Мастер Марионеток строит Империю. Том 3 (СИ)

— Брат! — обратился один из них к Вратам-1. — Ты счастлив? Тебя не бьют? Кормят маной?
— Я. Функционирую, — прогудел автоматон. — Уровень. Заряда. 98%. Смазка. Обновлена. Утром.
— Но ты свободен⁈
— Я. Служу. Хозяину. Маркусу.
— Это рабская психология! Тебя запрограммировали! — не сдавался гном.
Я лишь усмехнулся. Не знаю, на что коротышка рассчитывал. Голем говорил исключительно то, что я ему передавал через Нить Души.
  
Экологички достали какие-то рамки и начали махать ими в воздухе.
— Фон повышен! — взвизгнула одна. — Я чувствую возмущение! Здесь использовали запрещённые энергии!
Ещё бы не использовали. Эссенция Бездны, Изумруды Хаоса, Узел Сломанной Логики… Я это все давно переложил в Теневой Ангар, но осадочек, как говорится, ещё не выветрился.
Проныр ходил между станками, делая пометки в блокноте.
— Нарушение техники безопасности… Отсутствие ограждений… Немаркированные реагенты…
Они собирались закрыть меня. Прямо сейчас.
Я посмотрел на Арли. Она висела у окна, снимая всё на камеру. Там, где у нас более менее работала магическая сеть, на две палочки.
— Стрим идёт? — спросил я одними губами.
Она кивнула. Отлично.
— Господа инспекторы, — громко произнёс я. — А вы в курсе, что прямо сейчас за вашей работой наблюдают уже сто тысяч граждан Аргентума?
Проныр замер.
— Что?
— Прямой эфир. Канал «Арлекина Великолепная». Мы транслируем, как честный бизнес пытаются задушить по заказу корпорации. Чатик уже полон недовольных красный смайликов!
— Ой, какой скандальчик грядет, у-у-у-у… — добавила Арли. — Новостные каналы расхватывают новости, как горячие пирожки!
Гномы переглянулись. Экологички синхронно поправили венки.
— Это… это незаконно! — взвизгнул Проныр. — Снимать должностное лицо при исполнении…
— Гражданское Уложение, статья 5, — процитировал я (спасибо Арли за ликбез). — Граждане имеют право фиксировать действия властей, если это не угрожает государственной тайне. Вы же не государственную тайну тут ищете? Или мои станки являются секретным оружием Империи?
Проныр побагровел.
— Мы ищем нарушения!
— Ищите. Только помните: каждое ваше слово, каждое действие записывается. И если вы найдёте нарушение там, где его нет… народ узнает.
Я кивнул на Врата-1.
— Врата, продемонстрируйте условия труда.
Автоматон подошёл к уголку отдыха (да, я сделал такой, чисто для галочки). Там стояло кресло, кадка с фикусом и плакат «Слава труду».
— Перерыв. На. Подзарядку, — объявил голем и сел в кресло. Фикус успокаивающе зашелестел (это я Нитями Души пощекотал).
— Видите? — я развёл руками. — У них есть зона отдыха. Растения. Мотивация и всё такое.
Гномы из профсоюза выглядели растерянными.
— Ну… кресло мягкое… — пробормотал один.
Экологички тем временем добрались до склада.
— А что в этих ящиках⁈ — одна из них указала на контейнер с Кристаллами Хаоса. Те самые, из логова Очищения. — Они фонят!
— Это… — я на секунду задумался. — … минеральные удобрения.
— Удобрения⁈
— Для особого вида роз. Жена увлекается садоводством. Очень редкий сорт, «Плотоядная Красавица». Требует специфического питания.
— Вы храните опасные удобрения в производственном помещении⁈
— Они в герметичных контейнерах. Свинцовая обивка, тройная защита. Хотите открыть и проверить? Предупреждаю: запах специфический. И может вызвать мутации.
Дама отдёрнула руку. Посмотрела на меня. Потом перевела взгляд на камеру Арли.
— Всё… в порядке, — выдавила она.
Проныр понял, что дело пахнет керосином. Или скандалом.
— Мы… мы выпишем предписание, — буркнул он. — Устранить недостатки в течение недели. Установить ограждения. Повесить таблички. И… и проветрить помещение.
— Будет исполнено.
Они ушли. Быстро, почти бегом.
Арли спустилась вниз.
— Фух! Пронесло! Честно, хозяин, я на самом деле стрим так и не смогла подрубить, — она потрясла кристаллом. — Соединение у нас в мастерской — полное Гэ! Одной палочки мало!
— Не пронесло, а отложили, — я покачал головой. — Они вернутся. И в следующий раз подготовятся лучше.
Нам нужно контратаковать.
Ближе к вечеру в дверь снова постучались. На пороге стоял… гоблин. В дорогом костюме, с портфелем из крокодиловой кожи и хищной улыбкой.
Тот самый мэтр Когтев. Он же Крючкотвор.
Чем-то он напоминал Грызлика из Железного Банка. Но в же время чем-то неуловимо от него отличался.
— Приветствую, клиент, — проскрежетал он. — Слышал, у вас вечеринка? Я принёс закуски. В виде встречных исков.
Я улыбнулся.
— Проходите, мэтр. У нас много работы.
Следующие три дня превратились в юридическую войну.
Крючкотвор оказался гением. Злобным, беспринципным гением юриспруденции.
Он завалил суд ходатайствами. Опротестовал блокировку счетов («Нарушение процедуры уведомления!»). Подал жалобу на действия инспекторов («Превышение полномочий и порча имущества!» — мы заявили, что гномы поцарапали паркет своими молотами).
И самое главное: он подал встречный иск к «Голем-Прому». За клевету, недобросовестную конкуренцию и… кражу интеллектуальной собственности.
— Кражу? — удивился я. — Но мы же ничего у них не крали. И они у нас… вроде бы тоже.
— Это неважно, — Когтев сверкнул золотым зубом. — Главное, создать прецедент. Мы утверждаем, что их «Страж-МК4» использует принципы, которые вы разработали в… э-э-э… в глубоком детстве. И запатентовали ментально.
— Ментально?
— Есть такой закон в древних свитках. «Приоритет мысли». Никто им не пользуется уже лет пятьсот, но он не отменён. Суд будет в шоке, эксперты в панике. А пока они разбираются, время идёт, и вы спокойно работаете.
В этот момент я понял, чем Когтев отличается Грызлика. Он был куда более крупным хищником. И куда более опасным. Несмотря на невысокий росточек.
В итоге суд и разные комитеты, заваленные нашими жалобами, приостановили решение о блокировке. Счета разморозили «частично» (достаточно, чтобы платить зарплату и закупать материалы).
Мы выиграли время. Но «Голем-Пром» не собирался сдаваться.
На четвертый день начались диверсии.
Повозка с материалами перевернулась по дороге в мастерскую. «Случайно» отвалилось колесо.
В городской магической сети появились статьи: «Маркус Ван Клеф. Шарлатан или безумец?», «Дроны-убийцы: скрытая угроза», «Почему его жена не выходит из дома? Он её бьёт?».
— Бьёт⁈ — Лира, прочитав это, чуть не разбила планшет. — Да я сама побью!
— Кого? — уточнил я.
— Всех! — категорично заявила она.
Она тут же записала опровержение. Видео, где мы сидим в саду, пьём чай, и я нежно держу её за руку (пока она второй рукой игриво щипает меня за бок).
— Мой муж самый заботливый и нежный человек на свете! А вы все завистливые сплетники! — заявила она в камеру.
Видео набрало пять миллионов просмотров за час. Рейтинг «идеальной пары» взлетел до небес.
— Лира просто оружие массового поражения, — заметила Арли.
— Я знаю.
Но самый сильный удар Голем-Пром приберегли напоследок.
Был вечер пятницы. До дедлайна по поставке первой партии дронов для города оставалось два дня. Мы работали в три смены. Автоматоны не выключались. Я спал (медитировал) по два часа в сутки.
И тут свет погас. Мы сперва грешили на перегоревшие лампочки, но все было куда хуже. Магический фон в мастерской полностью исчез. Обрубило всё: станки, конвейер, защитные барьеры.
— Авария на подстанции! — доложила Арли, вернувшись с разведки. — Кто-то перерезал магистральный мана-кабель! Весь квартал обесточен!
— Ремонт займёт дня три, — оценил я. — Минимум. Городские службы не торопятся. Три дня без энергии. Производство встанет.
  
— Мы сорвём сроки! — Арли схватилась за голову. — Контракт аннулируют! «Голем-Пром» победит! А-а-а-а-а-а-а!
В панике она начала нарезать круги под потолком.