Нарушенная магия (ЛП)

Эта шкатулка… что-то в ней было не так. Руны по краям отличались от традиционного узора, и от этого у меня по коже побежали мурашки. А под магией Зимнего Двора скрывалось что-то ещё, резонанс, который вызывал у меня тревожно знакомые ощущения.
— Что думаешь? — спросила Элисон.
— Думаю, нам стоит задокументировать это и оставить всё как есть, — честно ответил я. — Пусть этим займутся специалисты.
  
Она обдумала это, а затем кивнула. 
— Разумно. Я сделаю несколько замеров, а ты сфотографируй шкатулку со всех сторон. Никакого контакта, никаких манипуляций.
Я достал выданную Агентством камеру и начал делать снимки, стараясь запечатлеть руны во всех деталях. Обойдя шкатулку, я заметил кое-что тревожное: магическая энергия усиливалась, когда я подходил ближе, как будто реагировала именно на моё присутствие.
— Элисон, — тихо сказал я, — детектор показывает какие-то изменения в энергетическом поле?
Она нахмурилась, глядя на устройство. 
— Оно колеблется. Становится то сильнее, то слабее. Как будто оно...
— Дышит, — закончил я за неё.
В тусклом свете наши глаза встретились. На мгновение напряжение между нами, подозрения, расследование, секреты исчезло, уступив место простой солидарности двух людей, вместе столкнувшихся с чем-то опасным.
— Нам нужно сообщить об этом, — сказала она.
Но прежде чем мы успели пошевелиться, коробка издала звук, тихий щелчок, который эхом разнёсся по пустому складу, как выстрел. На крышке появилась тонкая полоска сине-белого света.
— Отойди, — предупредил я, уже отступая. — Сейчас же.
Элисон не стала спорить и тут же отступила, подняв свой волшебный пистолет. 
— Протоколы сдерживания...
Коробка снова щёлкнула, на этот раз громче. Сине-белый свет стал ярче, просачиваясь сквозь древесину, как иней на окне.
— Протоколы уже не помогут, — сказал я. — Нам нужно убираться отсюда.
Мы осторожно пятились к служебному входу, не сводя глаз с коробки. Теперь она была полностью освещена, излучая внутренний свет, который отбрасывал жуткие тени на бетонный пол.
Мы были почти у двери, когда детектор Элисон издал пронзительный сигнал. 
— Скачок энергии! — предупредила она, взглянув на экран. — Что-то...
Крышка коробки распахнулась.
На мгновение ничего не произошло.
Затем хлынула тьма, не просто отсутствие света, а нечто активно тёмное, извивающаяся масса теней, которая двигалась с ужасной целеустремлённостью. Она поднималась из коробки, как дым, но двигалась с хищной жаждой, расширяясь и заполняя пространство над контейнером.
— Беги! — крикнула Элисон, стреляя из своего магического пистолета.
Вокруг теневой сущности образовалось сдерживающее поле, светящаяся энергетическая сеть, предназначенная для того, чтобы ловить и обездвиживать магические угрозы. На секунду показалось, что это сработало: тьма закружилась внутри барьера, давя на него, но не могла прорваться.
Затем сдерживающее поле разбилось вдребезги, как стекло.
Тень бросилась вперёд быстрее, чем могло бы двигаться что-то естественное. Элисон выстрелила ещё раз, отступая к выходу, но второе сдерживающее поле разрушилось так же быстро, как и первое.
Теперь я знал, что это такое: Охотник-суммарт, одно из самых смертоносных творений Зимнего Двора. Фрагмент силы Неблагого Двора, наделённый целью и голодом, созданный для выслеживания и уничтожения конкретных целей.
Я не был уверен, что цель, это я, но мы определённо спровоцировали его появление.
— Стандартное разрушение не сработает, — крикнул я, оттаскивая Элисон за груду ящиков, когда тень пронеслась мимо. — Это не обычная магия!
Она перезарядила пистолет другим патроном. 
— Что ты предлагаешь?
У меня не было времени ответить. Тень сделала круг, скользнула по потолку и упала прямо на нас. Мы бросились в разные стороны, и тьма врезалась в бетон там, где мы стояли.
— Целься в центр! — крикнул я, вскакивая на ноги.
Элисон выстрелила снова, на этот раз создав что-то вроде более мощного сдерживающего поля. Тень задергалась и скрутилась, когда её окружила энергия, но всё равно вырвалась на свободу, став, казалось, ещё сильнее.
А затем она повернулась прямо к Элисон.
Я увидел в её глазах осознание того, что её оружие неэффективно, а бежать ей некуда. Тень устремилась к ней со смертоносным намерением, тьма, которая поглотит всё, к чему прикоснётся.
Казалось, время замедлилось. Мне нужно было сделать выбор.
Я мог сохранить своё прикрытие, защитить свою тайну и смотреть, как умирает Элисон. Или я мог использовать свои истинные способности и спасти её, раскрыв себя.
Некоторые варианты на самом деле не являются выбором.
Когда теневая сущность бросилась на Элисон, я встал между ними, подняв руки в позе, которая выглядела бы как стойка для разрушения, но на самом деле означала нечто совсем другое.
Каждое движение её массы было направлено на меня.
Я протянул руку к сущности, не для того, чтобы разрушить её, а чтобы соединиться с ней, найти в её сердце Неблагую силу.
Момент контакта был похож на погружение в ледяную ванну. Холод, превосходящий холод, тьма, которая была не просто отсутствием света, а отсутствием всего. Я почувствовал её голод, её единственную цель, её инопланетный разум.
Я начал осторожно втягивать её энергию в себя, маскируя её под редкую, нестабильную форму разрушения, а не под трансформацию, которой она на самом деле была. Я напрягался, кряхтел, делал вид, что прилагаю огромные усилия, и забирал ровно столько энергии, чтобы ослабить сущность, не раскрывая своих истинных способностей.
— Дрекслер! — крикнула Элисон. — Отойди!
Я не обращал на неё внимания, сосредоточившись на поддержании связи и делая вид, что выполняю какую-то сложную технику разрушения. Теневая сущность извивалась и корчилась, слегка уменьшаясь в размерах, пока я выкачивал из неё энергию.
Магия Неблагого Двора была на вкус как железо и мороз, древняя и неумолимая. Она сопротивлялась мне, узнавая что-то в моей ауре, что она одновременно ненавидела и жаждала. По мере того как я поглощал её сущность, в моей голове вспыхивали образы: заснеженные леса, замёрзшие озёра, трон из льда и костей.
И где-то в глубине этих видений, лицо, прекрасное, ужасное, нечеловеческое. Сама Зимняя королева, наблюдающая за мной глазами, похожими на пустоты между звёздами.
Я потянул сильнее, забирая больше энергии, чем было безопасно, но всё же недостаточно, чтобы полностью обезвредить сущность. Мне нужно было оставить достаточно энергии, чтобы Элисон поверила, что я просто ослабил её до такой степени, что её оружие сможет довершить дело.
— Сейчас! — крикнул я, опускаясь на одно колено, как будто обессилел. — Бей!
Элисон снова выстрелила из своего магического пистолета, и сдерживающее поле окутало уменьшившуюся теневую сущность. На этот раз поле выдержало, сжавшись вокруг тьмы, пока та не превратилась в маленькую плотную сферу из отрицательного света.
— Сдерживание стабильно, — сообщила она дрожащим, но профессиональным голосом. — Сущность нейтрализована.
Я так и остался стоять на одном колене, по-настоящему обессиленный.
— Дрекслер? — Элисон стояла рядом со мной, положив руку мне на плечо. — Ты в порядке?
— Нормально, — выдавил я. — Просто это меня сильно вымотало.
Она помогла мне подняться, задержав руку на секунду дольше, чем нужно было. Не из-за беспокойства. Не из-за подозрений. Что-то более серьёзное. Как будто она решала уравнение, которое не хотела решать.
Она выглядела так, будто хотела спросить что-то ещё, но не стала. И это было более показательно, чем если бы она спросила.
  
— Что это была за техника? — спросила она, не отпуская мою руку. — Я никогда раньше не видела такого разрушения.
— Старый семейный метод, — автоматически ответил я. Это была моя любимая ложь. И, как все любимые, она быстро приелась. — Мой отец называл это резонансным разрушением. Это опасно, так как в качестве контрчастоты используется собственная энергия разрушителя.