Звездные Рыцари (СИ)

— Мне плевать. Я хочу знать, что ты сделал, за что тебя засекретили. Убийство? Предательство? Массовая резня?
При этих словах Александр поднял глаза, медленно повернул голову и встретился со мной взглядом. В белесых глазах не было злобы, лишь пустота и… усталость. Та, что не проходит со временем. Та, что требует смерти, но не находит её.
— Хорошо, — сказал он. — Вы хотите знать? Тогда слушайте.
  
Я молчал. Он говорил тихо, без пафоса и надрыва, просто пересказывая свою историю. Родился Александр в бедной семье, с детства любил драться, вступил в банду, был пойман на воровстве и судья дал выбор, армия Золотой Лиги либо же тюрьма. Александр выбрал военную службу и ему там неожиданно понравилось. Всю свою жизнь он отдал армии и в итоге перешёл в Группу Специальных Операций — элитное подразделение, работающее на стыке разведки, диверсий и «серых» операций за пределами обычного правового поля Золотой Лиги, где выполнял «специфические» поручения, пока не произошло следующее.
— Был такой мир. Вирелла‑4, колония Золотой Лиги, — короткие фразы с трудом вырывались из его рта, как выстрелы. — Жили, как обычно на планетах без атмосферы, под куполом: фермеры в дерьме, клановые в своих дворцах. Потом началась. Ксеночума. Пришла из космоса. Чрезвычайно агрессивная и смертоносная. Убивала за часы. Или же превращала в нечто худшее, чем мёртвое.
Я внимательно слушал, не перебивая.
— Нас послали спасти клановых. Только клановых. Клан Барсов владел этой территорией, но почему-то отправили нас. Мы прибыли… поздно. Заражение уже было не остановить. Командование приказало эвакуировать клановых аристократов и их семьи. Оставить остальных. Но я встретил в порту умирающего медика, который мне всё рассказал о болезни. Её нельзя было остановить и нельзя было вылечить. Болезнь проникала сквозь защитные костюмы и любые респираторы. Все жители Виреллы-4 были обречены, поэтому… Я не выполнил приказ. Я запечатал порт, подорвал выходы и… сжёг их всех. Всех!
Я не шелохнулся.
— Женщины. Дети. Аристократы и простолюдины. Местные. Даже часть моего подразделения из тех, кто заразились.
Он замолчал.
— Я остановил распространение болезни. Никто не заразился за пределами планеты.
— А как выжил ты сам?
Александр усмехнулся.
— Понятия не имею. Месяц в карантине, ну или можно сказать в тюрьме.
Я молчал, ожидая продолжения. Не дождавшись уточняющих вопросов, он продолжил.
— В итоге был приговорён к смертной казни. Без суда, без обвинения. Просто… списан.
Я продолжал слушать. Его голос стал тише, а в глазах возникли призраки прошлого.
— Если бы ты знал, как быстро она распространялась, Виктор… Если бы ты видел, что она делала с людьми… Ты бы тоже нажал на кнопку.
Я молчал.
— Ты думаешь, я чудовище?
— Я не судья. Но думаю, ты сделал выбор, за который никто не хотел брать ответственность. Почему тебя не казнили?
Александр криво улыбнулся.
— Они в итоге поняли, что я поступил правильно и спас миллиарды людей от катастрофы. Но Барсы всё равно жаждали моей крови, поэтому мне дали пожизненное, как компромисс.
Мы долго смотрели друг на друга. Потом я кивнул.
— Хорошо, ты в группе. Но если ещё раз попытаешься отмолчаться или отшутиться, когда я требую правды — вылетишь, как пробка.
— Принято, милорд эсквайр… командир. Разрешите проследовать на полигон?
На мгновение я увидел в его глазах боль, спрятанную за маской безразличия. Но только на миг.
— Разрешаю.
С Олегом разговор долго времени не занял. Ситуация оказалась банальная: несчастная любовь. Оказывается, у Олега была своя студия, и не где-то, а в столице Золотой Лиги, на Таурусе.
Занималось у него чрезвычайно много состоятельных людей, но самое главное — там были дети аристократов.
Олег зарекался жениться, но любовь, как всегда, нагрянула внезапно в виде восемнадцатилетней дочери главы клана (видимо, дочки одного из высших в иерархии). И не какого-то клана, а правящего клана Львов.
Ну, ясное дело, этот союз не нашёл понимания у родителей «невесты». Это было понятно, ведь стратегия развития клана включает, в том числе, матримониальные союзы между другими кланами. И в зависимости от политической ситуации и нынешней силы, каждый брак просчитывается ещё до рождения детей.
Каких бы планов на молодую «львицу» у клана ни было, в них абсолютно точно не входил популярный простолюдин Олег Собин.
С грустной улыбкой Олег сказал, что от любви он потерял голову. И они понимали, что в Золотой Лиге им деться будет некуда. У него здесь был налаженный бизнес, клиенты и спокойная жизнь. Но любовь оказалась сильнее, и он хотел свалить в Конфедерацию Ориона, и постараться начать там всё заново, зато с любимой.
На этих словах я скептически нахмурился, и он уловил перемену моего настроения, усмехнувшись:
— Да-да, я понимаю, о чём вы сейчас думаете, милорд-эсквайр. Сейчас и я, оказавшись здесь, в Мёртвом мире, думаю примерно так же. Но тогда на меня нашло какое-то наваждение.
В общем, в аэропорту их двоих и словили. Плачущую девушку отправили к родителям. Ну, а Олегу дали выбор: либо пуля в голову, либо Голодные Игры.
— То есть ты не совсем доброволец, как записано у тебя в досье? — не удержался я от уточнения.
В ответ Олег выдал ещё одну свою грустную улыбку:
— Да нет, это было совершенно добровольное решение: дать себе шанс либо же умереть на месте.
В общем, ничего необычного. Ну, кроме того, что преподаватель бальных танцев стрелял как сам Бог. Вопросов у меня к нему больше не было. Ну и я отпустил его на стрельбище, где уже собирались люди после обеда.
Время летело незаметно, и обед мы пропустили. Я уж было подумал пойти поесть, но, глянув на коммуникатор, увидел, что вот-вот начнутся занятия Грейна. А у меня было к нему ещё дело.
Застал я его буквально на выходе из своей каморки, когда он уже экипированный, по-боевому, собирался идти натаскивать инициированных базам.
— А, это ты, эсквайр? — посмотрел он на меня с улыбкой и придержал руку, которая должна была захлопывать дверь. — Говори, только быстро. Расписание не должно быть нарушено.
— Да, честно говоря, я немного не рассчитал со временем.
— Это я вижу, — улыбнулся комендант. — Как, твоя команда? Состав одобрен?
— Так точно, — сказал я. — Они все в группе.
— Это хорошо, — сказал комендант Грейн. — Так, а что хотел-то?
— Хотел спланировать маршрут для миссии, — я продемонстрировал свой коммуникатор. — Здесь я примерно вижу карту, но она какая-то куцая. Мне бы поработать с вашей настенной.
— Ну, раз так, то кабинет полностью в твоём распоряжении, поработай, — приглашающе махнул рукой комендант, отстраняясь. — И вот эта папочка на столе, она для тебя.
— Папочка? — я не сразу понял, о чём он. А потом увидел чёрную пластиковую обложку, внутри которой были распечатанные листы. — Это что, бумага?
— А ты что, книг никогда не читал бумажных? — ответил вопросом на вопрос комендант.
— Читал, но это же такая редкость… и, кажется, ценность.
— Так и есть. Но в комплекте баз есть и такое. А что по поводу ценности, ну, как ты сам говоришь, коммуникатор у тебя куцый. А кое-какая информация нужна, во-первых, для подготовки, а во-вторых, не помешает тебе и во время миссии. Так что да, изучай.
Он взглянул на свой продвинутый коммуникатор:
— Ну а мне пора. Не должен инструктор опаздывать.
Уже было совсем уйдя, он улыбнулся:
— Там в чайнике ещё вода не остыла. Пользуйся. Кофе на полке.
— Спасибо, — улыбнулся я. — Кофе не помешает.
Перво-наперво, конечно, я открыл папку, чтобы понять, что такого подготовил мне комендант. И понял, что, в принципе, большая карта мне сейчас не была нужна. Весь участок дороги с пометками был распечатан и находился здесь в папке. Зачем комендант пустил меня внутрь своего святая святых? Не для того же, чтобы напоить кофе?
  
Я улыбнулся своим мыслям. Что-то мне подсказывало, что такое отношение к инициированным не является обычным. То, что произошло сейчас, скорее всего было благодарность специальным жестом, дабы выделить меня среди других инициированных, добавив мне авторитета. Честно говоря, мне было всё равно, а вот от кофе я не откажусь. Поэтому быстренько сделал себе большую порцию, крепкого и сладкого напитка, сидя с которым папку было изучать гораздо проще.