот Бесформенности был первым ходом противника, но не последним. Хотя довольно удачным.
«Может, больше ему ничего и не потребуется делать. Интересно, на что он еще способен?» — на секунду задумался Алекс.
В этот момент ему казалось, что сражаться с титанами куда проще. По крайней мере, те не выдумывали настолько хитрых маневров, а действовали в лоб. Хотя обучались и не чурались сложных маневров, если лобовая атака не срабатывала.
«Все равно с титанами было проще…»
Впрочем, один титан тут имелся, поэтому если Алекс выживет, у него будет шанс проверить свою теорию…
Тем временем водоворот из огромной воронки быстро превратился в смерч диаметром не более метра. Смерч ревел от избытка энергии и постоянно пульсировал. В такт ему начал пульсировать и весь Ученик пустоты.
«Это заготовка для врат!» — решил Алекс, созерцая смерч.
План противника был абсолютно понятен и логичен. Собственно, этот план не поменялся еще с прошлой трансформации, когда монстры-опекуны пытались создать врата внутри пленников. Просто теперь это происходило не в теле, а в белой пустоте.
Второе отличие — под удар попал только Алекс.
С другой стороны, он сам подставился, когда создал легион и стал его координатором. Очевидно, что Бесформенный прекрасно видел, кто тут главный, и атаковал координатора, как самое уязвимое звено.
Алекс поступил бы также…
Сложно было сказать, чем это все грозило. Да, с одной стороны белая пустота раньше была тюрьмой для всех посторонних сущностей, а с другой — территорией Силы. Но что будет, если не какой-то энергетический монстр, а другая Сила откроет там свое «представительство»? Алекс этого не знал и не хотел выяснять. Но впускать Бесформенного — это все равно, что пустить в дом чужака.
К сожалению, тот уже вошел. При этом ситуация кардинально отличалась от ситуации других адептов, которые просто обзавелись новыми вратами. Их можно было сравнить с клеймом Бесформенного, но не со вторжением в самое защищенное место. Да и не было во вратах ничего критического. А при желании их наверняка можно было даже вырезать, хотя Каег заявлял, что это невозможно и смертельно опасно. Просто Каег не был специалистом в энергетической хирургии.